Дыхание звезд (СИ)

Он резко подался вперед, коснулся губ Астры и замер. Это даже поцелуем не назвать, скорее, грубым прикосновением. Она вздрогнула от неожиданности и затаила дыхание, соображая, как отреагировать. Хотелось вырваться, потом накричать, может быть даже ударить нахала. Но невидимая сила появилась в голове, дернула за какой-то проводок, и перед глазами все потемнело. Исчезли темные ресницы Сатфорда, давление его рук на коже и сладкие запахи цветущих кустов.
  
Последним растворилось во мраке ощущение собственного тела. Его больше не существовало. Ни рук, ни ног, ни биения сердца. Мысли тоже куда-то убегали, словно их подхватил невидимый ураган и уносил за границу сознания. Последняя, самая яркая мысль была странной.
— Как здесь красиво! — воскликнула Астра во мраке, но испугалась собственного голоса.
Яркая вспышка в кромешной тьме озарила все видимое пространство. Астра пыталась зажмуриться, но осознала, что у нее нет ни век, ни глаз. Даже рук не было, чтобы укрыться от яркого, почти сжигающего света.
— Остановись, прошу, остановись, — бормотала не то она, не то чей-то голос рядом.
Нечто ее послушало, и яркий свет медленно гас, вспыхивая перед взором огненными волнами. Стоило подумать о природе этих волн, как невидимое тело обернулось, и Астра увидела удаляющуюся ярко-оранжевую звезду. Огромную и слепящую, словно космическая кипящая на пределе доменная печь.
— Это звезда… Это всего лишь звезда…
Взор снова устремился вперед, но теперь тьма была усеяна миллиардами звезд и галактик. Астра легко угадывала спиральные структуры, бескрайние облака газа и даже чувствовала запахи. Словно железо раскалили добела и перемешали с порохом.
Было что-то еще, едва уловимое, знакомое и в то же время недоступное для осознания примитивным человеческим разумом.
Следом она почувствовала бескрайнее пространство вселенной. Нечто грандиозное, живое, дышащее. Она нигде не начинается и нигде не заканчивается. И если человека могли испугать немыслимые масштабы, то Астру они успокаивали. Все так и задумано, так и должно быть.
Границ не существовало.
Полет продолжался долго. Бесконечное множество галактик, вокруг черных дыр которых вальяжно вращались миллиарды миров. Она видела жизнь. Немного и совсем непривычная для человеческого взгляда, но она была. На планетах, на лунах, вокруг них. Разумная и лишь в зачатке, развивающаяся и сгинувшая. Столько жизни, столько событий, столько пространства!
И маленький голубой шарик посреди бескрайних просторов. Настолько крошечный, что его невозможно заметить. По сравнению со вселенной, планета даже на песчинку не тянет, но ее все же смогли найти. Чудесную, живую, громкую.
Ее нашли по звуку, по биению сердец. Астра не могла отвести завороженный взгляд от планеты, столько всего чудесного происходило на ее поверхности. Хотелось окунуться в шумный омут жизни, изучить каждый уголок, испытать все то, что переживали хозяева планеты. Не уничтожать и не портить, а лишь прикоснуться к их чудесному дару коротких и невероятно ярких жизней.
Краем взгляда Астра заметила несущуюся к планете невообразимую силу. У нее не было ни формы, ни названия. Оно молчало и говорило на всех известных языках вселенной одновременно.
На пути этой мощи была беззащитная голубая планета. Астра затаила дыхание, пыталась зажмуриться, отвернуться, но как бы ни старалась, взгляд все равно был устремлен на эту волну.
— Остановись, остановись…
Словно повинуясь мольбе, волна, едва достигнув планеты, резко свернула, превратилась в крошечную звездочку и метнулась в сторону Луны. Где-то там, в тени спутника, медленно плыла космическая станция, внутри которой сидела до смерти перепуганная девочка и звала маму.
Что произошло дальше, Астра не видела. Сознание озарила еще одна яркая вспышка и ее перенесло в человеческое тело. Руки, ноги — все на месте, только они не ее. Дальше события проносились перед глазами, как в сумасшедшем калейдоскопе. Сотни незнакомых лиц, встречи и разговоры, обсуждение планов и сроки. Среди бесчисленного количества людей были те самые витасимулы. Сатфорд их видел без всякого сканера — горящие золотым огнем, словно в них поселилась частичка солнца.
