Неземная

Я поворачиваю кран, а затем опускаю голову, чтобы ополоснуть лицо, и белая пудра растворяется на ладонях, стекая в слив. Вода приятно холодит разгоряченную кожу. Анджела протягивает мне бумажное полотенце, и я вытираю им лицо, а затем и ярко-красную помаду с губ. Она достает расческу из рюкзака и начинает вытаскивать шпильки из моих волос.

– И совсем ничего нового? – интересуется она, посмотрев на меня через зеркало. – Ни одного нового кусочка в видении?

Я вздыхаю. Что мешает мне сказать ей? Все равно она так или иначе узнает правду. Она очень проницательна и настойчива.

– Он… – начинаю я. – Мы… держались за руки.

– Серьезно? – восклицает Анджела. – Так вы двое полюбите друг друга!

– Нет! – протестую я. – Хотя это возможно. Но я не знаю, кто мы друг другу. Мы же просто держимся за руки. Это ничего не значит.

– Ну-ну. – Анджела недоверчиво смотрит на меня, проводя расческой по моим волосам, покрытым лаком. – Хватить нести чепуху! Ты же по уши втрескалась в него.

– Да я его почти не знаю. Ай! Поаккуратнее!

– Ну, я знаю его с детского сада, – говорит Анджела и, не обращая внимания на мои протесты, продолжает распутывать мои волосы. – И поверь мне, Кристиан Прескотт такой, каким ты его видишь. Он умный, веселый, милый и, о да, горячее, чем ад в июле.

– Похоже, это ты в него втрескалась, – отмечаю я.

– В восьмом классе нас с ним пригласили на день рождения Авы Питерс. Там играли в бутылочку. И стоило мне ее крутануть, как горлышко указало на Кристиана. Поэтому мы прокрались на заднее крыльцо и поцеловались.

– И что дальше? – спрашиваю я.

– Ну, это было нормально. Но ни искры. Ни химии. Ничего. Казалось, словно я целуюсь с собственным братом. Так что не волнуйся, он весь твой, Клара.

– Эй, не забывай, что эти видения – моя работа, – говорю я. – А не свидания. К тому же он принадлежит Кей, так что хватит этих сумасбродных бесед.

Она усмехается.

– Кей хорошенькая. И она достаточно умна, чтобы привлечь его внимание. Но при этом она всего лишь обычная старшеклассница. А ты – ангельское существо. А значит, умнее и привлекательнее ее во всех отношениях. Ты даже генетически лучше нее. Ладно, с волосами у тебя беда. Этот цвет испортил бы кого угодно. Но при этом ты невероятно сексуальная. Как Скарлетт Йоханссон, только грудь поменьше. Поверь, каждый парень в Старшей школе Джексон-Хоула знает тебя. – А затем добавляет: – Кроме того, отношения Кристиана и Кей почти закончились.

– Что ты имеешь в виду? Ты что-то слышала?

– Нет, – небрежно взмахнув рукой, отвечает она. – Просто время пришло, понимаешь? Такого рода отношения имеют свой срок годности.

– Что это за отношения?

Она невозмутимо смотрит на меня.

– Те, что ради физического удовольствия. Неужели ты думаешь, что Кристиана привлекает в Кей ее непревзойденное остроумие? Срок годности их отношений почти истек. Поверь мне, – говорит она, и уголок ее губ изгибается в злой ухмылке.

Я молчу, удивляясь, что ее крылья белее моих.

– Ты знаешь, что ты странная? – качая головой, спрашиваю я. – Чудаковатая.

– Просто подожди, и увидишь, что скоро он станет твоим, – говорит она. – В конце концов, он предначертан тебе судьбой.

Она хлопает ресницами.

– О, ты правда думаешь, что мое предназначение – найти себе парня? Это, конечно, было бы ужасно мило, потому что я бы не отказалась от помощи на любовном фронте, но тебе не кажется, что мир крутится не вокруг меня, Кристиана и нашей жизни?

– Все возможно, – говорит Анджела, и по ее голосу непонятно, шутит она или нет. – Никогда нельзя знать наперед.



После школы я жду Венди на парковке. Мы собираемся поехать ко мне домой, чтобы подготовиться к контрольной по творчеству Джейн Остин на уроке мистера Фиббса. Я не могу удержаться и отыскиваю глазами «Аваланш» Кристиана, припаркованный, как всегда, в последнем ряду.

Венди подходит и тыкает меня в руку.

– Такер сказал, что ты сегодня была королевой, – говорит она.

Я отвожу взгляд от пикапа Кристиана.

– Да, я стала правителем. В прямом смысле.

– Жаль, что я не видела тебя в этом платье, – вздыхает она. – Тебе надо было позвать меня после ланча. Я бы помогла тебе подготовиться.

– Ох, еще не хватало, чтобы ты помогала мне готовиться и к истории, – отвечаю я, пытаясь сделать вид, что просто не хотела ей навязываться.

Но на самом деле я не знаю, как общаться с ней и Анджелой одновременно. Уверена, нам с Анджелой было бы странно обсуждать такие обыденные вещи, как мальчики и школа, ведь мы привыкли говорить об ангельских вещах. Последние пару недель я чаще всего виделась с Венди на уроках и во время ланча, потому что все еще сижу за столом Невидимок. А после школы встречалась с Анджелой, чтобы подготовиться к презентации по проекту.

