Победитель должен умереть

Молчит. Но как-то иначе молчит — задумчиво. Размышляет. Взвешивает, на бойцов поглядывает. А те на него.

Поманил пальцем.

— У меня к вам предложение. Если вы меня отпустите, я вам заплачу двадцать пять тысяч долларов.

Вот и торговля началась.

— У меня тоже есть предложение, встречное. Если я вас отпущу, то заплачу вам пятьдесят тысяч. И буду платить каждый месяц по пять тысяч, если, конечно, вы будете с нами откровенны.

— Вербуете?

— Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. Вы ведь всё равно всё расскажете. Но так — за денежки. А если иначе, то бесплатно.

Считает… Складывает… Начисляет проценты. У них у всех калькуляторы в голове.

— Какие гарантии?

— Моё слово. И деньги на бочку.

— Но вы ведь потом их сможете легко вернуть обратно? Так не пойдёт.

Всё-таки торговля у них в крови. А кровь — зелёная, как их купюры.

Обернуться к бойцам.

— Можете продолжать.

Бойцы придвинулись.

— А вы не боитесь забить меня до смерти?

Нет, не боюсь. Совсем не боюсь. Скорее стремлюсь к этому. Я обижен сильно. А с обиженными играть опасно. Им красненькое из носа врага важнее зелёненького в его бумажнике!

— Если убьёте меня, то ничего не узнаете.

А мне и не надо. Мне тебе по почкам — надо! По почкам! Мысками берцев! Вперёд, молодцы!

Удар!.. И будет довольно, потому что проекция…

— Хватит. Остановите их! Я думаю, мы договоримся.

Конечно, договоримся. Он ведь из цивилизованной страны. Если он предаст, то его только с работы уволят. Ещё, возможно, и пенсии не лишат. А здесь, того гляди, все потроха отобьют в кисель так, что страховка лечения не покроет. Что тогда делать бедолаге? Таким людям почки надо беречь. Дорого у них почки стоят. Так за каким чёртом ему здоровья и жизни лишаться? Зачем покойнику или калеке оклад и премиальные?

— Можно подумать?

— Конечно. Пять минут. А чтобы вам лучше думалось, я обрисую сложившуюся ситуацию в целом. Боюсь, всё обстоит печальнее, чем вам кажется…

А дальше монологом, без пауз, не давая ему возможности слово вставить:

— Вы ведь сюда поставлены блюсти интересы своего государства? Так? А вы вместо этого блюли чужие интересы. Другого государства. Сливали информацию. Продвигали их агента — я имею в виду Галиба — накачивали его деньгами ваших налогоплательщиков. И вообще всячески лоббировали его. А зачем вы продвигали агента, если он не ваш, а наш?.. Как миниму — это разгильдяйство. Равное должностному преступлению. А как максимум… А ну, как Галиб заявит, что с тех денег часть вам откатывал. Уже наличными. Для чего выдумывались несуществующие операции и теракты. А он — заявит, можете не сомневаться. И свидетели найдутся. И денежки в тайниках. С отпечатками ваших пальчиков. Но это ещё будет простительно. Хотя, как я слышал, у вас неуплата налогов тянет потяжелее, чем измена Родине. А вы ведь не платили. Дальше выяснится, что вы наверх «липу» гнали. Потому что — вам гнали. А вы на базе её свои докладные записки стряпали. За своей подписью. Основываясь на материале, который весь от начала до конца был хорошо состряпанной дезой. Которую вы даже не пытались проверить. А почему? Может, чтобы новые сметы раздуть, прикрываясь выдуманными угрозами? И опять — без уплаты налогов! Будет мало — подбросим информацию о прямом сотрудничестве с нами через работу с двойным агентом Галибом. Что соответствует действительности! Тут такие круги пойдут. Такие интересы будут задеты. Или вы думаете, что ваши шефы прикроют вас? А я вот думаю наоборот — сольют, собственные задницы и пенсии спасая. И наконец, что скажет ваш Президент, которого вы заставили познакомиться с Галибом? Мне кажется, он обидится. Сильно. Такого человека под конфуз подвели. И надо вам это?

Пауза…

— Что вы предлагаете? Если мы договоримся.

