Последний из рода Грифичей (СИ)

Святой отец тут же взглянул на сэра Томаса, а он, немного подумав, кивнул.
— Ратибор прибыл издалека, возможно, у них там так принято, — озвучил свою мысль Томас, глядя на монаха.
— Конечно, но что вы хотите увидеть? — с интересом спросил святой отец, — неужто дьявол мог оставить следы на этом, без сомнения, добропорядочном христианине?
Подойдя ближе к трупу, я начал уже более подробно его осматривать, проговаривая вслух по своей еще давно выработанной привычке.
— Шея перерезана, но на полу нет лужи крови, что говорит о том, что его кровь была слита в какую-то широкую емкость, либо он был убит в другом месте, а здесь его просто подвесили. На шее имеется след от удара прямо в яремную вену, и, судя по всему, удар был сделан, когда он был еще жив, и только после этого ему перерезали горло. — На груди имеется глубокий разрез, но кровотечение было небольшое, что так же свидетельствует о том, что разрез был сделан, после того как он был обескровлен. — Разрез произведен напротив сердца, странно.
Засунув пальцы в разрез на груди, я ощупал сам разрез, а после пришлось погрузить руку чуть глубже.
— Отсутствует сердце, его вырезали. Исходя из всего этого, могу сделать предварительный вывод, что человек, совершивший это, прекрасно знал, что делал. Линии разреза весьма ровные и не рваные.
— Это дьявольский ритуал, его принесли в жертву дьяволу, — зло воскликнул монах.
— Возможно, это действительно какой-то ритуал, — не стал отбрасывать версию монаха. — Вещи убитого на месте, его одежда достаточно дорогая, и ее не сняли. Это убийство было совершено явно не с целью обогатиться. И убийцу не интересовали вещи покойного. Возможно, это месть, или убийство совершено, чтобы таким образом передать какое-то послание, например, графу Джерому, чьим вассалом он был, а возможно, и действительно какой-то ритуал, как было замечено ранее достопочтимым церковником.
На что монах кивнул, принимая мои версии. А сэр Томас хмурил брови, пытаясь осмыслить сказанное мной.
— Да и тело еще не окоченело после смерти, видно, все произошло не так давно.
Я, к сожалению, не судмедэксперт и по состоянию тела не способен определить даже примерное время смерти.
— Ну, я поутру его видел в замке, — высказался сэр Томас.
Осмотрев тело спереди, я обошел его для осмотра связанных рук.
— Костяшки рук сбиты, вероятно, Нэйт сопротивлялся перед смертью.
И тут я увидел на правой руке между указательным и средним пальцем под уже засохшей корочкой крови в рассечённой ране осколок человеческого зуба. Судя по всему, это часть верхнего резца. Это была единственная зацепка, что я смог обнаружить.
Немного пошатавшись по дому, но так ничего и не обнаружив, мы покинули его.
— Преподобный отец, а вы о таких способах убийства не слышали?
— Так сразу и не скажу, надо братьев спросить и книги посмотреть. Если вас не затруднит, пройдемте со мной в мою скромную обитель, сами и прочитаете записи, — ответил монах.
Сэр Томас приказал стражникам снять тело Нейта, укрыть его тканевыми покрывалами и отправить его в ледник при дворце герцога.
Мы же со святым отцом направились в его скромную обитель.
По пути в церковь священник меня расспрашивал, откуда я прибыл. Рассказал ему, что я из далекой северной страны под названием Русь, после этих слов он на меня весь оставшийся путь посматривал как-то искоса.
А что ему я еще мог сказать, что являюсь незаконнорождённым сыном померанского герцога, и сейчас единственный представитель рода грифичей. Или то, что являюсь попаданцем, нет уж, увольте от таких откровений. Хоть на исповедь не предложил к нему пройти и то хорошо.
При подходе к церкви он перекрестился и внимательно посмотрел, как то же самое проделал и я.
Зайдя во внутренний дворик церкви, монах попросил подождать его, а сам зашел в длинный дом, возможно, там располагаются кельи, а может, и библиотека.
