Итальянский беглец

— Я остался жив только потому, что меня не было в том самолете, — подтвердил он мою догадку. — Это я был тем самым пассажиром, который в последний момент отказался от полета. Я просто остался в Риме.

— Но ведь ты был в списках погибших? — недоуменно спросила я.

— А вот это и оказалась та самая счастливая случайность, благодаря которой я и выстроил всю последующую схему и стал в результате Николо Контадино.

— И это означает… — начала я.

— Что шантажисту это превосходно известно, и теперь он всячески пытается дать мне понять, что не будет бесплатным сейфом для моего маленького секрета.

— Ты считаешь, что ему нужны именно деньги? — раздумчиво спросила я. — Ты ведь упоминал о каком-то компромате.

— Все зависит от личности шантажиста, — вздохнул Павел. — А я на данный момент не имею ни малейшего представления, кто это может быть.

— Давай именно с этого и начнем! — с энтузиазмом подхватила я. — Попробуем вместе вычислить, кто именно мог напасть на твой след, наверняка есть какие-то косвенные зацепки. Или ты опять чего-то недоговариваешь?

Павел улыбнулся. Похоже, моя горячность его забавляла.

— Ты вроде не собиралась становиться частным детективом? — В его глазах плясали насмешливые искорки. — «Я — бодигард!» — передразнил он меня, причем довольно похоже.

Я вскочила со скамейки, всерьез раздосадованная, намереваясь в пух и прах разнести его манеру подшучивать в самый неподходящий момент. Но Павел тотчас же поднялся вслед за мной и примирительно положил руку на мой локоть.

— Ладно, не горячись, — попросил он. — Думаешь, мне сейчас легко? Есть у меня одна зацепка…

— Какая?

Павел посмотрел на часы.

— Давай лучше поднимемся в квартиру, — предложил он вместо ответа. — А то Габриэлла, чего доброго, проснется и запаникует, куда мы с тобой делись. Она и так весь вечер была какая-то беспокойная.

Я промолчала. Рассказывать о вчерашней беседе с его женой я не собиралась. Надеюсь, сама Габриэлла тоже.

— А второе видео, оно тоже связано с шантажом? — спросила я Павла, пока мы поднимались.

— Ну, Хапурова-то ты наверняка узнала, — усмехнулся Павел. — Тоже мало приятного, но уже не настолько.

Очутившись в квартире, мы прервали наш диалог, из которого я уяснила, что обнародования своей связи с финансистом Павел опасается куда меньше, чем с другим товарищем.

Павел осторожно заглянул в их с Габриэллой спальню и тихо, с удовлетворенным видом прикрыл дверь. Судя по всему, он напрасно опасался, что его половинка проснется раньше времени. Габриэлла явно не собиралась изменять своим привычкам, утруждая себя ранним подъемом.

Мы с Павлом обосновались в кухне, решив во второй раз за утро побаловать себя кофе. Павел озабоченно посмотрел на часы.

— Надо позвонить в службу доставки, заказать что-нибудь Габриэлле к завтраку. Вот только понятия не имею, чего бы ей хотелось.

Я мысленно восхитилась. Не муж, а находка! Жена знай себе дрыхнет, а супруг весь в переживаниях — чем бы попотчевать свою ненаглядную. Свои впечатления я тактично оставила при себе.

— Закажи опять пиццу, — предложила я. Павел с сомнением посмотрел на меня.

— Вчера была пицца.

— Вчера была с салями, — возразила я. — А ты закажи с морепродуктами.

Это решило дело. Павел принялся звонить в ресторан, а я пока от нечего делать начала мысленно перебирать подробности недавнего рассказа Павла. При этом я пришла к неутешительному выводу, что анализировать пока особо нечего. Для этого недостаточно фактического материала.

— Я не поняла, как же все-таки вышло, что ты не сел на этот самолет? — спросила я Павла, когда он, расположившись на стуле напротив, тоже налил себе кофе. — Ты что, знал, что произойдет катастрофа?

