Особые обстоятельства

— Держаться возле экипажа Тильды. В случае нападения защищать ее.

Так, эту вроде прикрыла. А часть взвода Аррши окружила повозки лекарей. Маги и без нас неплохо защитят себя, в случае чего и часть экспедиции прикроют.

А вот наблюдение сверху не получилось. Талиса напрочь отказалась подниматься в небо, а заставить ее я не могла. В конце концов, Риграсс махнул рукой и буркнул:

— Без куриц обойдемся.

И снова внутри все аж передернулось. Ну как так-то? Неужели мои сводные сестрички правы и я способна только мечом махать? А в существах вокруг не разбираюсь от слова «совсем»?

«Тебе только головы срубать! — орала Кирраша. — Чтобы увидеть, как мозг выглядит. Солдафонка! Корова неуклюжая!»

Орала она это, правда, отойдя на безопасное расстояние и убедившись, что успеет спрятаться за дверью. Наверное, со стороны это выглядело забавно: стоит здоровая орчанка в дорогом платье и визжит на девицу ниже себя в полтора раза. При этом одной рукой нащупывает дверную ручку, а второй выставляет перед собой крохотную сумочку.

Вернувшись в реальность, я поняла, что пока вспоминала, мы отъехали довольно далеко от останков ригнака. Ну и ладно.

А внутри начала натягиваться нить. Мне она представлялась красной и чуть вибрирующей от напряжения.

Такое появлялось только перед неприятностями. Из тех, что заставляют настораживаться и начинать слушать и видеть в два раза внимательнее. Из тех, что приподнимают волосы на затылке, каким бы опытным воином ты ни был.

Я чуть коснулась Талисы, что продолжала сидеть на моей руке и чуть покачиваться в такт лошадиной ходьбе. Да, ахана тоже выглядела напряженной. Чувствовалось, что ей хотелось взлететь, и при этом она боялась.

Всадники появились на горизонте в тот момент, когда мы ступили в довольно узкий проход между двумя скалами. Казалось, он будет тянуться бесконечно. На самом деле по нему предстояло ехать всего сутки при удачном раскладе. А утром мы должны были подойти к границе с Игенборгом.

Увидев впереди темные фигуры, возникшие между огромными валунами, я с шелестом вытащила меч. Но тут же услышала голос Риграсса:

— Это воины Игенборга.

И в самом деле: возникшие впереди были в темно-синих одеждах и платках, прикрывавших нижнюю часть лица. Волосы же прятались под плотными головными уборами, лично мне напомнившими туго обмотанный в несколько слоев шарф. Никакой брони я не заметила. И немного успела удивиться.

А потом стало не до удивления.

Знакомое едва уловимое жужжание заставило машинально пригнуться. Хотя это бы не уберегло от стрелы.

Но целились не в меня. Или просто не попали.

Я даже не стала поворачивать голову на хрип. Поняла, что двумя солдатами в моем взводе стало меньше.

А затем все смешалось.

Я не знала, за что на нас напали. Но я знала, что надо защищать груз и себя. Рядом вспыхнул защитный контур, потом еще один. Это маги вспомнили о своих обязанностях и прикрыли экспедицию как могли.

— Капрал! — донесся рык Риграсса, когда я вылетела за границы защитного барьера.

— Они нас перестреляют, как котят! — рявкнула, не оборачиваясь.

Отсиживаться за контуром глупо. Тем более всех он не вместил. И в итоге большая часть солдат ляжет под стрелами.

А потом придет и наш черед, так как защитный контур рано или поздно иссякнет. У нас же лучников в разы меньше, и некоторые уже валялись на земле, нашпигованные стрелами.

Послышалась команда Риграсса. Ага, понял, что я права. Думаю, он бы и сам отдал такой приказ, но опасался Игенборга. Это открытая конфронтация с другой страной.

Часть солдат остались вокруг груза, а остальные понеслись на нападавших. Рядом со мной вдруг снова мелькнуло защитное поле. Быстро оглянулась — рядом скакал Иррилий, чей медальон светился мягким светом. Ясно, минут десять такая защита продержится. Потом иссякнет.

Перехватила меч поудобнее и заорала, заулюлюкала, как заправская орчанка, одержимая боем:

— Ийя-я-я-я-я-я!

Грохот копыт, крики и жажда боя. За всем этим звуки стрел были не слышны. Я лишь отмечала, как падали солдаты, как опустился на камни один из магов, царапая себе горло. Оттуда торчала стрела.

— Нет! — услышала крик капитана.

А в следующее мгновение что-то больно мазнуло по щеке, дернуло волосы. Мигом горячее потекло по шее. Ранена? Плевать, не серьезно. Лишь поморщилась, врубаясь в нападавших.

Один удар, другой…

— Это не игенборгцы! — услышала я крик Иррилия.





Глава восемнадцатая





Противник выбрал удачное место для засады. Мы как на ладони, а численный перевес быстро сокращался. Лучники, скрытые среди камней, выкашивали наши ряды. Дипломат сражался рядом со мной. Защитное поле уже иссякло, так что и на рукаве эльфа расплывалось кровавое пятно. Тем не менее на его ударах это не отразилось. Он легко отражал нападения, то и дело стреляя из таинственной трубочки. Она косила врагов не хуже стрел, а то и лучше.

