После

– Будь повежливей, – шепчу я Хардину, когда мы заходим в лифт.

– Нет, – ухмыляется он, мягко сжимая мне руку.

Я кидаю на него выразительный взгляд, но ямочки на его щеках только становятся больше. Мужчина говорит о том, какой тут хороший вид и что это один из лучших домов в районе. Я вежливо киваю, а Хардин молчит.

Мы выходим из лифта. Меня поражает контраст подъезда и лестничной клетки. Такое чувство, что мы совершенно в другом здании… и в другое время.

– Вот она, – говорит наш сопровождающий, открывая первую дверь. – На этом этаже всего пять квартир, так что вам редко придется с кем-то встречаться.

Он жестом приглашает нас войти, избегая смотреть на Хардина. Точно, он его боится. Не могу сказать, что он виноват в этом, но так даже интереснее.

Захожу и слышу собственный восхищенный вздох. В комнатах – старые плиточные полы, кроме одной комнаты с паркетом, как я предполагаю, гостиной. Кирпичные стены смотрятся замечательно. Грубо, но красиво. Окна большие, мебель старомодная, но чистая. Если можно было спроектировать идеальную квартиру, она была бы такой. Это похоже на возврат в другую эпоху, и в то же время все очень современно.

Я осматриваюсь, гуляю по комнатам. Они с лысым человечком таскаются следом, и Хардин пристально на меня смотрит.

Маленькая кухня облицована над раковиной и столешницами разноцветной плиткой в индийском стиле, выглядит весело. Мне очень нравится эта маленькая квартира. Подъезд внизу так меня напугал, что я ожидала, что это место мне не понравится. Я думала, что это будет маленькая, душная квартира. И рада, что оказалось не так. Ванная маленькая, но нам достаточно, а спальня так же совершенна, как и все остальное. Три стены в ней из красного кирпича, а четвертая закрыта книжными полками от пола до потолка. Рядом – лестница, и я не могу не смеяться, потому что именно о такой квартире я мечтала после того, как окончу колледж. Не думала, что окажусь в ней так скоро.

– Мы можем заполнить полки. У меня много книг, – нервно бормочет Хардин.

– Я… просто… – начинаю я.

– Тебе не нравится. Я думал, тебе понравится, думал, это идеальное место для тебя. Черт! – Он хмурится и проводит рукой по волосам.

– Нет… я…

– Пойдем, покажите нам еще, – огрызается Хардин.

– Хардин! Дай мне закончить! Я хотела сказать, что мне тут нравится.

Человечек с облегчением следит, как мрачная гримаса Хардина сменяется улыбкой.

– Правда?

– Да, я боялась, напридумывала себе, что тут будет холодно, но тут просто идеально, – говорю я.

– Я так и знал! Ну, я секунду назад нервничал, но как только я увидел это место, сразу подумал, что оно для тебя. Я увидел, как ты, – показывает он на скамейку у окна, – сидишь тут и читаешь книгу. И тогда я понял, что хочу жить тут с тобой.

Я улыбаюсь, в животе у меня порхают бабочки, и все кажется таким милым, даже агент по аренде недвижимости.

– Значит, все готовы подписать? – неловко говорит он.

Хардин смотрит на меня, и я киваю. Поверить не могу, что это наяву. Мы такие молодые, и это так неожиданно! Но иду вслед за Хардином на кухню.





Глава 87




Хардин подписывается в конце длиннющего договора и передает бумаги мне. Хватаю ручку и ставлю подпись как можно скорее, чтобы не успеть задуматься. Я готова к этому, мы оба готовы. Да, мы молоды, мы мало знаем друг друга, но я знаю, что люблю его больше, чем кого бы то ни было, и он любит меня. Надо просто верить друг другу, а все остальное утрясется само.

– Хорошо. Вот ваши ключи.

Роберт (я знаю, как его зовут, из договора) вручает нам с Хардином набор ключей, прощается и уходит.

– Ну что, добро пожаловать домой? – говорит Хардин, когда мы остаемся одни.

Я смеюсь и делаю шаг к нему, чтобы он мог обнять меня.

– Не могу поверить, что мы будем теперь тут жить. Это все еще кажется нереальным.

Я оглядываю гостиную.

– Если бы два месяца назад кто-то мне сказал, что я буду с тобой жить, я бы рассмеялся ему в лицо или врезал бы… или и то, и другое.

Хардин улыбается и берет меня ладонями за лицо.

– Ну, ты не рад? – дразню я его и кладу руки ему на плечи. – Какое счастье иметь собственный угол. Ни коек, ни соседей, ни общих душевых!

– И собственная кровать, – добавляет он, указывая взглядом. – Нужно будет купить кое-что из вещей, посуду и все такое.


Я касаюсь его лба ладонью.

