Хоккейная сделка (ЛП)

Ее щеки краснеют, когда та прикрывает их ладонями.
— Прости, я не должна была так говорить. Вот какое первое впечатление произвожу.
— Не волнуйся. Согласна насчет убийства его деда.
Джулиана заглядывает на кухню.
— Аллоооо? Мы будем ужинать или что?
Энни резко оборачивается.
— Знай, маленькая мисс, нам не нравится, когда ты разговариваешь в таком тоне.
Джулиана хихикает.
— Просто шучу.
Энни поджимает губы.
— Ага. Иди в столовую и веди себя прилично.
Джулиана протягивает руку.
— Пойдем, Ария. Ты можешь сидеть рядом.
Я наблюдаю, как Энни накладывает Джулиане маленькую порцию лапши ло мейн23, нарезает на мелкие кусочки, а затем кладет пару соцветий брокколи на тарелку рядом с лапшой, также разрезая.
Джулиана морщит нос.
— Но я не хочу брокколи.
— Тебе нужно съесть только эти несколько кусочков, — Энни ставит тарелку перед ней. — Нет брокколи — нет печенья с предсказанием.
Она надувает губы, поворачиваясь ко мне.
— Ты любишь брокколи?
Я киваю, имея достаточно здравого смысла, чтобы солгать, и перебрасываю взгляд на Энни.
— Да, люблю.
Как будто видит меня насквозь, Энни кладет на тарелку ложку брокколи.
— Хорошо, тогда можете есть вместе.
Джулиана испускает скулеж, и я тут же присоединяюсь. Я стараюсь не допускать, чтобы что-нибудь зеленое проникло в мой рацион, но что-то подсказывает, что Александр строго следит за тем, как питается Джулиана, и не хочу баловать этого ребенка.
Я снимаю брокколи с тарелки за стебель и заталкиваю в рот, жуя и стараясь не задохнуться, когда показываю Джулиане большой палец.
— Сначала съешь это, а потом можешь запить лапшой.
Ее глаза загораются, когда Джулиана копирует меня, и мы обе корчим рожи, глотая.
Энни подмигивает мне.
— Ты отлично сюда впишешься.
Чертовски на это надеюсь.
Посреди обеда открывается входная дверь, и Джулиана соскакивает со стула.
— Папочка!
— Привет, малышка, — его голос звучит устало, и когда Алекс наконец появляется в столовой, я вижу доказательства напряженного дня на его лице.
Галстук полностью расстегнут, как и первые несколько пуговиц на воротнике. Волосы выглядят так, будто он проводил по ним пальцами миллион раз, а темные глаза имеют тусклый оттенок.
— Ария приехала. Она хотела сделать тебе сюрприз, — Джулиана машет рукой, показывая на меня. — И принесла китайскую еду!
Ноги Александра подкашиваются, когда глаза натыкаются на мне. На долю секунды я беспокоюсь, что Алекс будет зол из-за того, что я вторглась в его личную жизнь. Но выражение лица меняется, и глаза загораются так же, как и у Джулианы, когда она увидела меня идущей к дому.
— Привет, — я пожимаю плечами, потому что не знаю, что еще сказать.
— Привет, — его глаза мечутся по столу, прежде чем снова остановиться на мне.
Джулиана выскальзывает из его объятий и скатывается вниз по телу на стул.
— Ария и я сначала съели брокколи. А потом запили лапшой.
— Хорошая девочка, ешь овощи, — он наклоняется и целует ее в макушку, прежде чем обойти стол и сесть во главе.
— Папочка, скажи Арии, что она тоже хорошая девочка. Она съела брокколи.
Я ухмыляюсь и откидываюсь на спинку стула.
— Да, папочка. Назови меня хорошей девочкой.
Мои глаза расширяются, как только слова слетают с губ.
О, черт.
Энни давится пепси.
Александр открывает рот, но не издает ни звука.
Джулиана смотрит на отца, несомненно, ожидая, что тот назовет меня хорошей девочкой, и черт возьми, я тоже.
Вместо этого он вскакивает со стула и бросается в коридор.
— Я переоденусь, прежде чем есть.
Энни возвращает разговор к чему-то уместному.
— И так, Александр сказал, что ты собираешься открыть собственную художественную галерею.
Я качаю головой, глотая.