Аррша крутилась как бешеная, от ее ударов падали все, кому не повезло попасть под них.

Я увидела перед собой выросшую темную фигуру, уклонилась от удара и рубанула мечом. Машинально удивилась, что стукнуть пытались навершием, а не клинком. Рядом мелькнула голубоватая сталь эльфийского меча, ткань платка нападавшего с легким треском разошлась. Я увидела залитое кровью мужское лицо. Бледное, с щетиной и бородавкой на левой щеке. Она почему-то отчетливо отпечаталась в сознании. Именно это, а не то, как мужчина падал с разрубленным плечом.

Визг Тильды вонзился мне в уши, заставляя обернуться. Благо Иррилий прикрывал надежно. Да! Несколько нападавших прорвались к ее экипажу и повозкам целителей.

— Да вашу же ж наррову мать! — заорала, пуская коня прямо на них. Двое, те, что спешились и пытались открыть экипаж, оказались мигом стоптанными, покатились по земле. Остальные же чуть отступили, но не сдались. Тем более следом за мной, на подмогу охране целителей и груза, подоспели еще воины.

Но нападавших все равно оказалось очень много. И вскоре я уже смахивала тыльной стороной руки стекающую в глаза кровь из рассеченной брови.

Упал еще один воин… И еще.

Двое магов оказались нашпигованы стрелами.

Аррша продолжала сражаться, не обращая внимания на такие мелочи, как торчавший в плече обломок стрелы.

«Интересно, — как-то вяло мелькнула мысль, пока я парировала удары сразу двух нападавших, — почему среди них нет магов?»

А потом сердце и вовсе нервно дернулось.

Я была в разных ситуациях, но сейчас, увидев, как из-за скал появились еще всадники в темных одеждах, поняла — кажется, конец…

Но сражаться буду до последнего. До тех пор, пока или не одержу победу, или не упаду под ударами. Живой не дамся. Я знаю, что делают опьяненные кровью уроды с той, которая попадется в плен.

Странно, но новая группа не спешила подходить. Она остановилась на расстоянии полета стрелы. Гортанный голос крикнул что-то на незнакомом наречии, где гласные чуть тянулись.

Иррилий продолжал сражаться рядом, и я заметила, как прояснилось его лицо. Не прекращая размахивать мечом, он прокричал в ответ на том же языке.

И всадники поскакали нам навстречу. Те, с кем я сражалась, вдруг замерли, потом с каменным стуком упали на землю. И… рассыпались на куски.

Каменные куски.

Я закрутилась на месте, продолжая одной рукой сжимать поводья, а второй — скользкий от крови меч. Тут и там нападавшие падали или от стрел, или от неведомых заклинаний. А подоспевшие нежданные союзники добили вместе с нами остальных.

И наступила та тишина, которая возникает после боя. Она не оглушительная, с примесями звуков. Но я всегда ее ощущала. И понимала, что снова осталась живой.

Смахнула натекшую из брови кровь, продолжая разглядывать тех, кто помог.

Те же темные одежды, что и у нападавших, те же платки, прикрывающие нижнюю часть лица, те же странные головные уборы.

Что происходит?

Тем временем Адарант, Иррилий и Риграсс выступили вперед, пока остальные помогали подняться друг другу. Я бросила быстрый взгляд на повозки: Тильда не пострадала, но горестно подвывала, а Дианта один раз выглянула, успокаивающе махнула рукой и снова исчезла.

— Экспедиция из империи Асдор?

Голос незнакомца звучал резко, повелительно. Я отметила необычный цвет глаз: янтарный, яростный, как у моей Талисы.

— Мы ждали вас через неделю, если верить курьеру.

А это уже заговорил другой, чьи глаза оказались просто темными, как ночь на Лазурном море. И в дальнейшем говорил он. Я решила, что он вроде нашего Риграсса. Или капитан, или какие там у них звания?

— Прошу прощения, — мягко проговорил Иррилий, чуть выступая вперед, — думаю, здесь произошла ошибка. Так как курьеру назвали дату, которая наступит через день.

— Думаете, он солгал нашему акифу?

— Думаю, это как-то связано с нападением на экспедицию.

Мне не нравилось, какие взгляды бросали на меня эти спасители. Там изумление смешивалось с интересом и легким возмущением. Что, женщин-воинов не видели?

Тот, кого я назвала капитаном, представился как Гамаль. Он продолжал разглядывать каждого по очереди. Остальные его воины хранили молчание. Не сказать, чтобы доброе. Скорее — спокойное и равнодушное.

— Вы решили, что это игенборгцы?

— В первый момент, — кивнул Иррилий, окончательно взявший на себя роль переговорщика, — пока не увидел оружие. Ваши мечи другого типа, и вы применяете иной вид ковки. Плюс рукоять воинов Игенборга — простая, но надежная. А у нападавших я отметил несколько наверший, украшенных камнями. Вещь неслыханная для вас. Ведь подобное оружие применяется исключительно для парадов или праздников. В бою же предпочитаете нечто более удобное.

— Я слышал, — в тон ему ответил Гамаль, — что с экспедицией едет едва ли не лучший дипломат империи.

— Самый лучший, — скромно так сообщил лорд Иррилий. — Другого к акифу Игенборга император не стал отправлять.