Любовь под напряжением
Часть 8 из 43 Информация о книге
– Так и думала. Лер, когда это все прекратится? Перед соседями уже стыдно! – Соседи здесь при чем? – Юля видела, как ты поздно возвращалась домой, не одна… Отлично. Тетя Юля – мама Златки. Они всей семьей, что ли, у окна караулят? По сменам – днем и ночью. И что же, соседка доложила обо всем моей маме с самого утра? Вот делать нечего! Но сейчас меня интересовало другое… – Погоди, не одна? – тихо спросила я. – А с кем? – Так напилась, что и не помнишь? – всхлипнула мама. – Блин, мам, прекрати причитать, пожалуйста! – поморщилась я. Один из вертолетов подлетел близко-близко и больно царапнул где-то в области виска. Прихлопнуть бы его, как комара… – Башка болит… – Ах, башка у нее болит? – задохнулась от возмущения мама. – Лера, я вышлю тебя к отцу первым же утренним рейсом, допрыгаешься! – Да с удовольствием съеду от тебя! – Значит, так? – Так!.. – Отправлю к отцу, и ты меня больше не увидишь! – А ты – меня!.. Мама первой сбросила вызов, а я только устало положила голову на кухонный стол. Такие разговоры у нас происходят минимум раз в неделю, а то и чаще… Но мама только грозится. У нее духу не хватит отправить меня жить к отцу… Как же учеба? Хотя, если меня все-таки отчислят за многочисленные прогулы, больше в этом городе и держаться будет не за что. Разве что жалко с Валей расставаться… Вертолеты перестали трещать, но руку по-прежнему жгло. Жгло глаза от недосыпа, а еще почему-то было очень горячо в области груди. Где-то совсем рядом с сердцем. Впервые в жизни я чувствовала себя так странно… Вышла из-за стола и направилась в мамину комнату, к огромному шкафу-купе с зеркальными дверцами. Критично оглядела себя с ног до головы. О прическе и говорить нечего… Укладку смыло дождем, и волосы за ночь высохли кое-как. А еще жуткий потекший макияж, как у Джокера… Глаза как-то странно и непривычно блестят, будто под хмелем. Я даже ближе склонилась к зеркалу, уткнувшись носом в свое отражение. Отстранилась, снова осмотрела себя… Боже! Схватилась руками за шею. Кулон! Где мой кулон? Маленький, розовый, пластмассовый… На серебряной цепочке! Он мне попался в шоколадном яйце в один из самых счастливых дней в моей жизни, когда родители забрали меня до сон-часа и отвезли в цирк – любоваться на воздушных гимнастов… Я рухнула на мамину кровать, раскинув в стороны руки. Вертолеты с жужжанием взметнулись вверх. Кажется, что стрекозы – это мои мысли, которые мечутся в хаотичном порядке, пытаясь помочь мне вспомнить, как все-таки вчера закончился мой вечер… Забинтовав руку, я отправила в «ВКонтакте» сообщение Регине: «Что вчера было? Ничего не помню…» Но соседки не было в сети уже пять часов. Высыпается, наверное. Привычно потянулась к серебряной цепочке на шее и, вздохнув, опустила руку. Пропажа кулона жутко расстроила. Больше в жизни не пойду тусоваться! Одни неприятности… На автомате насыпала кофе в турку, налила воды, поставила на плиту… И снова попыталась восстановить картину вчерашнего, прикрыв глаза. В голове возник лишь образ русоволосого парня… Умник. Точно. Так я его про себя обозвала. Теперь мысли-вертолеты, с шумом потрескивая винтами, крутились только вокруг него. Об Умнике было приятно думать… Не знаю, сколько я так простояла, только кофе, сердито буркнув, с шипением вылился из медной турки на плиту… На столе завибрировал телефон. Зло! Вот кому точно небезразлична моя судьбинушка. Хотя вспомнила она обо мне, как обычно, не вовремя. – Да, Валюш? – ответила я, метаясь по кухне в поисках тряпки. Черт, где у мамы что лежит? – Привет! – громко проговорила Злобинец. На фоне играла музыка, и слышались голоса. – Как прошла тусовка с крутыми ребятами? – Так себе, – призналась я, обнаружив наконец тряпку и теперь лениво возя ей по стеклокерамической варочной панели. Приподняла тряпку и с тоской поглядела, как с нее стекают коричневые капли… – Что-то случилось? – перепугалась Злобинец. И, не дав мне ответить, затараторила: – Лер, я тут в кафе своем сижу! Совсем забегалась и забыла, что со сменщицей поменялась… Ты приходи, а? Так тошно! В квартиру возвращаться не хочу! Соседи невыносимые… И тараканы! Ой, или ты уже позавтракала? Разлитый кофе стекал худой струйкой с плиты на светлый кафель… – Нет, Валюш, не завтракала! – крякнула я, присаживаясь на корточки перед плитой и разглядывая свое помятое отражение в дверце духового шкафа. – Тогда подваливай! – А луна сегодня хорошая? – осторожно поинтересовалась я. – Хорошая, – отозвалась Валя. Впрочем, без особой уверенности в голосе. – Ладно, иду! – проговорила я, поднимаясь на ноги. На плиту было посмотреть страшно! Только всё развезла… «Приведу плиту в порядок, как вернусь!» – решила я. До приезда мамы точно успею! Утро было ветреным. После ночной грозы улица встретила прохладой. А ведь несколько дней в городе держалась практически летняя погода. Хорошо, что кафе, в