Школа выживания

– Поставь ей метку, – спокойно посоветовал тот, и я оцепенела. – Если она двуликая, то сразу станет видно голубую кровь.

Кайден Вудс, ты точно шутишь! На мой яростный взгляд он не отреагировал.

– Как скажешь. Метку так метку, – пробормотал маг.

– Я сам. – Кайден отодвинул родича в сторону. Вокруг руки заклубился дымок, выплетая стило.

– Только попробуй, и я убью тебя! – процедила сквозь зубы.

Пустой, чужой взгляд, замкнутое лицо, сжатая челюсть. Роль абрисского мерзавца всегда удавалась ему с особым шиком, хоть аплодируй стоя.

– Дашь руку сама или силой?

И я протянула раскрытую ладонь, ткнула в грудь. На, подавись!

– Подними рукав, – последовал следующий приказ. Со злостью вздернула рукав пальто, обнажив тонкое бледное запястье с прожилками вен. Кайден мог легко обхватить его двумя пальцами, и еще бы запас остался.

Его руки, в отличие от взгляда, были очень теплыми. Когда стило коснулось кожи, то показалось, будто в плоть воткнулось игольчатое острие. Брызнула красноватая вспышка. Я охнула от резкой боли. Стило запнулось, мгновенно зависло в нерешительности. Ладонь Кайдена стала влажной от нервного напряжения. Он мягко сжал мне запястье, мол, потерпи немного, а потом быстро, чтобы не затягивать, заскользил по коже ранящим острием, рисуя руну «перемещение». В порезах заблестело голубоватое свечение, точно в жилах действительно текла не кровь, а расплавленный магический свет.

Он выпустил мою руку, и одежда скрыла нанесенный знак. Кровь потекла по пальцам, самая обычная, красная, как у всех, и капала на пол. Кайден наклонился, отчего наши лица оказались на одном уровне, и с сексапильной ухмылкой подлеца произнес:

– Ну, привет, двуликая.

– Пошел ты! – фыркнула я, совершенно серьезно желая врезать ему по гадской физиономии.

Нахально улыбаясь, он заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос.

– Ты такая милая, когда злишься.

Кожу на запястье покалывало, но я не чувствовала дурноты или упадка сил, сваливших меня с ног в прошлый раз. Говорят, если принимать яд по капле, то в конце концов он перестает убивать. Возможно, темная магия превратилась для меня в тот самый безопасный яд, или же все дело было в том, как наносилась руна.

Кайден выпрямился и, обернувшись через плечо, бросил:

– Мы уходим.

– Нет, приятель, постой, – осклабился Йен. – А как же моя награда?

– Награда? – Кай переглянулся с одноглазым Вудсом и спокойно бросил: – Убрать всех.

Совершенно точно, когда он подтолкнул меня в расступившееся пространство, я находилась в шоке ничуть не меньшим, нежели сами Гленны. Скольжение было мгновенным, даже в глахах помутилось, и мы переместились на заснеженный темный двор. Лицо обожгло ледяным холодом, дыхание перехватило от мороза. Я бы рухнула в снег, если бы Кайден не поддержал меня за локоть.

– Потерпи, детка, мы должны уйти подальше.

Еще одно скольжение. Я вывалилась на изъезженную дорогу посреди окоченевшего ночного леса. К горлу подкатывала тошнота. Что ж, прыжки в пространстве явно не являлись моей сильной стороной.

– Надо двигаться, – подогнал Кайден.

– Постой, сил нет, – пробормотала я, хватая его за куртку. – Мне нужна минута.

– Здесь небезопасно.

– А где безопасно?! В подземелье Вудсов?!

Я уселась на корточки и, спрятав лицо в перепачканных кровью ладонях, зарыдала в голос. Всхлипы разлетались по испуганному звонкому лесу, возносились к голым кронам высоченных деревьев. Кайден не делал попыток меня успокоить, позволил нарыдаться всласть, видимо, догадывался, что надолго запала все равно не хватит. Наконец истерика отступила. Шмыгнув носом, я поднялась и резко выдохнула.

– Ну что? Успокоилась? – тон не предвещал ничего хорошего. – В таком случае объясни, бога ради, как тебя поймали?

Проклятие, он действительно был в ярости! Удивительно, как смог так долго продержаться.

– Кристина попалась во время игры, и ее пометили…

– Ты погасила метку, и Гленн дернул за поводок, – договорил за меня Кайден. – Дура!

– Ты меня только что обозвал дурой? – возмутилась я.

– Какого черта ты взялась ее спасать? Я много раз тебе говорил, за глупость надо платить!

– Так почему ты дал мне руну перемещения?! – заорала я на весь лес. – Чем я лучше?! Мы все заслуживаем смерти, раз совершаем глупости! Оставил бы в подвале Вудсов без возможности сбежать!

Между нами повисло напряженное молчание. От гнева даже холода не чувствовалось. Неожиданно Кайден схватил меня за локоть и, дернув к себе, попытался обнять.

– Отпусти! – принялась упираться я, совершенно иррационально желая продолжить скандал, но противник был сильнее и стискивал руки так крепко, что не дернешься.


– Не могу поверить, что мы ругаемся в такой момент, – пробормотал он.