Я же погрузился в думы, и чем больше думал, тем больше склонялся к версии, предложенной монахом, о том, что это все ритуал. Да еще и вспомнил о вырванных той лекаркой у мертвых братьев сердцах. А тут и кровь сцедили, и сердце вырвали.
 
Священнослужитель вернулся спустя час, в руках он нёс огромную книгу с кожаной обложкой, выкрашенную в бордовый цвет.
Открыв книгу на только ему ведомой странице, он указал на непонятные мне символы и произнес:
— Тут говорится, что обескровленный человек может служить для магического заклинания, которое дает силу тому, кто выпьет его кровь, а также съест сердце. Также указано, что подобные отметки в виде прокола остаются после удара особым кинжалом, который может накапливать жизненные силы убиенных, а убийца после ими пользоваться. – Есть и другие подобные ритуалы, но этот похож больше всего.
— Колдовство? Заклинания? Это что, какая-то магия? — с удивлением спросил я.
— Да, это черная магия, ересь, само зло воплоти, на которое может пойти человек. — Есть много разных предметов, разбросанных по свету, и честным людям, и добропорядочным христианам следует их обходить. Такими предметами могут быть любые вещи, от простого, на первый взгляд, клинка до винного кубка.
После этих слов у меня в памяти всплыл разговор с Изабеллой в темном переулке. О ее словах, о ведьмах и их колдовстве.
Что-то часто я её сегодня вспоминаю.
— Интересно, получается, произошло перед самим праздником у герцога, да еще и вы говорите, что кинжал не простой. Возможно, убийца один из приезжих.
— А может, убийца и вовсе один из участников турнира? Ведь, судя по описанию, кинжал может накапливать жизненную силу убиенных, и как раз в турнире это может прекрасно помочь, — заметил священнослужитель.
— Какого турнира? Разве герцог не просто торжественный приём решил устроить? — с удивлением спросил я.
- Нет, ты что, — он улыбнулся, — герцог и турнир рыцарский устраивает, ты разве не слышал?
— Нет, не слышал, — я помотал головой.
— Много рыцарей разных объявило о своём участии в этом турнире, уж больно призы хорошие герцог пообещал победителям.
— Хм, от этого легче не становится, возможно, убийца будет одним из победителей турнира, для этого и проводит ритуал. Но почему убит дворянин, а не простолюдин? Ведь на убийство простолюдина никто бы внимания не обратил?
— Тогда тебе стоит присутствовать на турнире и внимательно приглядываться к его участникам. Ну а по поводу дворянского происхождения жертвы спросишь уже непосредственно у убийцы, я тут тебе ничем не смогу помочь, — ответил монах.
В словах его была какая-то загадка, будто он что-то недоговаривал. Но если убийца провел этот магический обряд, съел сердце, употребил кровь несчастного Нейта, и это все правда о заклинаниях и силе, то один из финалистов и будет тем, кто совершил это убийство. По крайней мере, это мотив в виде победы в турнире, за дорогие призы.
Поблагодарив монаха за помощь, я отправился в замок к Роберту. По пути до дворца я вспомнил слова Изабеллы и ее пристальный взгляд на мой молот. Да и после того, как на молоте вспыхнули знаки, я тоже начинаю верить в колдовство и магию.
Мда, все чудесатее и чудесатее.
Дойдя до своей комнаты, попросил слугу принести обед. Через четверть часа в дверь постучали слуги и внесли обед. Антуана в произошедшее с Нейтом я не посвятил, так что обедали в тишине, и по внешнему виду парня было видно, что он страдает вдали от Агнес.
Не естся юному плейбою, разлука с девкой парня мучит.
Через пару часов пришёл слуга, сказав, что герцог меня ожидает. Пройдя за слугой все в тот же просторный и светлый кабинет, Роберт встретил меня не слишком радостно.
— Рассказывай, что узнал у преподобного, обо всем остальном мне уже доложил Томас, — произнес грубым голосом герцог.
— Выяснили, что это, вероятно, какой-то колдовской ритуал. Его проводят в целях кражи жизненных сил убитого. Я полагаю, что убийца - кто-то из приезжих рыцарей. Он, вероятно, будет участвовать в турнире. И, возможно, это сделано для полной уверенности в победе. Ну а после турнира будет пир? — я внимательно посмотрел на Роберта.