Халхин-Гол. Граница на крови

Старший лейтенант Шагаев прошел в расположение монгольской роты.

Разведгруппа японцев к указанному сроку благополучно вернулась в расположение отдельного особого батальона.

Несмотря на раннее время, полковник Танака принял старшину второго класса Дзиро Ито. Тот расположился у карты и подробно доложил о результатах разведки.

Командир батальона выслушал его и спросил:

— Значит, ни монголов, ни русских в районе застав нет?

— В районе первой и второй застав, — уточнил Ито. — Не просматриваются их позиции и километров на пять западнее.

— А чужих людей в районе разведки не было?

— Никак нет.

— Уверен?

— Уверен.

— Странно. Ладно монголы, они могли упустить момент для организации наблюдения в районе застав. Но русские должны были сделать это.

— Я лично следил за обстановкой, господин полковник.

— Хорошо. Отдыхайте, благодарю за службу.

Старшина второго класса Ито ушел, а командир батальона позвонил в штаб бригады.





Глава 7




В 11.05, когда майор Куроки обходил расположение своей роты, к нему подбежал посыльный и доложил:

— Господин майор, командир батальона полковник Танака срочно вызывает вас в штаб.

— Хорошо, сейчас буду. Свободен, — сказал Куроки, прошел в штаб, открыл дверь кабинета командира батальона:

— Разрешите, господин полковник?

— Заходи.

Командир батальона и начальник штаба стояли у карты, которая висела на стене.

Танака предложил:

— Присаживайся за стол, ближе к моему месту.

— Слушаюсь!

В кабинет один за другим явились командиры взводов танков и бронеавтомобилей, транспортник лейтенант Дэно Бадуно, старшина Дзиро Ито.

Начальник штаба встречал их, рассаживал за стол.

Он снял карту со стены, положил перед офицерами и старшиной, повернулся к командиру батальона и доложил:

— Все прибыли. Мы можем начинать.

Танака жестом указал ему на место рядом с собой, обвел взглядом присутствующих и проговорил:

— Полчаса назад на связь со мной выходил командир бригады. Он приказал батальону начать активные боевые действия против советско-монгольской группировки на направлениях селений Номан и Хамтай. Сейчас начальник штаба ознакомит вас с планом боевой операции. Приступайте, подполковник!

— Слушаюсь! Господа, внимание на карту.

Командиры подразделений склонились над столом.

Подполковник Накамуро провел указкой вдоль реки и изрек:

— Это, как видите, Халхин-Гол. На восточном берегу находятся укрепрайоны русских и монголов. — Он сдвинул указку на юго-восток и продолжил тем же тоном: — Вот селение Сумэ-Дин, где находится наш батальон.


Офицеры переглянулись. Уж это начальник штаба мог бы и не говорить. Об этом знали все, но слушали.

Подполковник продолжил:

— План наступления, утвержденный в штабе бригады и выше, состоит из трех этапов. Первый из них — это выход всех наших рот в заданный квадрат. Но так как основная роль в предстоящей операции «Плацдарм» отведена подразделению майора Куроки, то о нем и будем говорить. Командиры других рот получат задание дополнительно. Итак, первый этап — выдвижение роты майора Куроки в район пограничной заставы Холар, недавно покинутой монголами. Пехота, в том числе разведывательный взвод старшины второго класса Дзиро Ито, отправится туда на автомобилях лейтенанта Дэно Бадуно, присутствующего здесь. Танки и бронемашины будут сопровождать ее. В дальнейшем, после более тщательной разведки, занятие всей территории заставы Холар, рассредоточение там. Время проведения первого этапа — с двадцати ноль-ноль сегодня до четырех утра завтра. Потом доклад в штаб и отдых до восьми часов. После завтрака выход на связь с командиром батальона или со мной. По нашей команде вы приступите ко второму этапу операции. Его суть — подход роты и приданных подразделений непосредственно к передовому рубежу обороны советско-монгольской тактической группы. Вы остановитесь не далее чем в одном километре от противника и развернетесь в боевой порядок. Время — с девяти ноль-ноль до десяти тридцати. Затем доклад в штаб о реализации второго этапа. Ну и третий плановый этап — это штурм позиций противника. Задача — опрокинуть его в реку, занять восточный берег. Время — по обстановке и решению штаба. Ну а в общем, если говорить без формальностей, первой ударной роте надлежит выйти на рубеж штурма и уничтожить группировку противника, сосредоточенную у населенного пункта Номан и внутри него.

— Какова численность советско-монгольской тактической группы? Что она имеет на вооружении? Как организована оборона? — спросил Куроки.

Накамуро укоризненно покачал головой и заявил:

— А вот перебивать меня, господин майор, не надо. Я все объясню.

Командир первой ударной группы недовольно проговорил:

— Так объясняйте, а не повторяйте то, что нам известно и без директив вышестоящих штабов.

Командир батальона проговорил на повышенных тонах:

— Вы раздражены, господин Куроки? Чем недовольны? Может быть, не уверены в том, что мы разобьем русских и монголов? Если так, то мне срочно придется подыскать вам замену.

Майор сдал назад:

— Извините, господин полковник, но…

— Никаких «но», Куроки. Слушать, запоминать и в дальнейшем исполнять только по плану и графику! А вопросы оставьте на конец совещания.

— Слушаюсь, господин полковник!