– Готова к встрече с Джейн Остин? – спрашиваю я.

– Ты же знаешь, что я без ума от мистера Дарси, – говорит она.


– Точно, – рассеянно отвечаю я, потому что именно в этот момент замечаю Кристиана и Кей.

Они разговаривают рядом с серебристым пикапом. Кей улыбается. А затем наклоняется и практически повисает на Кристиане. Кажется, его все устраивает. Потому что через мгновение они целуются. Не чмокаются, а просто-таки присасываются друг к другу. Когда Кей обвивает руками его шею, он обнимает ее за талию, после чего притягивает ближе и слегка приподнимает. А затем отступает и, проводя рукой по ее щеке, заправляет прядь волос ей за ухо. Он что-то говорит. И Кей кивает. Через мгновение Кристиан открывает водительскую дверцу, и она забирается внутрь. А он следует за ней и закрывает дверь. Мне не видно, что происходит дальше, но «Аваланш» не двигается с места. Они никуда не уезжают.

Кристиан и Кей не похожи на тех, у кого истекает срок годности отношений. Они выглядят счастливыми.

– Ты слушаешь меня? – громко говорит Венди.

Я вздрагиваю и смотрю на подругу. Она слегка склонила голову набок, а ее голубые глаза сужены.

– Прости, – извиняюсь я и расплываюсь в улыбке. – Такер сказал тебе, что я приказала казнить его? Как хорошо быть королевой.

Я ожидаю, что она повеселеет и отпустит какое-нибудь остроумное замечание, но Венди лишь качает головой.

– Что?

– У Кристиана есть девушка, если ты не заметила, – говорит она. – Забудь уже о нем.

Мой рот непроизвольно открывается, закрывается и открывается вновь.

– Зачем так грубить? – наконец выдаю я.

– Это правда.

– Ты ничего об этом не знаешь, – парирую я.

– Ну, может, было бы иначе, если бы ты хоть раз потрудилась со мной поговорить, – скрестив руки на груди, возмущается она.

– Так вот откуда эта грубость. Ты ревнуешь.

Она быстро отворачивается, невольно подтверждая, что действительно ревновала к Анджеле и тому, что мы проводили время вместе.

– Мне просто надоело смотреть, как ты пускаешь слюни на Кристиана Прескотта, словно на кусок мяса.

Это стало последней каплей в чаше терпения сегодняшнего дня.

– А тебе-то какое дело, Вен? Это моя жизнь. Почему бы тебе хоть раз не снять маску невидимки и не попытаться устроить свою?

Она пристально смотрит на меня, и ее лицо начинает медленно краснеть, а глаза блестеть от слез, которым она не позволяет пролиться, так как слишком упряма, чтобы их показать. Но через мгновение она отворачивается. И я вижу, как начинают трястись ее плечи.

– Вен…

– Отстань, – обрывает она меня. – Я думала, что мы подруги, настоящие подруги, но, видимо, ты просто ждала, пока не найдешь кого-то получше. Как же я ошибалась.

– Нет, Венди, ты моя подруга, – говорю я, отступая на шаг. – Я…

– Не обижайся, Клара, но иногда мир вертится не только вокруг тебя.

Я молча смотрю на нее.

– Я поеду домой на автобусе, – протискиваясь мимо меня, говорит Венди.





10

Урок полетов




Жаль, что на весенние каникулы я не отправилась в какую-нибудь безумную поездку в Майами или хотя бы просто в путешествие с друзьями. Но Венди по-прежнему не разговаривала со мной (боже, эта девчонка умеет затаить обиду!), а Анджела помогала маме провести весеннюю уборку в «Розовой подвязке». Поэтому мои весенние каникулы состояли из семи веселых дней, проведенных с наказанным Джеффри. Мама лишила его на две недели интернета, телевизора и телефона за то, что он выиграл региональный чемпионат по спортивной борьбе. Мне показалось, что это слишком. Брат бесился от ярости, а мама злилась. И сколько бы я ни грелась на крыльце в лучах солнца, это не помогало изгнать холодную атмосферу в доме. Так что я с радостью возвращаюсь в школу.

Во время ланча я сижу за столом и жду, когда появится Анджела. А между делом промакиваю жир с пиццы «Пеперони» салфеткой. Тут в столовую, практически вприпрыжку, заходит Венди. Она встает в очередь за рыбой и машет девчонкам за столом Невидимок. На ее лице явно написано: «Не могу дождаться, когда расскажу вам потрясающие новости». Полагаю, это связано с балом.

Я откусываю кусок не особо вкусной пиццы и напоминаю себе, что не собираюсь идти на танцы. Я предпочитаю остаться дома в обнимку с коробкой мороженого «Бен энд Джерри» и посмотреть телевизор с мамой, которой просто необходим отпуск.

Вот только почему эти планы так угнетают меня?

– Ни за что не догадаетесь, что случилось, – доносится до меня голос Венди, когда она плюхается на свободный стул за столом Невидимок в метре от меня.

На мгновение наши взгляды встречаются, и я понимаю, что нам обеим хочется поскорее покончить с этой дурацкой ссорой и наконец помириться, чтобы она рассказала мне все свои великолепные новости.