Дом трех вдов

— Пусть это останется моим секретом. Могу вас уверить, что никто, кроме меня, не способен проникнуть в ваш дом таким способом.

Михалыч пристально смотрел на меня, его желтоватое лицо, прорезанное глубокими вертикальными морщинами, выражало отвращение. Я была проблемой. А проблемы он привык решать, и быстро.

— Я пришла поговорить, — поспешно сказала я. — Думаю, вы тоже заинтересованы. Давайте оставим в стороне как мои способности и специфические навыки, так и ваш бизнес. Пусть вас ловят те, кому по долгу службы положено. Меня интересует всего одно ваше дело — то самое, с «Ягуаром» Кирилла Ганецкого. Я так понимаю, у вас тоже в связи с ним неприятности?

Михалыч дернул щекой. Миг — и напряжение спало. Я поняла, что все пойдет по моему плану. Мой непредсказуемый собеседник готов к диалогу. Я просчитала его правильно — собственная шкура ему важнее всего остального.

Старый бандит уселся в кресло.

— Ты про это дело, смотрю, знаешь больше моего, — медленно проговорил Михалыч. — От кого информация?

Приветливо улыбаясь, я смотрела на старого бандита.

— Ладно, — наконец произнес Михалыч и откинулся на спинку кресла. — Давай говорить. Вообще странно это. Между нами: заказа на «Ягуар» не было.

— Как это — не было? — не поняла я.

— А так. Ребятишки сами его угнали. Проявили, так сказать, инициативу. Мою точку использовали. Не могу понять, что на них нашло.

Михалыч пожевал сухими губами.

— А хозяина на другой день завалили. Я так не работаю. У меня все чисто. А тут я сижу и даже не могу разобраться, кто меня кинул. Если полезу в это, на меня труп хозяина тачки повесят.

Старый бандит выглядел по-настоящему обеспокоенным. Я ему поверила.

— Ладно, больше всего меня интересует судьба пацана. Саню куда дел?

— Да я его в глаза не видел! — возмутился Михалыч. — Хороший был пацан, умный, дельный. Не пил. Умел работать автономно, в критических ситуациях принимал решения сам. Я его помощником хотел сделать. Такие люди — редкость. И вот пропал.

— А девушку его знаешь?

— Да, интернатская. Тоже хорошая девка. Нервы в порядке. Девок я на работу не беру, они психовать начинают. Паникуют, треплются о чем не надо. А эта нет, не такая.

— Слушайте, меня все это волнует по одной простой причине. Моего… друга убили. И ваши гаврики увели его «Ягуар». Вот я к вам и обращаюсь как к эксперту. Так что там все-таки произошло?

Михалыч почесал заросшую седой щетиной щеку и медленно проговорил:

— Кто-то вмешался, дал ребятишкам подставной заказ. Видимо, знал, что бизнесмена этого завалить хотят. Вот и решил, что ему автомобиль больше не нужен. И после убийства угон станет никому не интересен.

Старый бандюган только подтвердил мои подозрения. Михалыч продолжал:

— Про убийство ничего сказать не могу. Мне такое попадалово без надобности. Я бизнесмен. У меня налаженное дело, поставки расписаны на полгода вперед.

Я едва не рассмеялась — таким странным был наш разговор.

Михалыч вдруг посмотрел на меня искательно:

— Ты это… найди мне Саню. А я тебе заплачу. Сколько скажешь, столько и дам.

Кажется, у меня только что появился еще один клиент?

— Значит, «Ягуара» Ганецкого у вас нет? — подвела я итог.

— Да я его в глаза не видал. И точку мою использовали у меня за спиной, — пожаловался бандит.

— А про труп в багажнике что-нибудь интересное можете сказать?

Михалыч нехорошо глянул на меня:

— О чем ты вообще?

Я хлопнула себя по колену:

— Вот это да! А я-то думала, что вы все контролируете. В багажнике девочка нашла труп. А вы, значит, не в курсе?

Михалыч резко встал:

— Так, давай исчезни. Я к этому отношения не имею. Найдешь Санька — скажи, он больше на меня не работает. И девке передай. Пусть имя мое забудут.

— Обязательно передам, — пообещала я, поднимаясь. — Если что узнаю, я вам позвоню и сообщу.

— На этот номер, — сказал Михалыч и протянул мне визитку. Одна сторона была чистой, на другой только цифры — номер мобильного.


— Хорошо. А теперь, будьте любезны, выпустите меня через ворота. Я, конечно, могу стенку взорвать, чтобы выйти, но не хотелось бы усложнять.

Мне показалось или Михалыч едва заметно усмехнулся?

Я покинула дом старого бандита нормальным путем, через ворота. Охрана смотрела на меня волками, но мне было все равно. Пусть вас, ребятки, хозяин взгреет. И пусть поломает голову, как я проникла в его крепость.

Я вывела «Фольксваген» из леса и поехала в город.

Что ж, отрицательный результат тоже приносит пользу. Теперь я знаю — Михалыч не имеет отношения ни к угону, ни к трупу в багажнике, ни к исчезновению Сани. А значит, и к смерти Кирилла Ганецкого.

