Глубины отчаянья (СИ)
Следовавший за ним человек тоже носил дорогую одежду, но пыль и пот превратили её в бесформенный балахон, который мешком висел на худой фигуре. Этот мужчина был стар и сгорблен, а его кожа несла следы многочисленных солнечных ожогов. К глубочайшему удивлению, его я тоже узнал, пусть и не сразу — Геварди Нородон. Богатый купец, внучек которого я спас при погромах в Монхарбе.
Слово, однако, взял именно Илазий.
— Приветствую достопочтенное сборище, — его голос звучал несколько тонко, а сам мужчина переводил дыхание, что казалось странным, ибо приехали они на повозке — звуки слышали все. Неужто он запыхался, пройдя десяток метров?.. — К сожалению, новости о нём с опозданием достигли ушей Совета Знати…
— Вообще не должны были дойти, — буркнул Гаюс.
Монтнар зло на него покосился, но продолжил.
— Разумеется мы понимаем, что обсуждение ведётся вокруг вопросов войны и признаём, что не являемся экспертами, мудрая рекомендация от которых могла бы разрешить ситуацию. Однако в данный момент мы, Совет Знати — который также включает и архонта Плейфан — являемся представителями почти трёх десятков тысяч беженцев, которые идут следом за вами, а потому хотели бы получить ответы на, — он покрутил рукой, — несколько вопросов.
— Тридцати тысяч? Я не ослышался? — рассмеялся Лодж. — Нет-нет, Илазий, ты представляешь лишь пару сотен самых чванливых и наглых аристократов, включая куцее число оставшихся с вами слуг и охраны, вот и всё.
— Ты забыл про телеги с «ценностями», которые на текущий момент скорее замедляют нас, чем играют хоть какую-то роль, — дополнил Маутнер. — Ума не приложу, что делать с драгоценностями, которые вы перевозите. Бросаться ими в сайнадов?
Монтнар не подал виду, что услышал какие-либо замечания. Он не сводил глаз с Логвуда и ждал ответа. Комендант, впрочем, ничем не показывал, что собирается отвечать.
— Найди сапёров, Райнаб, — спустя минуту тишины произнёс Тольбус, посмотрев на бригадира. — Они нам нужны. Повозки пойдут через час. Мы должны успеть перевезти всех, кого сможем, до прибытия войск Зарни.
Лодж неспешно кивнул.
— Я всё сделаю, — произнёс он. — Сраные сапёры, опять от них проблемы…
— Не слишком ли мало времени? — спросил Нарвин. — Мы лишь недавно встали на привал. Может стоит дать людям хотя бы пару…
— Через час! — рыкнул Логвуд. — Первыми идут повозки с ранеными. Я хочу, чтобы к обеду на той стороне оказались по меньшей мере половина беженцев, иначе даже сама возможность переправы встанет под большой вопрос.
— Я бы очень хотел, — вклинился Илазий, — чтобы порядок переправы оказался пересмотрен. Сердце моё болит по раненым солдатам, однако твой долг, комендант — защищать беженцев. Более того, многие в Совете Знати сочтут за смертельное оскорбление, если скотина перейдёт реку прежде, чем безоружные граждане восстановленного Нанва.
— А если мы потеряем скот? — спросил молчаливый Эдли. — Вы подумали, что нам тогда делать и чем питаться?
— Можно вспомнить старые добрые традиции «перебежчиков», — улыбнулся Маутнер. — И насадить на вертел сирот.
— До Сауды отсюда неделя быстрого пути, — произнёс Нарвин. — Это не так долго, чтобы умереть с голоду. А воды будет вдоволь, спасибо магам.
— Ах да, — лукаво прищурился Монтнар, — вопрос сокращения рационов тоже входит в список наших вопросов. Из достоверных источников Совету Знати стало известно, что таковое сокращение не коснулось солдат Первой. Возможно, стоит рассмотреть более равномерный способ распределения? Так тяжело видеть, насколько исхудали детки.
— Мясца на них мало осталось, да? — капитан «Чёрных Полос» побагровел от едва сдерживаемого гнева. — Если между тобой и сайнадами не будет хорошо накормленных солдат, твой желудок очень скоро будет болтаться где-то на уровне коленей!
— Уберите их отсюда! — нетерпеливо приказал Логвуд, но тут вперёд выступил сгорбленный Нородон.
— Пусть Монтнар и говорит от имени большинства в Совете Знати, его взгляды не получили единодушной поддержки, — произнёс он, чем заработал полный скрытого гнева взгляд от советника Силаны. — Я пришёл сюда из любопытства, не более того. Например, телеги с ранеными — похоже, у нас намного больше пострадавших, чем я думал: все повозки набиты под завязку, а их ведь более трёхсот пятидесяти штук! Два дня назад мы везли восемьсот солдат в ста шестидесяти повозках. С тех пор произошли три небольшие стычки, но у нас оказалось вдвое больше повозок с ранеными. Более того, сапёры вьются вокруг них и отгоняют всех остальных, вплоть до того, что не пускают к телегам лекарей. Что именно здесь происходит?
Помещение погрузилось в молчание. Я обернулся и посмотрел на остальных, заметив, как люди обменивались непонимающими взглядами. Похоже слова Геварди оказалось для них откровением. Обескураженное выражение лица Нарвина стало почти забавным, пока он с трудом укладывал в голове детали, которые сообщил старик. Только Логвуд и Эдли никак не среагировали.
Ага… похоже на какой-то план.
— Мы распределили раненых, — произнёс Дирас. — Укрепили боковые стенки повозок, защищая их…
— Конечно, — прервал его сгорбленный купец и сделал паузу, утерев лоб платком. — Я тоже изначально так посчитал. Но почему же тогда колёса настолько глубоко уходят в грязь?
— Какая, к Двуликому, разница, а, Нородон? — раздражённо прошипел Илазий. — Может тебя увлекают технические нюансы, но поверь, большинству из присутствующих они не доставляют ни малейшего удовольствия! Речь о куда более жизненно важных вопросах, а потому…
— Я отдал приказ, — коротко сказал Логвуд, а потом посмотрел на Гаюса. Зверовато ухмыльнувшись, тот решительно обхватил обоих представителей Совета и направил к дверям. — План переправы есть и он не терпит пересмотра.
— Но беженцы и сироты!.. — взвизгнул Монтнар. — Совет Знати не оставит это! Я сообщу архонту Плейфан!..
— Оба — к чёрту! — рявкнул Гаюс, выталкивая их за дверь едва ли не пинками. Илазий благоразумно распахнул дверь как раз в тот момент, когда новоявленный бригадир придал им последнее ускорение. Представители Совета Знати неуклюже вывалились наружу.
Гаюс кивнул стражнику, и тот закрыл за ними дверь. Следом мужчина расправил плечи и вернулся на своё место.
— Нам нужно что-то знать обо всём этом, комендант? — спросил вождь Торкон.
Логвуд промолчал.
— Меня беспокоит глубина брода, — произнёс Гралкий Дуф, когда всем стало ясно, что на вопрос вождя Серых Ворóн Тольбус отвечать не собирался. Правда акцент капитана Диких Гусей здорово мешал следить за ходом речи, отчего приходилось чуть ли не физически напрягаться. — Переход будет чертовски медленным, — продолжил он. — Течение не то чтобы очень сильное, но ил под ногами да воды на полтора метра — быстро никто не переправится, даже на лошади, — Дуф покосился на Маутнера, с кем будет совместно удерживать берег реки. — Когда будем отступать с боем, придётся несладко.
— Свои позиции и задания вы знаете, — сказал Логвуд, но совершенно не то, чего ожидали остальные. Вместо этого комендант, прищурившись, уставился на Вешлера. — Все маги будут распределены по отрядам. Колдуны Серых Ворóн — в том числе. Каждый… «перерождённый», — со скрипом произнёс он, — должен быть при офицерах, готовый выполнить всё, что ему прикажут. Это понятно, Торкон?
— Понятно, комендант, — не шибко довольно кивнул вождь.
— Свободны, — Логвуд махнул рукой.
Я хотел было встать на ноги, но заметил, что Маутнер остался на месте. Вместе с ним остался и Торкон с Вешлером, Эдли и Гаюс, дожидаясь, пока остальные покинут помещение.
Маленькая компания и время обсуждения тайн. Рад ли я тому, что оказался вовлечён в их группу? Скорее да, чем нет.
Вешлер слабо улыбнулся мне, а потом будто из ниоткуда извлёк кувшин и начал разливать вино по кружкам. Я покосился на уже стоящие на столе ёмкости, но похоже они были пусты.
Благодарно кивнув парню, я принял кружку. Вино, как и ожидалось. Сделав глоток, ощутил, что оно крепкое, качественное и немного вязкое. Однако подобное было даже приятно. Вот только… Сделав ещё глоток, добавил в кружку наколдованной воды. Не хочу тратить время на устранения последствий излишнего употребления алкоголя перед боем. Нет уж, предпочту вступить в свалку с трезвой головой!