Командир батальона кивнул и сказал начальнику штаба:

— Продолжайте.

— Да, господин полковник. По тактической группе, что дислоцируется у Номана. Это советская стрелковая рота, укомплектованная по штату военного времени. Там же монгольская рота, сформированная из пограничников. Командир — капитан Гандориг, небезызвестный вам, господин майор. При нем советский офицер, военный советник. — Накамуро довел до сведения участников совещания состав этих подразделений. — Пехота усилена пятью танками Т-26, таким же количеством бронемашин БА-10, двумя артиллерийскими огневыми взводами по два сорокапятимиллиметровых орудия в каждом, саперным отделением. Слабость противника в том, что его пехота имеет на вооружении только ручные пулеметы Дегтярева, у вас же, майор, есть станковые. Сильная сторона советско-монгольской группы — это танки и бронеавтомобили. В отличие от наших машин «Осака» русские БА-10 кроме пулеметов имеют сорокапятимиллиметровые пушки. Ну и противотанковая артиллерия. Снаряды этих орудий легко пробивают броню любых наших танков, я не говорю уже о бронемашинах. Но все зависит от условий применения техники. Должен сказать, что вот тут преимущество у нас. Русские и монголы лишены возможности маневра, так как находятся на стационарных позициях, стоят там довольно кучно. Добавлю, что как минимум треть пехоты противника не имеет опыта ведения общевойскового боя. Я имею в виду монгольскую роту, состоящую из недавних пограничников. Кроме этого, действия наших рот будут активно поддерживаться авиацией. Это эскадрильи легких бомбардировщиков Kи-30 и истребителей Kи-43 «Накадзима». Бомбардировщиков у русских вообще нет, а их истребители И-15 и И-16 уступают по всем показателям нашим новым самолетам. Да и привлечь сюда большие силы авиации они не в состоянии. По данным разведотдела бригады, командование советского батальона и смешанной тактической группы может рассчитывать на шесть старых И-15, это самое большее. Господин майор, вам ясна задача вашей роты и приданных подразделений?

— Так точно, но у меня есть вопросы, — ответил Куроки.

— Вот теперь задавайте их. — Начальник штаба повернулся к командиру батальона и спросил: — Вы не против, господин полковник?

— Не против.

Майор поднялся и проговорил:

— Мне непонятна роль артиллерии нашего батальона в предстоящих боях.

Подполковник тут же ответил:

— Батарея, приданная батальону, будет активно прикрывать ваши действия с позиций, район которых я назвать вам по вполне понятным причинам не могу. Но обязательно увидите всю ее мощь.

— Хорошо. Однако даже при поддержке авиации и артиллерии моей роте для наступления необходимо хотя бы трехкратное превосходство в живой силе и технике. Таковой, исходя из вашего доклада, господин подполковник, нет и близко. Напротив, рота уступает тактической группе противника.

Тут в разговор вступил командир батальона:

— Ну хорошо. Мы не должны были раскрывать задачи второй и третьей рот, но придется это сделать. Знайте, майор, что ваш бывший подчиненный, капитан Одзава, выведет своих людей в район прибрежного населенного пункта Баргун, расположенного в тылу третьей заставы. Там сейчас нет ни русских, ни монгольских войск. Капитан Одзава должен будет атаковать Номан с северного фланга, когда в этом возникнет необходимость. Третья рота моего батальона, находящаяся в заданном районе, тоже имеет свои задачи и готова их выполнить. Поддержка авиации, удары артиллерии создадут то превосходство, которое необходимо вам для решения боевой задачи. Теперь вы спокойны?

— Да, теперь проще. Непонятно одно. Почему вы сразу не довели все это до моего сведения.

— На то были причины, о которых вам знать необязательно.

— Понял. Но существует и другая опасность. У Номана русские сформировали тактическую группу, включили в нее подразделения монгольских пограничников. А вот в Хамтае у них явно имеются куда большие силы. Советский комбат легко может перебросить часть этих подразделений к Номану.

Командир батальона усмехнулся и проговорил:

— Все не так просто. Во-первых, по плану штаба бригады силы русских и монголов в Хамтае подвергнутся массированной бомбардировке и артиллерийскому обстрелу. Во-вторых, с фланга аймак атакует третья рота капитана Исикавы. Ну и вы, майор, с капитаном Одзавой сбросите противника в реку, а потом направите часть ваших сил к Хамтаю. Командир русского батальона не сможет оказать помощь тактической группе. Да еще в условиях, когда наша авиация разгромит понтонную переправу. После этого оперативная переброска войск, которые еще нужно подвести к реке, станет невозможной. На восточном берегу русским помогать некому, а нас поддержат части бригады, которые генерал готов перебросить в район боев. Ну и авиация. При необходимости мы можем получить дополнительную эскадрилью бомбардировщиков, истребителей либо смешанную.

Куроки улыбнулся и сказал:

— Вот теперь мне все понятно. Остался один вопрос. Поддержка связи между подразделениями и штабом.

— Связь обеспечим. Как и полноценную разведку силами взвода Ито непосредственно перед штурмом. — Командир батальона обвел взглядом участников совещания и спросил: — У вас, господа, есть вопросы?

Вопросов не было.

Полковник Танака убедился в этом и заявил:

— Что ж, если так, то старшине второго класса Ито и лейтенанту Бадуно остаться, остальным заняться подготовкой к маршу и предстоящим действиям.