Так что я ровно там же, где была до начала расследования. У меня на руках длинный список подозреваемых и ни малейшей зацепки. Возглавляют список три вдовы, о каждой из которых я еще не выяснила ничего существенного. Кроме того, в списке друзья и деловые партнеры Ганецкого. Отработка каждого следа займет долгие месяцы! А в конце — дальняя родня, мелкие проблемы и обиды… Злопамятный был покойный Ганецкий и мелочный. Это же надо так скрупулезно подсчитать все!

Скольким же людям причинил ущерб обаятельный Кира? Скольким нанес обиды? Сколькие желали ему смерти? А решился на два выстрела всего один из этого длинного списка…

Я вздохнула. Все-таки каждый должен заниматься своим делом. Лучше всего я умею делать то, чему меня учили. Вот от операции «Валькирия» я получила массу удовольствия и провела ее просто блестяще. А следователь из меня никакой.

«Джама-а-айка!» В кармане заорал мобильный. Надо все-таки сменить рингтон. Какая уж тут Ямайка… «Фольксваген» несся в сторону города, бесстрашно рассекая лужи. В машине я обычно пользуюсь гарнитурой — предпочитаю не рисковать жизнью понапрасну, ни своей, ни чужой.

— Охотникова.

— Жень, я тут кое-что накопал…

Голос был мне незнаком.

— Кто это?!

— Не узнала? — рассмеялся Коваль. — Значит, буду богатый.

— Сергей?!

Мой приятель был трезв — вот в чем вся штука. Потому я и не узнала его.

— Слушаю, — осторожно сказала я.

— Ты хотела сведения о трех женах Ганецого?

— Ну хотела, — пробормотала я.

— Получи и распишись. Значит, так. Лилия Михайловна Ганецкая, в девичестве Иванова. Ничего особенно интересного. До развода с этим Ганецким вообще ничего, а после кое-что нашел. При разводе Лилия Михайловна получила солидный золотой парашют — квартиру, автомобиль, акции и валютный счет в приличном банке. В общем, обиженной не осталась. Но Иванова не сумела распорядиться наследством — сначала неудачно инвестировала деньги, потом начала пить. Постепенно продала все имущество и в конце концов загремела в больницу, где прошла курс лечения от алкоголизма.

— Это для меня не новость, — задумчиво проговорила я. — Сама застукала даму за тем, как она из хозяйского бара спиртное тайком попивает. Бывших алкоголиков не бывает.

В трубке повисла зловещая тишина. Я спохватилась:

— Ой, прости, Сергей, я не тебя имела в виду…

— Проехали, — ледяным тоном отбрил Коваль.

— Как ты все это разузнал? — поскорее перевела я разговор в конструктивное русло. — Я целую неделю терлась около этих трех граций и ничего полезного не выяснила. А ты — раз, и результат. Как ты это делаешь?

— Профессиональный секрет, — усмехнулся Коваль. — На самом деле ничего сложного тут нет. Надо просто уметь собирать информацию. Не представляешь, сколько может сказать о человеке его страница, скажем, в «Одноклассниках». Лилия Михайловна там есть, правда, редко заходит на страницу. Вторая вдова на «Фейсбуке», а третья «ВКонтакте» — с подружками переписывается. Просишься в друзья к кому-то из друзей интересующего объекта, люди к этому относятся достаточно легкомысленно, народ у нас дружелюбный, кругом котики и фотографии детей и внуков, а также роз, выращенных на дачном участке. — Коваль зло засмеялся: — Подвоха никто не ждет. Добавляют тебя в друзья, не важно кто, ты входишь на страницу объекта и копаешься там. Одна ночь в Интернете — и вот у тебя уже фотографии и контакты объекта.

— Ну ты даешь! — восхитилась я.

— Разговорить можно любого, — продолжал Коваль. — В соцсетях люди выкладывают друг о друге такое, чего никогда бы не рассказали незнакомому человеку при личном контакте или по телефону. Представляешься, скажем, давним знакомым объекта, жалуешься, что давно его не видел, совсем потерял связь… и тебе сливают много интересного.

— Ладно, про Лилию все понятно, давай про двух других.

— Вторая жена — Ника Николаевна Ганецкая, в девичестве Шульц, будет повеселее первой. Ты в курсе, что она увлекается стрельбой? Активная, много контактов. Часть из них связана с профессиональной деятальностью, остальные личные. Выяснил, что дела у ее фитнес-клуба идут далеко не так прекрасно, как дамочка пытается представить. Кризис, денег у народа мало, средний класс в вашем Тарасове стремительно тает.

— Давай про личное.

— Личное как раз самое вкусное. Дамочка не так давно завела отношения с диджеем Хомой Брутом.

— Кем?!

— Фишка в том, что он моложе госпожи Шульц на пятнадцать лет.

— А-а, знаю, стильный такой мальчик, — сообразила я. — Видела их вместе. Не вижу здесь ничего криминального. Ника — дама одинокая, свободная. Может делать что хочет.

— Не факт, что Кирилл Ганецкий относился к этому так же легко, — возразил мне Коваль.

— Ой, да ладно! — засмеялась я, объезжая лужу. — Кира был тот еще ходок.

— Ты плохо представляешь себе мужскую психологию, — наставительно сказал Сергей.