Глубины отчаянья (СИ)

Галентос и Даника умчались в другие стороны и направления, как мы и договаривались изначально. Подле этих всадников остался лишь я.
Облетев разведку по кругу, уселся на ветку ближайшего дерева.
Слишком беспечны! Может ли это быть ловушкой? Увы, но да. Может. И я совершенно не знал, что предпринять в таком случае. Однако же решил рискнуть. И подобрался ещё чуточку ближе.
  
Мунтос сайнадов был немного иным. То есть… понятным, но словно бы ощущался акцент. Наверное с их стороны мы звучали бы также. Впрочем, Вьет и Мантагор говорили привычно, так что либо я встретил людей из совершенно иной части их огромного царства, либо сказывалась разница между благородными и простыми людьми.
К сожалению, беседа ближайших всадников, отдыхающих возле костра, не стремилась дать мне какой-либо ценной информации.
— … вещаю тебе свой щит, — с довольным видом заявил сайнад с переломанным носом.
— А копьё? — навострился его сосед, чья голова пестрела проплешинами.
— Разве что в жопу тебе засуну, — сплюнул «нос» в пламя.
— Для этого тебе понадобится восстать из мёртвых! — ухмыльнулся «плешь».
— Говорят, такое бывает, — встрял третий. У него, на первый взгляд, не имелось ничего, привлекающего внимания. Но то лишь на первый. Когда мужик открыл рот, я заметил, что у него отсутствовал целый ряд передних зубов. Странно даже, что говорил относительно нормально, без дефектов речи.
— Обойдусь. И щит мне твой не нужен, — немного подумав, выдал «плешь». Похоже обиделся, пусть даже и не сразу.
— Да? Тогда я возьму щит, если он помрёт, — выдал беззубый.
— Ты сам скорее помрёшь! — огрызнулся «нос». — Я не хочу отдавать свой щит тебе.
— Тебе будет всё равно, — хохотнул беззубый.
— Хер, — насупился мужчина. — Я буду смотреть из святилища Аримандиуса и контролировать каждый твой шаг.
— Ты же говорил, из мёртвого восстанешь? — припомнил «плешь».
— Может и восстану, почём тебе знать?
— Такие придурки не восстают. Дорогу не находят. Мне жрец рассказывал, — возразил беззубый.
— Кретин твой жрец. И ты тоже, — сердито буркнул «нос».
Разговор затих.
— Вот сказал ты про «контролировать каждый шаг» и я прям отца вспомнил, — спустя почти три минуты, когда я уже думал попытать счастья в другом месте, произнёс беззубый. — Он мне тоже самое говорил, перед тем, как помереть. И знаешь что? Чего-то мне от этого ни жарко, ни холодно.
— Так может он тебя охраняет, потому и не жарко? — предположил «плешь».
— Этот хрыч? Скорее удавил бы, — рассмеялся сайнад.
— Тьфу. Я вот никому ничего завещать не буду. Сами возьмёте, если что-то хотите, — постановил «нос».
К болтунами подошёл мимо проходящий офицер, который, кажется, услышал последние слова.
— Рот прикрой! — агрессивно сказал он. — Что за разговоры вообще⁈ Смерть! Аха-ха! Это будет бойня! Бойня! Но не для нас, а для врага.
— Господин десятник, так ведь сдохнуть всяко можно, — разумно произнёс «нос». — По случайности, например. Лучше уж тогда, чтобы оружие и снаряжение друг забрал, а не какой-то мародёр.
— Дурак! — фыркнул офицер. — Где друг твоё тело искать будет?
— Ну… ежели найдёт, конечно, — согласился с ним «нос».
— Дело, кстати, — кивнул «плешь». — И вообще, ты уж извини, но я бы предпочёл забрать что-то получше, чем твой щит или копьё.
— Ах ты падаль! — возмутился мужик. — Снаряжение, значит, у меня слишком дерьмовое для тебя, да⁈
— А ты сравни его с офицерским.
— Тебе будто бы офицерские достанутся! Они сами друг у друга заберут!
— Может, у врага чего возьму?
— Кстати, а амулеты у тебя есть? — спросил беззубый.
— Нет, ну ты и правда нарываешься… — подскочил «нос».
— Вот это уже лучше, — ухмыльнулся десятник. — Старая добрая драка, а не нытьё про смерть. Ха-ха, все мы сдохнем, рано или поздно, но это точно будет не завтра!
Ему вторило несколько голосов от ближайших костров — тех людей, которые слышали офицера.
