Кровоцвет

– Хорошо.

Мы спешно собрали вещи в котомку, и Келлан прикрепил ее к своему седлу. Я села верхом на свою лошадь, а Келлан, подхватив Конрада, – на Фаладу. Конрад испуганно вскрикнул, и проснулась Лизетта.

– Аврелия, что происходит? – сонно спросила она. – Что вы делаете? Аврелия! Отпустите его!

Мы поскакали в лес, а Лизетта закричала:

– Отец! Отец! Они схватили принца! Они уходят!

Из чащи выскочил Торис. Мы промчались мимо него. В одной руке он держал лампу. Игра света и тени превратила его лицо в злобную маску, похожую на гримасу из моего сна. Он побежал к лагерю, запрыгнул на первую попавшуюся лошадь, и, чуть не задавив Лизетту, пустился в погоню.

Тропинка шла в гору и лихо петляла. Торис висел у нас на хвосте и в насмешку над нами насвистывал в такт ритмичной дроби копыт. «Ты в Черную Чащу, дитя, не ходи. Там страшная ведьма живет…» Но наши кони были быстрыми и крепкими, и с каждой секундой мы все больше отрывались от преследователя. Во мне затеплилась надежда.

Но ненадолго.

Тропа круто сворачивала направо, уходила в ущелье и пролегала по самому краю отвесного склона, у подножия которого шумела река Сентис. Дорога была предательски узкой и ухабистой, а кое-где порода обрушилась под действием времени и стихий, оставив края склона неровными. Вдалеке тропа уходила в лес, и откуда-то из его глубин раздался волчий вой. Моя лошадь резко остановилась и начала нервно перебирать копытами. Когда вой послышался снова, с испуганным ржанием она взвилась на дыбы.

Не удержавшись в седле, я свалилась на землю, а лошадь скрылась среди деревьев.

Я приподнялась на локтях. Глаза щипало от слез и грязи, все тело ныло. Келлан, ехавший впереди, остановился.

– Уезжайте! – крикнула я. – Не ждите меня! Уезжайте! – Если верить видению, Келлану нельзя было задерживаться в компании Ториса. Но, к моему огорчению, он развернулся и поскакал назад.

В это время меня нагнал Торис. Он спрыгнул с лошади с грацией танцовщика и стал надвигаться на меня, с ухмылкой поигрывая ножом. Я выставила руки вперед, чтобы защитить лицо. К нам подъехал Келлан.

– Отпусти меня! – кричал Конрад, отбиваясь от стражника.

– Довольно, – сказал Торис. – Отпустите мальчика, лейтенант. Живее!

Поджав губы, Келлан помог Конраду слезть с лошади, а после спустился сам.

– Осторожно, магистрат, – предостерег его Келлан. – Не делайте того, о чем будете жалеть.

Из леса выехала Лизетта. Растрепавшиеся волосы рассыпались у нее по плечам. Она спешилась и встала рядом с отцом.

– Отпусти Конрада, Аврелия, – сказала она вкрадчивым тоном. – Не нужно делать ему больно.

– Что? Я не…

Мой брат вырвался из рук Келлана и, всхлипывая, бросился к Лизетте.

– Они хотели забрать меня, – сказал он. – Торис был прав.

– Я тоже не хотела в это верить, – пробормотала она. – Не переживай, теперь ты с нами.

– Нет, Конрад! – воскликнула я. – Я бы тебя и пальцем не тронула! Как ты не понимаешь? Я бы никогда…

– Ложь! – Торис медленно обходил меня по кругу. – Мы раскрыли вашу измену. Вы вступили в заговор с Саймоном Сильвисом, чтобы убить наследников двух королевств: вашего брата и жениха. По счастью, мы поехали с вами и смогли вам помешать.

– Он лжет, Конрад… – вступился за меня Келлан.

– Принц видел достаточно, – перебил его Торис. – Увези его, дочь моя. А я займусь этой парочкой.

– Стойте! Не забирайте его! Нет… – Мне в спину между лопаток уткнулось острие ножа.

Лизетта посадила Конрада в седло, устроилась за ним и, бросив на меня разочарованный взгляд, поскакала обратно в лагерь.

– А теперь, – сказал Торис, – будьте так любезны, отдайте мне письма.

– Какие еще письма? – растерялась я.

– Полноте, Саймон Сильвис не стал бы посылать вас в Аклев без приглашений. Ну же, я жду. – Торис повел меня к лошади, уперев мне в спину клинок. Послышался треск ткани. Одно неверное движение – и острие вонзится в кожу.

Я достала из котомки конверты.

– Вам нужны приглашения? Вы их получите, но только если вы вернете мне Конрада и позволите нам уехать. – Краем глаза я видела, как сзади к нему крадется Келлан.

– Конрад не желает ехать с вами, – сказал Торис. – Больше того, он вас ненавидит. У вас не так уж много друзей, милочка, не правда ли? – Он склонил голову набок. – Вам больно терять даже одного.

Внезапно Торис пригнулся, уклонившись от меча Келлана, напал на него со спины и приставил к горлу нож. Келлан бросил меч на землю и поднял руки.