— Не в ближайшее время. Не думаю, что готова к этому.
— Я уверена, что в такое дело нужно вложить много сил, — она вытирает уголок рта салфеткой. — Мой муж раньше завешивал все стены нашего дома картинами. Он ненавидел смотреть телевизор, поэтому вместо этого сидел в гостиной и смотрел на произведения искусства.
  
Я не могу не заметить, что она говорит в прошедшем времени, и это понятие подтверждается словами Джулианы:
— Он умер.
— Мне жаль это слышать, — я смотрю на Энни. — Какие картины он собирал?
— Разные, но любимыми были абстрактные, — она смеется, качая головой. — Для меня это больше похоже на кучу каракулей, но он клялся, что все понимает.
Я улыбаюсь.
— У некоторых людей есть особый талант к интерпретации абстрактного искусства.
Джулиана втягивает в себя одну лапшу.
— Что такое абстрактное?
— Искусство, которое использует формы и цвета вместо изображений чего-то конкретного, — я вытаскиваю телефон из заднего кармана и гуглю пример. — Видишь? Это абстрактное искусство.
Она смотрит на телефон.
— Это похоже на каракули-скраббли24. Учитель говорит, что нам не разрешается так раскрашивать.
Александр влетает обратно в столовую в чертовых серых спортивных штанах и черной футболке «Щеглы».
— Люди платят большие деньги за эту белиберду, — Джулиана морщит нос. — Явно свихнулись.
Александр качает головой.
— Позволь угадать: дядя Мак научил тебя этому слову?
— Угу, — хихикает она. — Свихнуться.
— Скорее дядя Мак свихнулся, — бормочет Александр, прежде чем переключить внимание на Энни. — Как прошел день?
— Хорошо, как и всегда. У нее целый лист домашней работы.
Брови Александра поднимаются, когда он переводит взгляд на дочь.
— У моей большой девочки домашняя работа?
Она подпрыгивает, неспособная усидеть на месте больше минуты.
— Сегодня мне нужно обвести буквы «Б» и «Д». «Б» произносится «бэ», как б-б-банан. А «Д» произносится двумя разными способами. Мисс Келли использовала мое имя в качестве примера.
Энни смеется.
— Английский очень сложный.
Джулиана развлекает нас оставшуюся часть обеда, но я не могу не переводить взгляд на Александра. Он уделяет дочери все свое внимание, ни разу не доставая телефон и не говоря замолчать, а на заднем плане не включен телевизор.
Это настоящий семейный ужин — ничего похожего я никогда не испытывала испытывала.
Энни пытается убраться, когда мы заканчиваем есть, но Александр выпроваживает ее из кухни.
— Ты и так сделала более чем достаточно. Ты официально освобождена от обязанностей.
Я толкаю его бедром.
— И у тебя был долгий день, так что иди проводи время с дочерью. Я разберусь с посудой.
Энни смотрит на нас с порога со слабой улыбкой на губах.
— Она мне нравится, Александр.
Его темные глаза встречаются с моими.
— Да, мне тоже.
Джулиана врывается на кухню, держа в каждой руке по два печенья с предсказаниями.
— Папочка, сделай фокус!
Он поднимает ее на руки и сажает на стол, прежде чем взять печенье. Алекс подбрасывает их в воздух, жонглируя, пока Джулиана визжит от смеха. Затем прячет за спину и просит ее выбрать руку.
Она хлопает по левой руке, и он бросает ей печенье. Мы наблюдаем, как Джулиана разрывает обертку и открывает печенье, кусочки падают на пол, где Элли ждет, чтобы их слизнуть.
— Там написано… — Александр переворачивает маленький кусочек бумаги к себе. — Удача и процветание будут сопутствовать тебе.
— Что такое прос-ре-ри-ти? — спрашивает она, полностью коверкая слово.
— Процветание. Это означает успех, — он снимает дочь со стола и ставит на пол. — Который будет, если ты продолжишь есть брокколи и делать домашнюю работу.
Она закатывает большие глаза.
— Мое предсказание не про брокколи, папочка.
Я смеюсь над этим.
Александр оборачивается.
— Выбирай руку, Энни.
Она указывает на правую руку, и он отдает печенье.
— Ты всегда будешь окружена настоящими друзьями, — она наклоняется и обнимает Джулиану. — Это лучшее предсказание.