К моему удивлению, драку никто не остановил, а потому «нос» и беззубый самозабвенно набили друг другу морды, но довольно быстро успокоились и как-то даже дисциплинированно уселись обратно. Лица отливали гематомами, которые явно окрасятся синяками в самое ближайшее время. «Нос» периодически сплёвывал кровью из разбитой губы, а беззубый потирал скулу. Однако же разговор, на моё счастье, всё-таки зашёл на нужную тему. Точнее, вначале они выпили из фляжек, а потом припомнили слова десятника, начав их обсасывать.
Довольно быстро я получил подтверждение, что все оставшиеся за спиной города: Монхарб, Кииз-Дар и Мобас, снова сменили владельцев. Правда людей там почти не имелось. Практически все горожане бежали, вливаясь в бесконечную колонну Логвуда.
Ожидаемо, конечно, что никто даже не предполагал делать на нас ставку, но я ощущал уверенность: враг ещё обломает зубы.
Сайнадские кавалеристы называли цифры, обсуждали дорогу, слухи о командирах и даже обозначили примерное время столкновения — завтра. Ничего, как говорится, нового, но информация всё равно была весьма в тему.
Времени у нас мало. Нужно как можно быстрее вливаться в общую массу войск Первой и внести свой вклад в победу. Только победу и ничего более!
Поняв, что более мне здесь делать нечего, поднялся в воздух, направившись к своим. У птиц в этом деле огромное преимущество — подсознательный инстинкт, подсказывающий, откуда ты вылетел и где именно летишь сейчас. Эдакая… карта в голове. Не полная и не такая, как та, которую стелют на стол, больше интуитивная. Но я был рад и такой, а потому уверенно летел к месту, откуда отравился в полёт.
Забавно, что я только недавно сумел… м-м… пробудить подобный инстинкт. Ранее ничего такого не ощущал, но видать верно пишут в магических книгах: чем больше взаимодействуешь с формой, тем больше можешь в неё погрузиться.
Интересно, чего я добьюсь позднее? Хочется ведь получить ещё какие-то сокрытые, на первый взгляд, преимущества!
Долетев до стоянки, которую едва было видно (костры у нас не жгли, чтобы не выдать местоположение), я на миг задумался и… полетел дальше. В сторону, откуда мы все держали свой путь. Целью было увидеть армию младшего воеводы. Хотелось своими глазами рассмотреть величие тех, с кем нам предстоит скрестить клинки. Почему-то мне показалось это весьма важным. Это уже позже я ругался на собственную импульсивность, а тогда… м-да…
Спустя полчаса я рассмотрел врага. Птицы летали быстро, оттого я посчитал, что путь туда и обратно не займёт много времени. Плюс лошадям не мешало бы дать немного времени на отдых, да и всё равно, наверняка, ждать Галентоса и Данику.
Тысячи шатров. Сайнадская армия уже успела набить животы, оттого бóльшая часть расползлась по палаткам или циновкам, зачастую брошенным прямо под открытым небом — возле костров, чтобы было не так холодно.
Если всё, что я услышал правда, то поднимут солдат ещё затемно, до рассвета, чтобы решительным марш-броском добраться до Первой и вступить в бой с нашими войсками, подле переправы.
Младший воевода разместил людей подле покинутой деревни, которая была полностью пуста и частично сожжена отступающими (командующий состав сайнадов, скорее всего, занял дома, оставшиеся целыми).
Ага… причины сожжения я понимаю и помню. Совместно принятый план, по которому враг должен остаться без ресурсов и начать голодать. И никто — что при нападении Дэсарандеса, что сейчас, — не желал думать о моменте окончания войны. Похоже Нанв просто… исчезнет. Останется голая земля, истощённая и ослабшая, которая не будет готова ни к чему. Только к запустению и смерти.
Десятки, если не сотни лет пройдут, прежде чем за неё снова возьмутся люди. Но даже если так, Нанв станет именем нарицательным, показывающим неотвратимость, неуступчивость и нежелание прогнуться под врага, какими бы ресурсами тот не обладал.
Я летал, вокруг, не приближаясь слишком сильно, наблюдал, думал, планировал. В момент, когда уже возникло было желание возвращаться — всё-таки меня не будут ждать бесконечно долго, — произошла одна… досадная неприятность. Впервые за долгое время я столкнулся с противником. Имею в виду, другим патрулём колдунов. А то, что это были маги, я понял сразу. Меня подбили.