История с попугаем

Ранним утром меня разбудил звонок телефона. Спросонок я не сразу сообразила, где я нахожусь – моя кочевая жизнь порой забрасывает меня в неожиданные места. Мне приходилось просыпаться на таежной заимке, в промышленном холодильнике, на тропическом пляже… всего и не перечислить. К тому же час был ранний, а я типичная «сова». Поэтому я обвела диким взглядом веселенькие обои, картину на стене, изображавшую вазу с фруктами, окно, занавески в рюшечках. За окном был предрассветный сумрак… Ах да, я в гостинице. Милейшая старушка, подружка Милы, кошмарная птичка, труп в квартире…

На экране высветился номер Филаткиной.

– Что случилось? – зажимая трубку рукой, чтобы не будить постояльцев в соседних номерах, проговорила я. Неужели на пожилую даму снова совершено нападение? Эх, надо было наплевать на личные симпатии и антипатии и снять номер через стенку.

Но, к моему удивлению, все оказалось в порядке.

– Доброе утро, Женечка! – прощебетала старушка. – Надеюсь, я вас не разбудила?

– Ну что вы, – вздохнула я, нашаривая в полутьме джинсы.

– Тогда вы не откажетесь заглянуть ко мне на чашечку кофе? – светским тоном осведомилась Филаткина. – Я уже заказала для нас обеих.

Зевая и ругаясь, я быстро оделась, поплескала в лицо ледяной водой из крана и отправилась в гости к Ольге Дмитриевне.

Старушка была свежа, как майская роза, на щечках разливался румянец. Голубые глаза сияли. Чему это моя клиентка так радуется? Я с подозрением уставилась на Ольгу Дмитриевну. За короткий период знакомства я уже привыкла ожидать от нее всяческих неприятностей.

К счастью, хотя бы Аркадий спал – клетка была накрыта темной тканью.

– Да-да, он нам не помешает, – заметив мой взгляд, пояснила старушка. – Попугаи устроены очень просто – когда темно, они думают, что настала ночь, и засыпают. Ведь в тропиках, где их родина…

– Ольга Дмитриевна, – терпеливо проговорила я. – Вы подняли меня с постели в пять тридцать утра ради того, чтобы обсудить привычки попугаев?

– Ой, простите, Женечка! – Старушка прижала руку к груди и уставилась на меня потрясенным взглядом. – Я совершенно забыла, что вы так молоды, а у молодых хороший сон. Это мы с Аркашей маемся бессонницей и думаем, все думаем…

Ольга Дмитриевна выглядела отдохнувшей и совсем не походила на индивида, измученного бессонницей.

Я устроилась в кресле и с насмешкой, которую не смогла скрыть, спросила:

– И о чем же вы все время так напряженно думаете? Наверное, о прошлом?

Филаткина едва заметно усмехнулась.

– Вот и не угадали, Женечка. О будущем.

– Так-так, очень интересно! – Я села в кресле прямее. – Видимо, строите какие-то планы? Так поделитесь со мной.

Филаткина выдержала долгую паузу – встала, принесла кофейник и пару чашек на подносе, разлила кофе, придвинула мне вазочку с мармеладом. Представляю, как рада была девушка на ресепшене получить заказ в пять утра…

Наконец Ольга Дмитриевна уселась, сложила ручки на коленях и выдала:

– Я думала всю ночь и поняла, что надо делать. Наша с Аркашей задача – выжить. Значит, надо сделать все возможное. Нужно спрятаться там, где нас не найдут.

Филаткина с озабоченным видом помешала ложечкой сахар, потом подняла на меня глаза. Я терпеливо ждала.

– Мы с Аркашей уедем. Никто, даже вы, не будет знать, где мы. А когда все закончится, вернемся.

Отхлебнув кофе – жуткая бурда, похоже, месть девушки на ресепшене, – я покачала головой:

– Нет, Ольга Дмитриевна, так дело не пойдет.

– А по-моему, прекрасный план! – слегка обиделась старушка.

– Во-первых, вы уже втянули меня в это дело. Впрочем, если хотите, я сейчас быстренько соберу сумку, покину гостиницу, и дальше разбирайтесь сами, как знаете.

– Нет-нет! – поспешно перебила меня Филаткина. – Женя, не бросайте меня!

– В таком случае нам придется уехать вместе. Иначе я ничем не смогу вам помочь. Кстати, я так понимаю, у вас на примете есть место, где вы намерены спрятаться? И где же оно находится?

Филаткина гордо посмотрела на меня и конспиративным шепотом выдала:

– Балахов.

Откинувшись на спинку кресла, я с минуту, не меньше, рассматривала старушку. Ольга Дмитриевна выглядела вполне довольной собой.