котором работала Зло, находилось недалеко от дворов, где жила я и когда-то обитала сама Валюша… Подруга специально выбрала такое расположение, чтобы было близко к университету и дому отца, которого Злобинец периодически навещала. Я брела по мокрому, гудящему людьми проспекту с одинокой мыслью: «Что-то изменилось». Я – внезапно другая. Пока не знаю, в чем конкретно это проявляется, но обязательно докопаюсь до истины… Валя сидела за небольшим столиком у окна и пила кофе. Рядом с подругой с пронзительными криками носились дети. Кто тащит своих чад в кафе с самого утра в субботу? От детского визга снова разболелась голова. Я плюхнулась за стол и потянулась к меню. Валя подняла на меня глаза и с интересом начала разглядывать. Заметив перебинтованную руку, нахмурилась, но пока промолчала. Я сердито уставилась в раскрытое меню. – Только много не трещи! – сразу предупредила я Злобинец. – Голова раскалывается! Ты капучино взяла? – Ну да, – отозвалась Валя. – Ты, Лер, выглядишь помятой… – Ага, помялась немного по пути, ветер сильный, – проговорила я, взглянув на Злобинец. Валя растерянно захлопала глазами. – Ты не могла сесть еще ближе к детской площадке? Например, за тот стол? Я кивнула на розовый детский столик, за которым упитанный мальчишка лет четырех-пяти увлеченно что-то рисовал… – Сильно шумят, да? – виновато спросила Зло. – Валь, а салат какой взяла? – С помидорами и молотым перцем… И еще я десерт заказала. Пирожное! – А я буду, наверное, омлет с гренками… – быстро проговорила я, посмотрев на Валю. – И кофе… У Зло карие глаза, такие же, как у Умника. Я снова вспомнила красивое лицо парня и зависла, глядя на подругу… Ливень стеной, жуткий грохот, яркие вспышки и те бархатные глаза. А наш поцелуй у края крыши? При одной только мысли о нем захотелось глупо и счастливо улыбаться. Просто так. Несмотря на галдящих детей, обожженную руку, временную амнезию и ссору с мамой. – Хотя салат зря взяла… Репчатого лука много. Я его вообще плохо переношу, в животе пучит, урчит… Кошмар! Голос Злобинец донесся до меня так глухо, будто Валю заперли где-то в сыром подвале. – Сходи в туалет, – посоветовала я, вынырнув из своих мыслей. Разогнала собравшиеся над головой вертолеты. Снова склонилась над меню. – Что? – ахнула Злобинец. – Что? – отозвалась я. – Раз у тебя проблемы с пищеварением… – А я что, это вслух сказала? – запаниковала Валя. Оторвавшись от изучения меню, я растерянно посмотрела на подругу. – Ну не про себя же! Сказала и сказала! В чем проблема? Все свои… Злобинец покраснела. – Ладно, проехали! – буркнула подруга, поднимаясь из-за стола. – Сейчас вернусь! Я тем временем сделала заказ: взяла себе омлет, тосты, кофе. Внезапно проснулся зверский аппетит. Наверное, после пережитого накануне стресса. В ожидании Зло и заказа уставилась в окно на многолюдный проспект. Город был хмурым и каким-то тревожным. Ветер пронес мимо несколько рекламных листовок, а затем принялся яростно раскачивать светофор на перекрестке… Вернувшись за стол, Валя потянулась за своей чашкой с кофе. – Завтра точно переезжаю! – сердито проговорила подруга. – Теперь-то поможешь с переездом? Там несколько коробок с вещами, книги и стеллаж… Я его сама разобрала! Новая квартира далековато отсюда, но я уже машину наняла! Поможешь ведь, Лер? – Честно? – спросила я, поморщившись от очередного детского крика поблизости. Угораздило же Зло занять столик недалеко от детской комнаты, в которой оставляли своих чад посетители кафе. – Так неохота… У меня еще и рука болит! Я продемонстрировала подруге перебинтованную ладонь. – Ужас! Лера! Это ты где так? – заохала Валюша, будто впервые увидела. Хотя весь наш совместный завтрак только на мою руку и косилась. – Там, на крыше… Но я мало чего помню, у меня провал в памяти! – Тебе что-то подмешали в коктейль? – вскрикнула Зло. – Что? Нет! Надеюсь, что нет… – А как же твоя подружка – капитан команды болельщиц из молодежных комедий нулевых? – Кто? – Ну Регина! – А-а-а! – Я хохотнула. – Ты права, она похожа! – Я же говорила, день крайне неблагоприятный! – покачала головой Злобинец. – Ну да, ну да! – хмыкнула я, пристально взглянув на Валю. – Значит, коробки без тебя перевезу… – вздохнула Зло. – Посмотрим! – уклончиво отозвалась я, принимая у официанта свой заказ. Расставила перед собой тарелки, высыпала порционный сахар в чашку кофе, потянулась за чайной ложечкой… Черт, тратить целый выходной на очередной переезд подруги? А через неделю у Валюши и там что-нибудь произойдет! В квартире поселится какая-нибудь страшная бабайка в месте не по фэншую, и Злобинец снова понесется прочь со своими котомками… – Ну конечно. Зачем мне помогать? Я ведь не обожаемая Региночка, которая проведет на любую тусовку… – донесся до меня обиженный глухой голос Злобинец. – Ой, Зло! Не болтай ерунды! – повернулась я к Валюше, жующей пирожное. – Фто? – округлила глаза Зло. – Я вообфе молчу!