Человек с двойным лицом

К мотоциклистам подошли капитан Дуганов, политрук Трофимов, к ним присоединился и майор Шелестов.

Двое немцев были еще живы. Дуганов достал ТТ.

Шелестов крикнул:

– Стой, капитан. Это всегда успеем, надо узнать, кто они и что здесь делали.

Капитан подозвал двух бойцов:

– Вытащите раненых на дорогу.

Шелестов обратился к ним по-немецки. Солдаты, превозмогая боль, ответили на его вопросы.

Майор повернулся к Дуганову:

– Плохи дела, ротный. Это патруль пехотного полка резерва командования 11-й армии генерала-полковника Шоберта. Он разместился в районе деревни Ведра. В заданном квадрате – подразделения этого полка, части 213-й дивизии охраны тыла и два полка соединения 4-й румынской армии генерала Чуперкы. От нас ушел командир патруля лейтенант Клаус.

Дуганов проговорил с досадой:

– Ну теперь начнется. Думаю, нет смысла продолжать марш, надо готовиться к обороне.

Политрук предложил:

– Может, лесом уйдем?

– Посмотрим на карту, – ответил ротный, – здесь сухая поляна шириной не более двухсот метров, справа болото. Как назло – самый невыгодный район! Дальше, в пяти километрах, болота отступают. Не пройти нам эти пять километров.

– А что с этими делать будем? – Политрук кивнул на пленных.

Дуганов поднял пистолет, дважды выстрелил.

– Что с ними еще делать? Это не генералы, чтобы из-за них торговаться. – Он повернулся к Шелестову: – Забирай отделение, майор, и иди дальше без нас. А мы тут примем бой.

Шелестов спросил:

– Где планируешь организовать оборону?

– На кромке леса, там удобнее всего. Фланги прикроем пулеметами. Не в поле же рыть окопы? Не успеем.

– Решение верное, но не заводи людей в глубь леса. Если немцы решатся уничтожить роту, пошлют авиацию. А она перепашет в первую очередь лес с захватом болота. Я пока подожду уводить группу с прикрытием.

Капитан сплюнул на траву:

– Не вовремя мы засветились. У Колтунино – черт бы с ними, там пошли бы на прорыв, а здесь – ни туда, ни сюда. И вам уйти сложно будет. Немцы перекроют восточное направление. Для этого у них румын хватает.

– Посмотрим. Справа овраг.

– Вижу, и что?

– Там кусты.

– Ты что, майор?

– Там можно переждать авианалет.

– А и верно. Командиры взводов ко мне!



Не прошло и часа, как с запада послышался гул приближающихся самолетов.

Ротный приказал:

– Всем в овраг!

Появились три «Юнкерса». Им явно определили конкретную задачу. Идя на небольшой высоте, они открыли бомбоотсеки как раз над лесом, где могло находиться советское подразделение. Каждый бомбардировщик сбросил по двадцать пятидесятикилограммовых бомб. Участок длиной примерно в километр и шириной метров в триста покрылся сплошными «грибами» разрывов.

Дуганов оценил совет Шелестова, хотя неизвестно, что было бы лучше: погибнуть от бомбежки или умереть, держа оборону, обрекающую на гибель остатки стрелковой роты. Начался пожар, но постепенно сам по себе затух. Здесь недавно прошел дождь, грунт влажный и ветра, чтобы разжечь пламя не было. Отбомбившись, «Юнкерсы» вернулись на базу.

Дуганов подошел к Шелестову:

– Уходите, майор.

– Знаешь, капитан, много хочу сказать, а слов нет.


– И не надо. Прощай. Вытащи своего штатского, чтобы смерть наша не напрасной была.

– Вытащу. Слово.

– Ладно, иди, некогда, сам понимаешь.

– Прощай, капитан. Извини.

– Да за что? Мы на то и военные, чтобы умирать за свою страну. Уходи.

Шелестов приказал Буторину и Когану:

– Будьте постоянно рядом с Махановым, если что – прикройте его. Сосновский, со мной.

Он взглянул на командира отделения:

– Идем, старший лейтенант.

Группа эвакуации вошла в лес. Обходя воронки, покореженные деревья и нашпигованный осколками кустарник, прошла метров двести. Впереди показалась небольшая балка.

– Стой! – скомандовал Максим.

– Что случилось? – спросил Бойко.

– Здесь переждем. Надо немного выждать, в заданный район следует выйти в сумерках. Днем его не пройти.

– Это получается, рота драться будет, а мы – смотреть?

– По-моему, это уже обсуждалось. Людей в балку, старший лейтенант, оружие к бою, без моей команды никаких действий.

– Есть, товарищ майор.

– Выполняй.

Группа и отделение прикрытия устроились в балке, замаскировались, на вершине остались только Шелестов и Сосновский, которые видели поредевшую до двух взводов роту, поле, овраг, разрезающий его с запада на восток.

Капитан проговорил:

– Командир, технике через овраг не пройти. А если будут обходить, то у бойцов Дуганов появится возможность отбить фланговые атаки.

– Не думаю, что немцы станут изобретать колесо.

– Ты это о чем?

– Увидишь.

Прошло полтора часа, и вот мимо балки прогремели три танка Т-3. Они шли колонной, в десяти метрах от группы и отделения развернулись в линию и остановились.

– На огневую позицию вышли, – процедил Сосновский.

– Да, а к оврагу выходят мотоциклы, шесть машин, все с пулеметами. Правее от них три «Ханомага», у бронетранспортеров тоже пулеметы MG и до десяти человек десанта.

Шелестов перевел взгляд на бронетранспортеры. Из них высаживался десант, солдаты залегли на одной линии с машинами.

– Еще правее, с западного фланга – грузовики, – указал Сосновский.

– Вижу, три машины. В них по двадцать солдат – рота. Вот тебе и обход оврагом.

– Вижу офицеров, майора и гауптмана. Вон, у бронетранспортеров.

– Советуются.

Прогремели пулеметные очереди «Дегтярей». Майора бросило на землю, гауптман успел заскочить за броню. Тут же вся рота Дуганова открыла огонь. Он оказался эффективным и для немцев неожиданным. Бойцы били по фронту и правому флангу.

Шелестов видел, как наши положили пару десятков немцев у грузовиков, и еще с десяток – у бронетранспортеров. Возникшее было замешательство противника остановили танки. Они одновременно ударили из 37-миллиметровых пушек и пулеметов. Левый фланг роты был уничтожен. Открыли огонь и бронетранспортеры, и отошедшие немного назад четыре пулемета с мотоциклов. Справа в обход пошла пехота. И наша рота прекратила огонь.

К Шелестову и Сосновскому поднялся Бойко.

Майор повысил голос:

– Куда, старлей, какой приказ был?

– Не могу я там, в балке, товарищ майор. А что это наши молчат? Неужели всех побили?