Балахов был провинциальным – еще более провинциальным, чем наш Тарасов, – городком в ста с лишним километрах. Население, если память мне не изменяет, тысяч пять-шесть. Никаких достопримечательностей, курортов поблизости, никакой промышленности. Спрятаться в таком городе невозможно – любой чужак там, как муха на блюдечке сметаны, заметен издалека.

Скрываться можно двумя способами. Первый сложнее: нужно уехать в совершенно безлюдные места, тайгу, тундру. Не так давно я прятала одну семью на таежной заимке. Дело это довольно дорогостоящее – пришлось нанимать вертолет, использовать всякие технические примочки для наблюдения за округой… Второй способ проще, дешевле, его используют чаще всего. Где легче затеряться? Правильно, в мегаполисе. Съемные хаты, равнодушные соседи, никому ни до кого нет дела, плати деньги и живи, сколько понадобится. Но такой городишко, как Балахов… нет, это типичное не то!

– Ольга Дмитриевна, у вас что же, родственники там? – осведомилась я. Кстати, если старушка ответит положительно, это вариант придется сразу забраковать. Кто бы ни преследовал Филаткину и ее попугая, эти люди рано или поздно сообразят, что одинокой пожилой женщине не скрыться за границу, не сделать пластику лица. Куда ей деваться? Правильно, под крылышко к родне. Так что там ее будут искать в первую очередь.

– Нет, Женя, что вы! – воскликнула Ольга Дмитриевна. – Я еще не выжила из ума! Там проживает моя подруга, но мы не виделись лет десять, и никто не сможет нас связать друг с другом. Она вышла замуж, сменила фамилию и переехала в Балахов.


Уже лучше! Хотя такие фокусы, как смена фамилии, разоблачаются на раз-два-три.

Конечно, я могу отправить Ольгу Дмитриевну, скажем, в Болгарию. Старушке там понравится. Но у нее наверняка нет загранпаспорта. А его изготовление мало того, что займет какое-то время, так еще и привлечет к нам внимание.

– Ладно, допустим, я вывезу вас в Балахов. Но где гарантия, что эти типы не найдут вас и там? Здесь, в городе, у меня есть связи, снаряжение, масса возможностей вам помочь. А там… я не уверена, что смогу выполнять свои обязанности как надо.

– А вам и не придется! – улыбнулась Филаткина. – Вы доставите нас с Акрадием туда и уедете. Там мы будем в безопасности.

Странный план… Но в голосе пожилой дамы послышались незнакомые настойчивые нотки:

– Евгения, я понимаю, что вы, как всякая молодая женщина, считаете меня идиоткой…

– Что вы! Вовсе не считаю, – покривила я душой.

– …но уверяю вас, я пока еще не выжила из ума. И до сих пор сама превосходно справлялась со своей жизнью. Надеюсь, так будет и дальше.

Вот тебе, Охотникова! Знай свое место!

– Но вас не выпустят из города, ведь следствие только началось, – выдвинула я последний аргумент. Филаткина солнечно улыбнулась:

– Уверяю вас, Женя, это не проблема. Думаю, оно быстро закончится. Уверена, уже сегодня все разъяснится.

И точно – звонок следователя Мироновой раздался через каких-то полтора часа.

– Женя, вы ведь не откажетесь сопровождать меня? – несколько неуверенно проговорила Филаткина. – Я опасаюсь, что не смогу найти ответы на какие-нибудь каверзные вопросы… все-таки возраст, понимаете…

Ага, вот так вот лгать правоохранительным органам!

– Вряд ли мне разрешат присутствовать при вашей беседе со следователем, – честно предупредила я. – И Аркадия придется оставить здесь.

Ольга Дмитриевна прижала ладошки к щекам и воскликнула:

– Я не могу оставить его одного! Вдруг в мое отсутствие Аркашу похитят?! Я никогда себе не прощу!

– Это вряд ли, – я покачала головой. – Ваши враги, кто бы они ни были, не всемогущи, уж извините. Гостиницу я выбрала наугад, а по дороге сюда следила, нет ли за нами наблюдения. «Жучков» на моей машине нет – за этим я слежу тщательно. Так что сегодня можете быть спокойны.

Я заглянула к хозяину гостиницы и предупредила, что мы с пожилой дамой вынуждены ненадолго уехать по важному делу, а попугая оставляем в номере. Птица в клетке, так что беспокоиться не о чем. Главное – следить, чтобы никто не проник в номер в наше отсутствие. Потому что попугай очень дорогой, стоит несколько тысяч долларов. На этом месте хозяин проникся важностью поставленной задачи и пообещал, что в его заведение и мышь не проберется незаметно.