Она отчетливо поняла слова ректора о первом и втором поколении. Первые, такие как он и Клэр, действительно похищали тела целиком. Они могли различать то, что не дано другим — своих сородичей в головах людей и их же в небе. Не волны, а потоки искр, рвущихся сквозь пространство. Их знания не ограничивались знаниями человечества, они помнили о себе все. Слишком много информации приходилось держать в голове, мозг не выдерживал. От этого у Сатфорда часто болела голова, вот он и ходил хмурый и недовольный.
Второе поколение больше походило на солнечные лучики в глазах Сатфорда. Они были самыми обычными людьми, пришельцы внутри них всего лишь наблюдали, переживали и наслаждались чувствами, но почти никак не могли вмешаться. Их максимум — стать внутренним голосом, как у Астры, только не таким болтливым.
Первое, что сделали пришельцы на планете — защитили ее от себя же. Щиты создали для того, чтобы инопланетные существа могли остановиться, ведь они неслись сквозь пространство с невероятной скоростью и могли навредить Земле. Чудесные сияния вокруг лунной станции и в небе планеты — это яркий тормозной путь.
И Сатфорд действительно стоял во главе всех изменений. Он лучше прочих знал, что нужно делать, чтобы превратить голубой шарик посреди бесконечной вселенной в безопасный уголок со счастливой жизнью. Да, некоторые его решения выглядели странно и даже жестоко. Например, именно он посчитал, что пожилые люди мешают будущему. В отличие от молодых, в их сознание практически невозможно забраться. Поэтому появились искусственные ограничения, глупые войны и катастрофы. Он освобождал планету для будущих поколений, которые смогут проживать жизни вместе с любопытными и безвредными пришельцами внутри тел.
И первую встречу Астра видела его глазами. Он долго искал своего «сородича», пока другие витасимулы первого поколения не подсказали, что она на станции. Он едва сошел с челнока, его встречали, как нового ректора представители Академии, но он видел только ее — молодую девушку, чей огненный шлейф мог осветить всю станцию. Волны света плыли за ней, обволакивая тело целиком. Невероятная мощь струилась из каждой клеточки ее кожи.
Астра чувствовала, как внутри мужчины сперло дыхание от волнения. Светящаяся девушка подняла золотые глаза, но Сатфорд ее ничуть не заинтересовал. Всего мгновение они смотрели друг на друга, отчего у мужчины потяжелело в груди, но она быстро исчезла из виду, словно золотой призрак. Астра даже не помнила этой встречи, так стремительно все произошло.
Кадры опять полетели перед глазами с бешеной скоростью, сменяя события и оставляя эхо из обрывков фраз. Студенты, преподаватели, Земля, важные встречи, кокетливые взгляды согласных на все незнакомок, протяжные стоны в горячих объятиях.
И снова золотая Астра. На этот раз она лежала рядом и крепко спала. Волны вокруг нее никуда не делись, но уже не так пугали. Где-то на краю воспоминаний шумел океан и пели первые утренние птицы. Совсем скоро она проснется и не поймет, как они оказались в одной кровати. Но это будет потом. Рука Натана потянулась к локонам, которые упали на золотое лицо, и осторожно отодвинули в сторону. Он любовался спящей девушкой с особенным трепетом и не было в нем ни гнева, ни страха.
Была тревога. Астра отчетливо это чувствовала и не сразу поняла, почему же именно это чувство он испытывал рядом с ней. В отличие от четких планов и строгих формул проектов, девушку, хранящую в себе большую опасность для планеты, невозможно изучить и предугадать ее действия.
  
В его глазах она менялась каждый день и Сатфорд не понимал, что нужно сделать, чтобы потом, когда наступит логичное завершение ее жизни, существо внутри не пожелало закончить начатое. Как через человеческое тело убедить того, кто внутри, не уничтожать планету?