– Ты здоров? Ты сегодня очень деятельный.

Он отводит мою руку в сторону и целует.

– Просто я хочу, чтобы тебе все нравилось. Чтобы ты чувствовала себя как дома… со мной.

– А как ты? Ты чувствуешь себя тут дома? – спрашиваю я.

– Удивительно, но да, – кивает Хардин и оглядывается.

– Нужно забрать мои вещи. Их не очень много, книги и одежда.

Он машет рукой в воздухе, словно фокусник:

– Опля! Готово.

– Что?

– Я привез твои вещи, они в твоей тачке, – поясняет он.

– Ты был уверен, что я подпишу? А вдруг бы мне не понравилось? – улыбаюсь я.

Обидно, что я не смогла попрощаться с соседкой и комнатой, которую я называла домом три месяца, но в ближайшее время мы со Стеф увидимся.

– Потому что если бы тебе не понравилась эта, я нашел бы ту, которая тебе понравилась, – уверенно отвечает он.

– Хорошо… а твои вещи?

– Можем забрать их завтра. У меня есть кое-что в багажнике.

– Что именно? – У него в машине всегда полно одежды.

– Не знаю. Никогда не знаешь, в какой момент понадобится одежда, – пожимает он плечами. – Пойдем в магазин и купим все эти штуки для кухни и что-нибудь из еды.

– Отлично! – В полном восторге выхожу из квартиры. – Можно мне забрать твою машину? – спрашиваю я, когда мы спускаемся в холл.

– Не знаю, – улыбается он.

– Ты перекрасил мою машину без разрешения. Кажется, у меня теперь есть привилегия.

Я протягиваю руку, и он отдает мне ключи.

– Так тебе нравится мой автомобиль? Красиво двигается, правда?

Я принимаю скептический вид.

– Нормально, – вру я; мне нравится им управлять.

Дом расположен в отличном месте: рядом несколько магазинов, кафе и даже парк. В конце концов, покупаем все, что хотели: в нашей тележке полно посуды, кастрюль, сковородок, чашек и других вещей, которые, может быть, и не нужны, но пригодятся. Продукты оставляем на следующий раз – у нас и так уже много вещей. Я сама пойду в магазин после завтрашней стажировки, если Хардин сделает мне список того, что он любит. При совместной жизни легче всего всплывают все те маленькие подробности о Хардине, которые я не знала. Он так скуп на информацию, что приятно что-то узнавать о нем без боя. Даже тратя каждый вечер на покупки, я узнаю что-то, ранее мне неизвестное. Например, он любит кашу без молока, его бесит, когда кто-то пьет из его кружки, он использует две разные пасты, одну утром и одну вечером, сам не зная почему; он скорее сто раз вымоет пол, чем загрузит посудомоечную машину. Мы решаем, что я буду всегда мыть посуду, а он пол. Мы пререкаемся перед кассиром, кто будет платить. Я знаю, что он должен будет заплатить за квартиру, и хочу компенсировать остальные расходы. Но он не позволяет мне платить ни за что, кроме кабельного телевидения и продуктов. Он предложил вносить плату за электричество, но умолчал, что она включена в стоимость аренды. Я сама обнаружила это в договоре. Аренда. Я арендую жилье с человеком, к которому переехала на первом курсе колледжа. С ума сойти, правда?

Хардин смотрит на женщину, которая берет мою карту и пробивает по ней покупки, даже не выяснив, согласен ли он с этим. Мне хочется победно расхохотаться, но он уже надулся, а я не хочу портить вечер.

Хардин обижается всю обратную дорогу, а я молчу: мне смешно.

– Мы можем забрать все покупки за два раза, – говорю я.

– Нет, я лучше перетащу в машину сто сумок, чем ездить дважды, – говорит он, улыбнувшись.

В конечном итоге мы все равно едем второй раз, потому что посуды слишком много. Хардин дуется еще больше, но я отношусь к этому с юмором.

Расставляем посуду по шкафам, и Хардин заказывает пиццу. Моя деликатность заставляет меня предложить заплатить за нее, за что я получаю мрачный взгляд и средний палец. Я смеюсь и выбрасываю весь мусор в корзину. Без шуток, квартира с мебелью, как и обещано: тут есть все необходимое, вплоть до мусорного ведра и занавесок.

– Пиццу принесут через полчаса. Я пойду принесу твои вещи из багажника, – говорит он.

– Я с тобой.

Он запихал мои вещи в две коробки и мешок для мусора. Я морщусь, но молчу. Схватив несколько футболок и джинсы из багажника, он сует их в тот же мусорный пакет.

– Хорошо, что у нас есть утюг, – наконец говорю я.

Я заглядываю в багажник и сразу выцепляю глазом знакомые вещи.