— Ничего экстраординарного — ни убивать, ни внедряться, ни шифры воровать. Работать, как работали. Получать два оклада — милое дело — и премиальные с двух сторон. Помогать, как и раньше, Галибу или хотя бы не мешать ему. Кстати, от выбитых под освободительное движение сумм десять процентов ваши. В виде бонуса, что справедливо, если вы их сможете добыть. А это будет… можете сами подсчитать… Освободительные движения — это такая затратная статья… Ну что?

— А теперь я должен рассказать всё, что знаю?

— Ну а как иначе? Как нам скрепить наш договор? Мы же серьёзные люди. Мы не можем полагаться на одни только рукопожатия. Нам бы документик двухсторонний — мы с одной стороны, вы с другой.

— А если вы меня после сдадите?

— Для чего? Вы же карьеру делать станете. А мы поможем, чем можем. Может, совместными усилиями из вас директора вашего департамента сделаем! Зачем нам терять такого перспективного друга? А вам такие немаленькие деньги? А Галиб… Он вам не меньше, чем нам, нужен. Он теперь та курочка, которая всем золотые яички несёт. Так что мы тут в одной связке. Впрочем, вы можете выбрать другой путь — альтернативный. Но он приведёт к тяжким телесным повреждениям, возможно, не совместимым с вашей дальнейшей жизнью. При этом вы всё равно всё расскажете, но уже бесплатно, а это, право, для вас обидно. И, один чёрт, вас уволят без выслуги и пенсии. Так что на пересадку почек, печени и протезирование всех зубов вам денег не хватит. Или вы сомневаетесь?

Сэм посмотрел на скучающих бойцов и сомнения у него отпали.

— Можно их убрать?

— Конечно…

Он проводил бойцов взглядом и уже другим тоном сказал:


— Пожалуй, я… соглашусь. Но под пятнадцать…

— Под пятнадцать чего?

— Под пятнадцать процентов с добытых мною средств, потому что надо обосновать, объяснить, протолкнуть…

Молодец, ну точно — стопроцентный американец!

— Ладно, банкуйте, пусть будет пятнадцать…

А дальше по шаблону:

— Где и под кем служите?.. Кто начальство — непосредственное и повыше?.. Коллеги, пофамильно?.. Прочие личности из аппарата?.. Каналы связи?.. Сексоты из местных деятелей?.. Денежки и банки, через которые они идут?

И много чего ещё другого, интересненького. Он теперь точно про всё расскажет! Никуда не денется! Кто раскрыл рот раз, тот его уже не закроет. Кто ему даст! Слаб в коленках оказался Сэм. Зато в подсчётах силен. Впрочем, оно и понятно: когда служишь за деньги, за них же и продаёшься тому, кто больше платит.

А здесь открываются такие финансовые перспективы!..





* * *


И ещё одна встреча. Старых не… приятелей.

— Жив?

— Вашими молитвами.

Хотя о другом были молитвы. О другом!

Сели… Рук не пожали. Но и не разбежались.

— Я должен доложить по текущему моменту.

Действительно должен, потому что собеседник — доверенное лицо Первого. И что бы ни было, ему надо подчиняться.

Сводки… Террористы… Планируемые операции… Оружие… Новые группировки… Персоналии…

— Всё?

— Всё.

Можно расходиться. Но не получилось.

— Ничего больше сказать не хочешь?

— Не хочу. Вам — не хочу.

— А меня послушать? Напоследок? Я не уверен, что мы с тобой ещё увидимся на этом свете.

Смотрит волком, в глазах нескрываемая злоба. Эк его разобрало!

— Или ты думаешь, что всё кончилось? Что ты на коне, а я в дерьме? Что тебе всё с рук сойдёт?

— Пугаете?

— Сочувствую, потому что ты меня ещё не знаешь.

— Мне надо идти. У меня работа.

— Ошибаешься. Нет у тебя работы. Я тебя от неё отстраняю. Считай, что принял у тебя дела. Домой тебе дорога. А мои люди тебя сопроводят. В опломбированном вагоне.

— Это ваше пожелание?

— Это приказ Первого, который не обсуждается. Тобой — не обсуждается!

Неожиданный поворот… Или, может быть, самодеятельность? Хотя вряд ли.

— А по дороге?..

— А по дороге всякое может случиться. Или уже дома. Или после. Мир полон опасностей и сюрпризов.