Следователь Миронова ждала нас в своем кабинете. С проходной я позвонила ей и объяснила, что намерена сопровождать пожилую женщину. Так что на меня выписали пропуск, и, поддерживая Ольгу Дмитриевну под локоток, я поднялась на второй этаж, где в темноватом кабинете ждала нас Галина Миронова.

Входя в кабинет, моя подопечная выглядела такой хрупкой и слабой, ее кудряшки так трогательно подрагивали, а голубые глаза смотрели на следователя с такой тоской и надеждой, что я поразилась актерским способностям госпожи Филаткиной.

Когда мы наконец расселись на стульях, стоящих напротив письменного стола следователя, я сама была готова поверить, что моя клиентка – беспомощная старушка, плохо видящая, слышащая и соображающая по причине преклонного возраста. Чего уж говорить о следователе. Поэтому Миронова, первоначально обращавшаяся к Филаткиной, постепенно перешла к разговору со мной, а Ольга Дмитриевна только поддакивала моим ответам.

Оказалось, старушке нечего было бояться – ее ни в чем не подозревали, и рассказ ее сомнений не вызвал. Личность погибшего была установлена. Такая оперативность объяснялась просто – покойный оказался рецидивистом-«медвежатником», специалистом по взлому сейфов. Десять дней назад Михаил Шмаков, 1960 года рождения, освободился из мест лишения свободы, где отбывал долгий срок. Мужик успел только вернуться в родной Тарасов, где проживал до посадки. Родных у него не осталось, друзей тем более. Нелепая смерть от удара током оборвала его жизнь. Совершенно непонятно было, что этому типу, судя по всему, серьезному преступнику, понадобилось в квартире пенсионерки. Но на этот вопрос никто не мог дать ответа.

– Конечно, дело не закрыто, – вздохнула Миронова. – Следствие будет идти какое-то время. Но в вашей квартире следственные действия закончены. Печати сегодня утром сняли. Так что можете возвращаться домой и жить спокойно. Подпишите вот здесь… и еще здесь.

Филаткина поставила дрожащую закорючку в протоколе и жалобно произнесла:

– Как я теперь смогу уснуть в моей квартире, зная, что там случилось такое! И вообще, я боюсь привидений. Призрак человека, погибшего насильственной смертью, всегда бродит поблизости от места, где он погиб!

Галина Михайловна уже потеряла интерес к пожилой даме и ее проблемам. Да, понимаю, у бедняги наверняка дел десять в производстве. А тут чокнутая старушка с попугаем. Все ведь ясно и понятно: откинулся рецидивист, приехал в родимый городок, вломился в чужой дом по старой памяти и глупо погиб. Все, точка. Сейчас вот потянем еще немного для порядка, а потом закроем дело – и в архив.

– Скажите, я могу уехать из города? – озабоченно проговорила Филаткина. – Ведь я не давала никакую подписку… как это? о невыезде?

Миронова едва заметно усмехнулась. Теперь все старушки смотрят сериалы и прекрасно разбираются в процедуре ведения следствия.

– Разумеется, Ольга Дмитриевна, вы свободны. Можете ехать, куда пожелаете.

– Тогда я отправлюсь к подруге! – повеселела Филаткина и тут же обеспокоенно спросила: – Но вы ведь сообщите мне, если что-то выяснится? Ну, там, узнаете, зачем этот ужасный человек залез в мою квартиру?

– Конечно, не беспокойтесь! – улыбнулась Миронова, подписала пропуска и даже проводила нас до двери кабинета.

Нет, все-таки до чего хорошо быть маленькой старушкой! Все настроены доброжелательно, разве что слегка посмеиваются, никто не принимает тебя всерьез и ни в чем, конечно, не подозревает.

Итак, мы вернулись в гостиницу. Там нас ожидал очередной сюрприз – Аркаша, предоставленный самому себе, ухитрился открыть клетку. Так что к нашему возвращению номер Ольги Дмитриевны представлял собой печальное зрелище. Пожилая дама едва не плакала, глядя на испачканные обои и изорванные занавески. Филаткина что-то бормотала о пенсии, которую должна получить как раз в конце будущей недели. Вздохнув, я пообещала все уладить. Старушка тут же повеселела и принялась нежно журить Аркадия, посаженного в клетку:

– Такой плохой мальчик! Разве можно так расстраивать мамочку?

– Аркаша негодяй! – с пафосом сообщил попугай. – Мер-р-рзавец!

Перед тем как покинуть гостиницу, мне пришлось раскошелиться еще раз – и весьма основательно. Пожалуй, неделя отдыха на Ямайке обошлась бы мне дешевле.