Халхин-Гол. Граница на крови

Начальник штаба подал команду, и все, кроме названного офицера и старшины, вышли из кабинета.

После этого полковник Танака поставил задачу командиру транспортного взвода, приказал ему обеспечить переброску подразделений в заданный район, отпустил его и обратился к Дзиро Ито:

— Тебе, старшина, необходимо провести не только дополнительную разведку Холара, что ты в состоянии сделать силами одного отделения, но и уйти глубже, вплоть до рубежей обороны русских и монголов. Задача глубинной разведки состоит в том, чтобы проверить сведения, полученные ранее. Как отработаешь на майора Куроки, перейдешь к капитану Исикаве, займешься группировкой противника, расположенной у Хамтая.

Старшина второго класса кивнул и сказал:

— Понял, господин полковник.

— Хорошо. А теперь, господа, обед.

В 20.00 шесть грузовиков «Исудзу» с личным составом роты, четыре танка «Чи-Ха», пять бронемашин «Осака» и одна полуторка взвода старшины Ито покинули район селения Сумэ-Дин. Ночью марш проходил в медленном темпе. Впрочем, танки значительно сокращали бы скорость передвижения колонны и днем. Однако, как бы то ни было, в 21.35 машины вышли на объект 22. До приграничных сопок оставалось около пяти километров.

Майор Куроки остановил колонну, подозвал своего бывшего подчиненного старшину второго класса Дзиро Ито и сказал:

— Отсюда тебе следует провести разведку района заставы Холар.

— Я в курсе, господин майор.

— По плану командования мы должны зайти в развалины старой крепости и занять всю территорию бывшей заставы до четырех утра.

Старшина посмотрел на Куроки и заявил:

— Господин майор, зачем повторять то, что я слышал не хуже вас на совещании и отдельно, в узком кругу?

— Я это к тому, Дзиро, что ты должен немедленно начать разведку.

— Господин майор, я знаю, что и как мне делать.

— И давно ты стал таким независимым, старшина?

Ито усмехнулся и ответил:

— С тех самых пор как вышел из вашего подчинения.

— Ну-ну. Однако обстановка изменчива, Дзиро. Вчера ты был в моем отряде, сегодня командуешь отдельным подразделением, а завтра вновь можешь оказаться у меня в подчинении, так что портить отношения со мной я тебе не советую.

Ито изобразил удивление и сказал:

— Я порчу отношения? По-моему, это вы, господин майор, ревниво относитесь к тому, что я получил новое назначение и представлен к офицерскому званию.

— Глупость! Так что по разведке?

— Скажу одно, господин майор. Разведка будет проведена, информацию по ней я лично доведу до вас. Думаю, ваша рота к четырем утра будет в развалинах.

— Думать тут мало, Ито!

— Вы придираетесь, господин майор. Разрешите заняться делом?

— Этого я от тебя и жду!

Старшина второго класса козырнул, отошел от командира роты и подал команду на построение своему первому отделению. Он быстро провел инструктаж, и семеро разведчиков с двумя саперами ушли по балке в сторону приграничных сопок.

Советская разведгруппа во главе с сержантом Кузиным продолжала осматриваться на месте дислокации бывшей первой монгольской заставы. После согласования этого вопроса с командиром батальона майором Филатовым капитан Новиков оставил ее на месте и оказался прав. Если батальонная разведка отвечала за обнаружение противника по всей зоне соприкосновения с ним и перемещалась по ближним тылам японцев с севера на юг и обратно, то группа сержанта Кузина работала локально, приглядывала за первой заставой, да и за второй, расположенной поблизости.

В 22.40 дозорный красноармеец Авдеев увидел японских разведчиков между дальних восточных сопок.

Остальные бойцы группы отдыхали, поэтому ему пришлось будить Кузина.

— Товарищ сержант! Ау!

Тот открыл глаза и спросил:

— Что? Японцы?

— Они самые.

Кузин поднялся с самодельной лежанки, сбросил с себя недосмотренный сон и осведомился:

— Сколько их? Где они?

— У восточных сопок. Я видел там двух саперов. Они обследуют проходы. Скорее всего это вновь разведка.


— Давай на место! Группа сейчас подойдет.

Авдеев ушел на пост.

Вскоре рядом с ним лежали сержант Кузин, красноармейцы Киренко и Сахно.

— Ну и что у нас тут, Петро? — спросил Авдеева командир группы.

— Так и есть. Разведчики, товарищ сержант. Они обследовали восточные сопки, перешли на западные, ближние к нам.

Сержант взглянул в темноту.

— И как ты их видишь, Петро?

— А у меня зрение орлиное.

— Ни хрена не разбираю. Где они?

— Сейчас японцев не видно, они пошли к оврагу, где висит сгоревший подвесной мост.

— Смотрят вторую заставу?

— А чего еще им там делать?

— Сколько человек в японской разведгруппе?

— Сегодня меньше на одного человека, чем в прошлый раз.

— Девять?

— Да. Среди них, как и раньше, два сапера.

Тут подал голос Киренко:

— Вижу!..

— Где? — спросил командир.

— К развалинам выходят.

Из-за облаков, которые этой ночью прикрывали небо, выглянула неполная луна, стало светлее, да и глаза красноармейцев, только что проснувшихся, уже привыкли к темноте.

— Есть такое дело. Девять самураев. Все в маскировочных костюмах.

Молодой красноармеец Сахно шмыгнул носом и предложил:

— Товарищ сержант, а не взять ли нам «языка»?

Кузин строго посмотрел на бойца и спросил:

— Кровь в жилах играет?

— А почему нет? Восьмерых мы запросто перестреляем, а девятого, которому повезет, живьем возьмем. Он все расскажет.

— А японцы узнают о гибели своей разведгруппы. Как думаешь, долго ты проживешь после этого? Если надеешься с «языком» дойти до Номана, то не обольщайся. Самураи нам и до лошадей добраться не дадут.

— Это еще вопрос.

Сержант дал молодому бойцу подзатыльник и заявил:

— Вопрос в другом, держать ли тебя в разведгруппе или отправить в пехоту.

— Да ладно, я же шучу.

— Замолчали! Смотрим.

Разведгруппа противника работала слаженно, быстро, тихо. Не было слышно ни одной команды, лишь сигналы руками, мигание фонариков. Японцы осмотрели все развалины, обошли по периметру территорию бывшей заставы, немного продвинулись по дороге, ведущей к Номану, после чего отправились к сопкам и растворились между ними.

Киренко спросил сержанта:

— Посыльного в штаб отправлять будем?

Кузин отрицательно покачал головой и ответил:

— Пока нет. Ты заметил, Вася, как быстро была проведена разведка? Словно японцы знали, что здесь нет ни наших, ни монголов, лишь проверяли эти сведения.