– Как назло, без приглашений не обойтись. Магия порой все только усложняет. Именно поэтому работа Трибунала так важна. Он следит за порядком. А теперь отдайте бумаги. Повторять я не собираюсь. – На шее Келлана выступила капелька крови и потекла за воротник.

На секунду я задумалась… а потом занесла приглашения над пропастью.


– Опустите нож, или не попасть вам в Аклев.

– Я торговаться не собираюсь.

– Опустите, – сказала я, повысив голос.

Торис недовольно отвел руку в сторону, и я положила приглашения на край обрыва. Красная печать в форме узла-трилистника тускло поблескивала в лунном свете. Торис потащил Келлана к обрыву. Когда конверты оказались у их ног, он отпустил стражника и быстро подхватил их.

Я бросилась в объятия Келлана. За его спиной Торис с усмешкой убирал приглашения в карман.

– Вот и все! – крикнула я. – Вы получили что хотели. Теперь позвольте нам уехать, как обещали.

– Ничего я не обещал.

Быстрым движением Торис вонзил Келлану нож в бок.

Стражник обмяк, и я пошатнулась под его весом.

– Келлан!

У меня подкосились ноги, и я отчаянно вцепилась в его плащ, чтобы не дать ему сорваться со скалы. Мгновение он балансировал на краю обрыва.

Я с ревом уперлась ногами в землю и рывком потянула плащ на себя, но застежка сломалась, и Келлан полетел в пропасть.

Я уставилась на свои руки, в которых одиноко развевалась на ветру сапфирово-синяя материя. Тишину нарушали только далекий шум реки и мое прерывистое дыхание. Темнота поглотила Келлана целиком. Его не стало.

Торис схватил меня за руку, поднял на ноги и поднес к моему горлу нож, с которого капала кровь Келлана.

– Думаю, в глубине души вы всегда знали, что плохо кончите, принцесса, – спокойно произнес он.

Я вся похолодела, будто окунулась в ледяные воды горной реки, и моя скорбь обернулась ненавистью.

– Вы настолько противитесь объединению Ренольта и Аклевы, что готовы меня убить?

– Напротив, я его жажду. Свадьба состоится, принцесса выйдет замуж за принца, однако ваше присутствие на церемонии не потребуется. Лизетта всегда больше подходила на эту роль.

Так вот оно что. Лизетта отправится в Аклев вместо меня, а я умру в этом ущелье.

– А что с Конрадом?

– Он всего лишь марионетка. Он нужен нам, чтобы держать в узде вашу мать. К тому же в отличие от вас он оказался весьма податлив, а это ценно. – Он скроил тревожную мину и пролепетал: – «Ах, маленький принц, никто не должен узнать о подмене, иначе нам не вычислить сообщников вашей сестры. На кону жизнь королевы!» – Он засмеялся, уперев лезвие мне прямо в горло.

Мне хотелось зажмуриться, но я себе не позволила. Пусть видит мое лицо, мои глаза, когда будет отнимать у меня жизнь. Возможно, чары лорда Саймона подействуют и вместо меня погибнет кто-то другой (одна мысль об этом была невыносима), но если по какой-то причине они не сработают, я хочу умереть в ярости. С жаждой возмездия. Я хочу стать призраком и мучить Ториса до конца его дней.

– Вы уж не серчайте, принцесса, – сказал он. – Вы просто не входите в мои планы.

Его рука двигалась умело, надрез от уха до уха получился ровным и чистым. Но я не почувствовала прикосновения лезвия. Я вообще ничего не почувствовала.

Удар приняла на себя другая.

Торис перерезал глотку Предвестницы, возникшей между нами в то самое мгновение, когда он занес нож. Но у нее на горле и так зияла глубокая рана, ей он не мог навредить. Он подскочил, как ошпаренный, и выронил оружие.

– Арен?

Он тоже увидел ее – и даже узнал. Торис в панике уставился на нас, переводя взгляд с одного лица на другое.

А потом Предвестница исчезла. Так же быстро, как появилась.

Я схватила флакон с кровью, висевший у него на шее, и с силой дернула. Со звуком лопнувшей струны шнурок порвался. Затем я толкнула его плечом в грудь, и он полетел на землю. Три больших шага – и я очутилась возле Фалады. Я запрыгнула ей на спину, как на тренировках с Келланом, и, все еще сжимая в кулаке флакон, вцепилась в длинную гриву лошади и ударила ее пятками по бокам.

Фалада понеслась вперед, взбивая темную, влажную землю Черной Чащи копытами, и мы растворились во мраке.





10




«Нас здесь нет. Мы невидимы. Нас здесь нет. Мы невидимы».

Я твердила заклинание лорда Саймона до глубокой ночи, даже после того как высохла кровь, которую я пустила, чтобы его прочесть. Когда ехать дальше не было сил, я устроила привал и, кутаясь в теплый плащ Келлана, бормотала в темноте под жалобный волчий вой. «Нас здесь нет. Мы невидимы». Прошло время, и я задремала, а заклинание все равно считалочкой крутилось у меня в голове. «Нас здесь нет. Мы невидимы. Нас здесь нет. Мы невидимы».