— Нет, конечно! — Павел изумленно посмотрел на меня. — Как же можно было об этом знать?

— Иногда бывает, — буркнула я.

— Не мой случай, — парировал Павел и сердито вздохнул. Похоже, моя, прямо скажем, довольно двусмысленная реплика всерьез его задела, поскольку после непродолжительного молчания он заявил:

— Вот что, Евгения. Если ты хочешь, чтобы мы сработались, ты должна мне доверять.

— Хотелось бы взаимности в этом отношении, — не полезла я за словом в карман.

— Ты права, — сдался Павел. — Договорились.

Наконец-то! А то я уже отчаялась. И я приготовилась слушать правдивую повесть, которая не заставила себя ждать.

— О том, что произойдет катастрофа, я, разумеется, понятия не имел. Поверь, знай я хоть что-нибудь, то первым делом предупредил бы экипаж. Людей мне очень жаль…

— Так почему же ты не полетел в Дублин? — Мне действительно не терпелось вытянуть это из Павла.


— Да все из-за этого Рэлли! — воскликнул Павел. — Я встретил его в Риме в те несколько часов между рейсами.

— И что?

— Он сделал мне одно из тех предложений, о которых принято говорить…

— От которого ты не смог отказаться, — нетерпеливо закончила я.

— Ну да, — кивнул Павел. Из-за Рэлли я решил отложить перелет в Дублин, а вместо этого встретился с ним через час в том самом клубе. Понятия не имел, что кто-то меня вел. И похоже, от самого аэропорта. А Рэлли… Что ж, в тот раз он меня спас от смерти, сам того не ведая. Хотя он уже это понял, разумеется.

— Но шантажирует тебя не Рэлли?

Павел покачал головой:

— Нет, не думаю. Ему это невыгодно, если только он не ведет какую-то уж слишком сложную игру, даже не двойную. Насколько мне известно, он предпочитает простые короткие схемы, в этом плане он виртуоз. Но, надо отдать ему должное, их-то он просчитывает от и до. А затевать что-то более сложное… Нет, такими делами он себя не затрудняет. Я вообще подозреваю, что в последнее время разного рода мелкие аферы стали для него чем-то вроде хобби. Чтобы быть в тонусе, так сказать.

— Ну и иметь небольшой, но стабильный доход, — вставила я.

— Само собой, — согласился Павел. — А вообще, насколько я понял, он готовит себе легальный аэродром. Так что затевать новую рискованную игру, пусть даже очень прибыльную, не в его интересах. Да и фактов, которые могли бы указывать на него, я не нахожу. Нет, это точно не Рэлли.

— Хорошо. Одним подозреваемым меньше, — подвела я краткий итог. — Что с остальными?

Павел хотел было ответить, но тут мы услышали, как в глубине квартиры хлопнула дверь. Габриэлла, как оказалось, уже встала и теперь направлялась в кухню.

— Потом обсудим все остальное, — вполголоса произнес Павел. — Это долгий разговор.

Не успел он договорить последнюю фразу, как в дверях кухни-столовой появилась Габриэлла, как всегда улыбающаяся и прекрасная.

— Секретничаете? Доброе утро!

— Доброе утро, — поздоровались мы вразнобой. Причем Павел присовокупил к приветствию неизменное «дорогая». И тут раздался звонок домофона.

— А вот и завтрак! — улыбнулся Павел, взглянув на жену. — Ты как раз вовремя.

— Я все делаю вовремя, — заявила Габриэлла, наливая в высокий бокал апельсиновый сок.

Я направилась к двери и проделала те же манипуляции, что и вчера, с той лишь разницей, что на этот раз я была не в халате, а в более приличествующей одежде. Да и курьером оказался уже не юный паренек, а довольно плотный мужчина средних лет. Он не выказал ни малейшего удивления, когда я попросила его открыть коробку с пиццей. А вот Павел в этот раз проявил куда больше расторопности и вручил-таки курьеру чаевые. Тот удалился с довольным видом.

