Мелодия для саксофона
Часть 11 из 62 Информация о книге
– Ваша жена из другого города? – Из посёлка городского типа. – Надо думать, что, когда вы познакомились со своей женой, вы, господин Галушкин, за воротник ещё не закладывали? – Не закладывал, – вздохнул Галушкин. – И долго вы прожили вместе? – Восемь лет. – У вас есть дети? – Есть, мальчик и девочка. – Где же они теперь? – Так эта зараза! Мать их, жена моя бывшая, бросила меня и детей забрала! – Они живут в общежитии? – Нет, она обратно к родителям уехала. – Жалко, что она у вас квартиру не отсудила! – Ещё чего! – ощетинился Галушкин. – Имела на это полное право. А вы алименты платите? – Это вот не вашего ума дело! – Ведь вы нигде не работаете… – С завтрашнего дня я выхожу на работу! – Куда же вы устроились? – Кума меня пристроила на рынок грузчиком. – Опять кума? – А что? – Ничего, вы своей куме ноги должны мыть и воду пить. – Ещё чего! – Неблагодарный вы человек. – Нечего меня учить! Узнали всё, что хотели, и катитесь! – Аркадий Бессонов, между прочим, Михаил Тимофеевич, может подать на вас заявление. – За что? – За угрозы в его адрес. А соседи, вон, свидетелями пойдут. – За что заявление? – снова повторил Галушкин, – я к Аркадию как к человеку! Он же саксофонист – человек богатый, и как сосед должен был выручить меня. А он свиньёй оказался! – И вы грозились ему это припомнить. – Так я же пьяный был! – Это только усугубляет ваше положение, – сказал Ахметов и направился к выходу. – Эй, вы куда, погодите! – Чего? – Это дело же можно миром решить! – Каким образом? – У меня деньги есть! – Откуда? Галушкин вздохнул: – Часть вещей, что мне кума раньше давала, я продал, деньги заныкал. Пьяный был, искал, искал и не нашёл. А вчера полез под ванну убираться, а они лежат в слесарном ящике. – Нет у вас совести совсем, господин Галушкин, – вздохнул Ринат и ушёл. – Совести у меня нет, – бормотал ему вслед Галушкин, – ишь, совестливый нашёлся! Только бы на безвинного человека все грехи навесить. Глава 5 День был удивительно хорош, и Наполеонов был рад, что вырвался из своего кабинета. Повод подышать свежим воздухом у него имелся… Инессу Бессонову, легко сбегающую по ступенькам, он сразу выделил в толпе других студентов. «Хороша!» – невольно подумал он. Инесса Аркадьевна Бессонова на самом деле сильно отличалась от своих сокурсниц. Она казалась сказочной принцессой, которую волшебный ветер принёс из неведомого мира грёз на нашу грешную землю. Обычная молодёжная одежда сидела на ней так, как сидит роскошный наряд на портрете какой-нибудь инфанты из шёлка, бархата и кружев. «Не хватает кисти художника, чтобы запечатлеть эту неземную красоту, – подумал следователь и тут же вспомнил: – А ведь художник был!» Увидев, что девушка уже спустилась, Наполеонов выбрался из машины, и всё тот же неведомый волшебный ветер в мгновение ока перенёс Инессу к нему. – Александр Романович! – услышал он её серебряный голосок, – вот вы где! А я кручу, кручу головой! Думала, что вы опаздываете! – Ну, что вы, – пошутил он, – к такой красивой девушке не опаздывают даже следователи. Её голубые глаза одарили его благодарным взглядом. – Мы будем беседовать в машине? – спросила она, сразу погрустнев. – Нет, я, когда ехал к вам сюда, увидел совсем недалеко кафе с открытой верандой. Сегодня же тепло. И мы можем поговорить там. – Как скажете, – покорно отозвалась она. «Я, наверное, что-то не то ляпнул, – подумал Наполеонов, – принцесса что-то сникла». Инесса не стала ждать, пока он откроет перед ней дверь, а он бы с удовольствием это проделал, просто она опередила его и, забравшись в салон, села спереди на место пассажира. Они быстро доехали до кафе, о котором говорил Наполеонов, и заняли солнечное место под малиновым зонтиком. Инесса заказала себе котлету с картофельным пюре и к чаю сладкие пирожки с вишней и яблоками. – Я сегодня такая голодная, – проговорила она, как бы извиняясь. – Только сегодня? – улыбнулся Наполеонов. – Я так постоянно голодный! – и он заказал себе то же самое, что и она. – Вкусно! – сказала Инесса, запихивая в рот кусочек котлеты. – Действительно, – охотно согласился следователь. Они быстро управились с едой. – А теперь и поговорить можно? – Инесса вопросительно посмотрела на следователя. – Да, Инесса Аркадьевна, – перешёл он на официальный тон, – и разговор нам предстоит серьёзный. Наполеонов заметил, что девушка вся подобралась и устремила на него внимательный взгляд своих нежно-голубых глаз, которые, казалось, даже стали темнее. Большой кленовый лист, кружившийся в воздухе целую минуту, неожиданно опустился на их стол, и это разрядило обстановку, прогнав лишнюю скованность обоих. – Вы хотели поговорить со мной о бабушке? – тихо спросила Инесса. Наполеонов кивнул: