Когда отцветают розы

— Она могла упасть или налететь на дерево, — сказал Энди. — Ничего более серьезного. В этих краях, слава Богу, нет отвесных скал, с которых можно свалиться.
Его попытка угомонить Мэри-Джо полностью провалилась.
— Что значит, ничего более серьезного? Ларри все еще бродит где-то поблизости.
— Но тут его не оказалось, — заметил Уолт, хмурясь. — Он не может оказаться вездесущим, черт побери! Ты говоришь о нем, как о фантастическом суперзлодее из комиксов. Он не таков. Он даже не шибко сообразителен. Не ты одна — из-за него все мы стали вздрагивать от каждого шороха, шарахаться от любой тени. И я говорю тебе: мы переоцениваем его ум и еще сильнее — его храбрость. Я сыт Ларри по горло, и будь я проклят, если позволю ему и дальше держать меня в страхе!
  
Энди смотрел на Уолта расширившимися зрачками, словно его тирада была сравнима с Геттисбергской речью, но ничего не сказал.
— Бог в помощь, — усмехнулась Мэри-Джо, на которую монолог Уолта не произвел большого впечатления. — А теперь, если ты закончил свои воинственные речи, не поджаришь ли тост для Дианы?
— Вот! В этом все женщины, — сказал Уолт. — Все проблемы по боку, только дай покормить кого-нибудь. — Он посмотрел на Энди, который одобрительно кивнул, и продолжал, не давая Мэри-Джо перебить себя: — Разве наш сыщик не должен был позвонить вчера вечером?
— Или сегодня рано утром, — уточнила Диана. — Хотя неизвестно, что такое для него «рано». Уже десятый час.
— Позвони ему, — предложил Энди.
— Какой смысл? Он обещал позвонить сам, как только появится новая информация. В нашем случае остается только заключить, что отсутствие новостей — это плохие новости.
Они все еще сидели за столом, когда телефон зазвонил. Энди буквально нырнул к нему, но Диана все равно его опередила.
— Да? Да, мистер Бэллоуз. Мы ожидали новостей от вас.
Он говорил торопливо и нервно, не давая ей возможности отвечать. Она сама ощутила, словно кожа на ее лице натянулась и окаменела. Наконец она сказала:
— Я понимаю. Да, все понимаю. Да, конечно. Нет. Нет, не буду. Спасибо.
Она положила трубку и повернулась лицом к остальным. Три пары глаз не мигая вперились в нее.
— Они нашли его, — сказала Диана. — Мэри-Джо, он…
— Мертв?
— Да. Они считают, что это самоубийство. Найдена записка.
Мэри-Джо кивнула. Она оставалась с виду спокойной, хотя немного побледнела.
— Но ведь это не все, Диана, — Энди не сводил с нее пристального взгляда. — Что еще он сказал?
«Поразительно, — подумала она, — до какой степени новая информация может отразиться на восприятии». Теперь даже их лица изменились. Энди казался лукавым и расчетливым, а вовсе не добродушным, Уолт — суровым и враждебным. Мэри-Джо… Нет, в Мэри-Джо не изменилось ничто.
— Он пролежал мертвый некоторое время, — сказала она. — По меньшей мере три дня.
Бэллоуз требовал по телефону, чтобы она уехала из этого дома немедленно.
— Вы же должны понимать, что все это означает? — спросил он и, не дожидаясь ответа, пустился в разъяснения. Если Ларри был мертв уже три дня, а в этом практически не осталось сомнений, он никак не мог быть тем, кто подбросил им часы Брэда. — Этому можно найти несколько вполне невинных объяснений, — продолжал он. — Но есть еще одна версия, которая дает основания для опасений. Не думаю, что это вероятно, но ее нельзя сбрасывать со счетов. Поэтому не нужно риска. Если вы окончательно решили остаться, будьте осторожны и не болтайте лишнего.
В этом предупреждении она не нуждалась. Все сомнения и подозрения, которые одолевали ее до того момента, пока не подвернулся Ларри, вновь нахлынули. Ей приходилось постоянно бороться с ними, чтобы другие ничего не заметили.
И она не была уверена, что это ей удалось. Ситуация была слишком ясна, чтобы смысл возможных последствий ускользнул от них, раз уж он был легко доступен ей и Бэллоузу. Энди по временам бросал на нее странные взгляды; Уолт вообще избегал встречаться с ней глазами. Только Мэри-Джо вела себя естественно — то есть насколько это было возможно для женщины, которая пережила шок.
— Не могу поверить, — несколько раз повторила она. — Он уверен, что это так?
— Почему ты не можешь поверить в это? — спросил Уолт жестко. — Боишься или не хочешь?
Краска бросилась в лицо Мэри-Джо.
— Я не собираюсь его оплакивать, если ты на это намекаешь. Но только мне странно… Непонятно, почему я не чувствую сожаления.
Диана держала ее за руку, ощущая беспомощность и невозможность помочь ей хоть чем-нибудь.
— Было бы глупо с твоей стороны, Мэри-Джо, испытывать другие чувства. Все кончено. Вот о чем ты должна сейчас думать. Все наконец завершилось.
Кресло, в котором сидел Энди, резко скрипнуло. Он говорил так тихо, что Диана с трудом расслышала его слова:
— Ты действительно так считаешь?
— Самоубийство, — сказал шериф твердо. — В этом нет никаких сомнений.
Полицейская машина прибыла вскоре после звонка Бэллоуза. Диана с удивлением увидела, что шерифа сопровождает нервная молодая женщина в форме, прибывшая, по всей вероятности, чтобы успокоить безутешную… Как лучше назвать бывшую жену мертвого насильника?
Мэри-Джо и сама должна была уже чувствовать облегчение. Горевать было бы сумасшествием, а Мэри-Джо всегда отличалась здравым смыслом. Ей не стоило даже оплакивать несбывшихся ожиданий. Программа их несчастливой совместной жизни была заложена со времени первой встречи. Ничто и не могло сбыться.
Шериф был заметно разочарован, когда узнал, что не он сообщил им новость первым, но сразу воодушевился, поняв, что им мало что известно помимо основных фактов.
— Да, — повторил он. — Ларри оставил записку. Написал, что сожалеет и что не хотел этого делать.
— Делать что? — спросил Энди.
— Ну, как же… Убивать того парня, что же еще?
— А может быть, он сожалел о том, что сделал со своей женой?
— Тогда это в первый раз. Раньше он не сожалел об этом никогда, — шериф посмотрел на Мэри-Джо, чьи губы сжались в тонкую побелевшую линию, а потом повернулся к Диане: — Не то, чтобы мы всегда подозревали его в способности к убийству. В таких делах никогда не знаешь заранее… Если бы вы, мадам, пришли к нам, вместо того…
— Вы бы ей не поверили, — перебил его Уолт.
— Он прав, — сказала Диана, хотя и была признательна Уолту за его слова. — Мне следовало обратиться к вам сразу.
— Что ж, все, что ни делается — к лучшему, — добродушно сказал шериф, по простоте своей не замечая бестактности. — А этот детектив, мадам, которого вы наняли, дерьма не стоит, если вы позволите мне грубое слово. Ларри нашли благодаря методичной работе полиции.
Однако из его дальнейшего рассказа стало ясно, что это не совсем соответствует действительности. Диана была уверена, что дружки Ларри никогда не рассказали бы полиции сами о существовании заброшенной лесной хижины. Понадобились угрозы и уговоры Бэллоуза вкупе с обещанной наградой, чтобы добыть эту информацию. Да и не будь упомянуто возможное убийство, шериф никогда не выделил бы столько людей на поиски, после того как обнаружилось, что Ларри был в хижине совсем недавно. Бытовой хулиган не стоил внимания с точки зрения полиции.
Мэри-Джо хотела услышать подробности, и шериф не без удовольствия их поведал.
— Он лежал под деревом метрах в тридцати от хижины. Рядом валялась пустая бутылка из-под «бурбона». Думаю, он все сам и выпил; я сделал бы то же самое, если бы собирался пустить себе пулю в лоб. Это могло быть несчастным случаем, если бы не записка, оставленная им на столе в хижине. Сделал он это из собственной винтовки — из двух стволов и прямо в…
Протестующий возглас издала Диана — не Мэри-Джо.
— Это означает похороны в закрытом гробу, как я догадываюсь, — сказала та невозмутимо. — Когда вы разрешите забрать тело?
— Быть может, завтра, но скорее — послезавтра. Бумажная волокита отнимет немало времени. Нужно будет провести официальное опознание.