— Опять пицца! — Габриэлла капризно выпятила нижнюю губу.

— Ты же скучаешь по итальянской кухне, — заметил Павел.

— Но это не означает, что я готова питаться с утра до вечера одной только пиццей, — говоря это, Габриэлла проворно отрезала кусок вышеозначенного блюда и принялась за еду. По ее лицу невозможно было понять, нравится ей пицца или нет. Разделавшись с этой порцией, она отодвинула от себя блюдо с оставшейся пиццей.

— Ладно, — спокойно отреагировал Павел. — Остальное съешь на обед.

— А то, что останется от обеда, съешь на ужин, — скорчила рожицу Габриэлла, комично подражая интонациям мужа. — Ну уж нет! В обед мы все пойдем в ресторан и закажем все, что захотим. А сейчас пойдем прогуляться по городу, Евгения обещала мне экскурсию. А ты, как крот, готов безвылазно сидеть в четырех стенах!

Все это Габриэлла произнесла очень быстро, причем с каждой следующей фразой ускоряя темп и возвышая голос. Я вдруг ощутила себя героиней какой-то старой итальянской мелодрамы, которая вынуждена наблюдать ссору между супругами. Для полного правдоподобия не хватало лишь, чтобы Павел, вскочив с места, начал яростно и горячо спорить с супругой, при этом отчаянно жестикулируя. Однако ничего подобного Павел почему-то делать не стал. Наоборот, он беспомощно посмотрел на меня, продолжая хранить молчание.

— Ну что ты молчишь?! — не унималась его темпераментная половинка. — Мы идем гулять или нет? Евгения, уговорите его!

Только сейчас я отчетливо осознала, во что меня угораздило влипнуть. Теперь мне предстояло быть не просто гибридом телохранителя и частного детектива, но еще и нянькой супруги клиента, которой нельзя сообщать об истинном положении дел, в том числе и о моей реальной функции при ее муже. Видимо, мои переживания вполне отчетливо отразились на моем лице, поскольку Павел тихо произнес по-русски, глядя в свою чашку:

— Я увеличу твой гонорар в полтора раза.

Учитывая, сколько обязанностей я должна теперь выполнять, его следовало бы увеличить минимум раза в три.

— Ладно уж, — буркнула я в ответ. — Скидка за знакомство.

— Какие-то секреты? — вмешалась бдительная Габриэлла.

— Просто обсуждаем, куда бы нам выбраться на прогулку, — невинно отозвался Павел. Брак моего клиента построен на сплошном вранье, причем с самого начала, мысленно позлорадствовала я. Кстати, насчет прогулки. Если я каждый раз, перед тем как все мы усядемся в машину, буду исследовать ее на предмет безопасности, Габриэлла окончательно уверится в своих подозрениях (кстати, полностью обоснованных), что ее мужа хотят убить. Поэтому прогулка должна быть пешей.

— Сделаем так, — заявил Павел, которому в голову пришла та же мысль. — Здесь неподалеку есть полудикий парк и даже с прудом. Прогуляемся, а заодно и пофотографируемся. А если проголодаемся, так там есть кафе, и очень даже неплохое. Так что сможешь заказать все, что тебе угодно, не только пиццу.

— Нет, только не пиццу! — Габриэлла выскочила из-за стола. — Я иду одеваться.

— Твоя жена обычно долго собирается? — поинтересовалась я у Павла.

— Да вроде нет, — он немного растерялся. — А почему ты спрашиваешь?

— Хочу поскорее услышать конец истории, — объяснила я причину своего неуместного любопытства. — Паша, время идет, а мы пока не продвинулись ни на шаг. Чтобы тебя защитить, я должна хотя бы в общих чертах представлять, откуда исходит опасность.

— Да понимаю я! — досадливо поморщился Павел. — Но ты же видишь, как все складывается. Обещаю, сегодня ты будешь знать все, что известно мне самому. Будем надеяться, что тебе это пригодится. Или хотя бы даст ниточку. Я же сам пока ничего понять не могу.