Сопротивление было сломлено, я перестала вырываться, сникла. Злость лопнула, как мыльный пузырь, и снова ужасно захотелось плакать.

– Кем бы я была, если бы оставила подругу умирать?

– Ты права, Лера. Нельзя было срываться.

Кайден отстранился и, нагнувшись, стал говорить, точно объяснял маленькому ребенку правила поведения в людном месте, глаза в глаза, чтобы ничего не перепутала и не забыла:

– Прямо сейчас переместишься к Рою, туда никто никогда не сунется. Начнется большой переполох, поэтому в Тевет мы вернемся только через пару седмиц. Главное, без паники.

– Они решат, что ты меня отпустил! – обомлела я. – Тебя будут подозревать!

– Я скажу, что ты ускользнула при перемещении.

– Для тебя это будет конец? – Меня затрясло не от холода, а от паники. – Конец как для наследника клана, так ведь?

– Наплевать.

Он сжимал мои плечи, мягко улыбался… и вдруг без предупреждения с силой отшвырнул в сторону. Взвизгнув, я пролетела не меньше ярда и бухнулась лицом в сугроб. Снег забился в нос, рот и под пальто. Отплевываясь, я перевернулась. Кайден упал на одно колено посреди занесенной снегом дороги и прижимал руку к животу. Перед ним буквально из воздуха выткалась высокая мужская фигура в кожаной куртке. Я мгновенно узнала Йена, выжившего в кровавой резне в особняке.

– Я-то думал, что меня так сильно напрягло? А ларчик просто открывался. Оказывается, я поймал летунью, принадлежащую наследнику Вудсов. – Он посмотрел в мою сторону. – Какая ирония…

Напрасно подлец решил ерничать. Мгновение, и он кувыркнулся на спину. Взрыв черного дыма, и Кайден уже направлял ему в грудь острие меча. В гробовом молчании. Он всегда молчал во время драки. Очевидно, считал, что тратить слова на покойников бессмысленно.

Не теряя времени, я задрала рукав и приложила ладонь к выжженному на коже знаку, но свежая руна не отозвалась! Черная магия отказывалась подчиняться теветской девчонке.

Все происходило с пугающей стремительностью. Распластанная на обледенелой дороге фигура паладина растворилась дымкой, и острие меча пронзило снег. В лицо ударил злой поток воздуха, я отшатнулась. Передо мной, заслонив от убийцы, вырос Кайден.

– Лера, бога ради, проваливай уже отсюда!

– Не выходит…

Краем глаза я заметила неясное движение. В меня летел нож Йена! Вокруг острия и широкого клинка кружились алые искры, светились острые кромки. Он замер в нескольких дюймах от моей переносицы, точно застрял в густом прозрачном желе, и я провалилась в пустоту.

Выпав на расчищенную дорожку, я сжалась в комок, все еще пытаясь спастись от смертельного удара. Мне удалось переместиться. Над головой черным ковром, расшитым бриллиантами, расстилалось бескрайнее ночное небо. Нож остался в лесу, вероятно, воткнулся в ствол дерева или же просто сгинул в снегу. Тяжело дыша, я приподнялась и с облегчением обнаружила, что все-таки попала в знакомый двор. В старом доме знахаря горел свет, под козырьком теплился фонарь, слишком слабый для глубокой темноты.

Дверь распахнулась, огонек в лампе вспыхнул ярким светляком, отреагировав на движение, и на крыльцо выскочил Рой.

– Кто здесь?

Я с трудом поднялась на ноги.

– Рой, это я!

– Голубая кровь?! Как ты здесь оказалась?

Внезапно волна возмущенного воздуха взвихрила с поверхности сугробов сухие снежинки. Сквозняк захлопнул входную дверь. Из пустоты во двор вывалился Кайден и ничком растянулся на дорожке.

Время замерло.

Он не делал попытки подняться, валялся лицом в снег, точно был без сознания, точно… умер.

– Какого черта?! – всполошенный Рой проворно слетел во двор. – Что с вами произошло, кретины вы этакие?!

Он переворачивал лучшего друга, а я не могла идти, точно ноги налились свинцом. Знахарь хлопал Кайдена по щекам, проверял на шее пульс, что-то кричал. Снег под ним потемнел.

Кровь. Очень много крови.

Даже у паладинов она была красная, как у всех, но сейчас почему-то казалась черной.

– Помоги мне затащить его в дом! – позвал знахарь и прикрикнул со злостью: – Возьми себя в руки, Лера! Быстро!

И у меня точно что-то щелкнуло в сознании. Не знаю, откуда взялись силы и куда подевалась паника. Мне даже не стало дурно, когда, уложив раненого на стол, знахарь рванул на нем одежду и обнажил живот с двумя черными ранами.

– Он толкнул меня в снег, и ножи попали в него, – выдохнула я.

– Ненавижу вас обоих, – огрызнулся Рой, растирая руки. – Как же вы меня достали! Почему вам надо было влюбиться? Почему вы не можете жить, как все нормальные люди, каждый в своем мире?! Проклятие, неизбежность у них! Идиоты!

– Ты ведь его спасешь, Рой?

– Сомневаешься? – Он бросил на меня высокомерный взгляд. – Думаешь, сколько раз я его вытаскивал с того света?

К счастью, вопрос был риторическим и ответа не требовал, а уточнять знахарь не стал.