Жена неверного генерала, или Попаданка на отборе (СИ)

В тишине гости покидали бал.
Впрочем, никто вот уж прямо особо не был удивлен – я слышала в толпе шепотки, что к тому все и шло.
Мне тоже хотелось поскорее оказаться в карете – там у меня уже было припасено нормальное платье и туфли.
Конечно, с Агнесс получилось немного не так, как я задумывала, но паника, которую она испытала, прежде чем Нерисса отвлекла всеобщее внимание, все-таки доставила мне удовольствие.
  
– Ваши звезды за испытание, маркиза Адлер. Или собирались уйти без них?
Передо мной стояла сама Нерисса собственной персоной, держащая в руках хрустального лебедя, в котором слабо позвякивало.
– Вы так любезны, княгесса Сальваторе, – вежливо улыбнулась я.
К сожалению, это замечание оказалось сильно преждевременным.
– Держись подальше от моих сыновей, выскочка, – Нерисса приблизилась. – Эдриан должен жениться на Агнесс и, если ты посмеешь вмешаться, то горько пожалеешь. Данте ты тоже не ровня. Лучше проваливай в свою Феодорию, пока цела!
– Вы не смеете указывать, где мне держаться, княгесса, – насмешливо перебила я. – Захочу – возьму Эдриана, захочу – Данте. А захочу – обоих сразу. Оба ваших сына принадлежат мне. А вам лишь остается тихо отойти в сторону. Вы больше не имеете на них никакого влияния.
Я сказала такие циничные слова лишь только, чтобы ее позлить. Однако эффект превзошел все ожидания.
Нерисса побелела от ярости, а ее пальцы скрючились, как когти ястреба.
– Ты… – прошипела она. – Я сотру тебя в порош-ш-ш…
Но договорить Сальваторе не успела, потому что рядом возник Данте, с которым мы обменялись ухмылками.
– Ева, ты, наверное, сильно устала за эту ночь? – с преувеличенной озабоченностью поинтересовался он.
– Да, ужасно болят ноги от этих туфель…
С грустью сказав это, я задрала юбку и продемонстрировала свою ножку, не забыв показать полоску чулка.
Нерисса схватилась за сердце, словно ее готов был разбить удар от моей дерзости.
За всем этим наблюдал Эдриан.
– Бедняжка, как же жаль тебя… – посочувствовал темный генерал. – Я отвезу тебя домой.
И он на глазах матери и Эдриана легко подхватил меня на руки.
– Имей совесть, брат, – вмешался Алый. – Ты не отходишь от маркизы Адлер всю ночь и явно уже надоел ей своим обществом. Я сам отвезу ее домой…
– Эдриан, тебе совсем необязательно проявлять такое внимание к маркизе, – прошипела княгесса. – Я бы посоветовала тебе найти Агнесс, справиться о ее самочувствии и предложить проводить ее...
– Полагаю, Гастелло справится без моей помощи, мама, – бросил Алый, не сводя с меня жадного взгляда. – Ева Адлер явно устала больше. Отдай ее мне, Данте, я сам донесу ее до кареты.
Нериссе оставалось только, кусая губы от злости, беспомощно наблюдать, как два ее сына готовы чуть ли не подраться из-за меня.
– Не стоит, светлый генерал Сальваторе, – проговорила я, поудобнее устраиваясь на руках Данте. – Меня удовлетворит, если это сделает темный генерал.
– Да, Эдриан, видишь – я полностью удовлетворяю Еву, – подхватил Данте и напоказ прижал меня к себе покрепче. – А тебе и впрямь стоит найти леди Гастелло.
Лицо Эдриана нужно было видеть! Как же жаль, что сейчас я не могла запечатлеть его на кристальон!
С этими словами Данте стал спускаться по лестнице, а я нежилась в его руках.
Было так приятно и комфортно.
Едва мы оказались в карете, как темный наклонился и, приподняв мою юбку, снял с меня проклятущие зачарованные туфли. Сначала одну, а потом вторую.
Я застонала от облегчения.
– Слишком эротично, – заметил Данте и пересадил меня к себе на колени.
А я ничего не имела против.
Выхватив у него обувь, я с огромным удовольствием швырнула эти орудия пыток в окошко кареты.
И с огромным удовольствием стащила с него наглазник, чтобы полюбоваться его темно-синими глазами.
– Не думал, что дразнить Эдриана окажется настолько приятно, – усмехнулся он.
– Ты знаешь, что самое приятное ждет нас через семь дней… – прошептала я, обвив его руками.
– Нет. Самое приятное ждет нас прямо сейчас.
С этими словами Данте закрыл мне рот поцелуем.
  
ГЛАВА 92
 
Данте
Редкие крупные снежинки плавно кружились в воздухе, укрывая землю тонким белым ковром.
Я стоял посредине плаца в одних брюках и рубашке с закатанными рукавами, но совсем не чувствовал холода.
Снег падал на слегка изогнутое лезвие клинка, прямую и длинную рукоять которого я сжимал двумя руками.
Эта катана была подлинным произведением искусства, созданным великим оружейником Мишоном.
Подарок отца на мое совершеннолетие. Помню восторг, с которым впервые взял клинок в руки. С тех пор я не расставался с этим подарком.
Более идеального меча не сыскать во всей империи.
Я просто стоял и ждал, когда за спиной раздастся знакомое рычание.
Сколько их будет? Пять, шесть?
Это мало и скучно.
Да и судя по тому, что Эльтар пообещал мне хорошую тренировку, чумных должно быть явно больше.
Хотя бы не меньше дюжины.
Но мой друг и правая рука из Дикой Охоты, полковник Эльтар Вертер, обладает своеобразным чувством юмора.
Однажды он выпустил на плац одного несчастного чумного, который развалился на ходу, даже не добежав до меня, и которого мне осталось только добить, а потом невозмутимо заявил, что это была великолепная тренировка.
Ведь знает, подлец, что тренировки для меня – это святое.
С тех пор, как в семилетнем возрасте отец начал обучать меня искусству владения холодным оружием, я не пропустил ни одного дня.
И именно на тренировке в лесу около Руберно я встретил ее.
Тогда я даже предположить не мог, какая железная воля у этой смешной и мягкой на первый взгляд девушки, жены моего брата.
И уж тем более не мог предугадать, кем она станет для меня.
Тогда я только слегка заинтересовался ей, не более.
Но затем она удивила.
Или, скорее, поразила в самое сердце.
Мысли о Еве отвлекли, но не настолько, чтобы потерять контроль над ситуацией.
Позади было тихо – ни хрипов, ни рыка, ни быстрых шагов по снегу.
И все-таки долгие годы упорных, долгих, изнуряющих упражнений на реакцию и чутье не могли пройти даром.
Я почувствовал его за спиной и обернулся резким движением, отразив удар меча.
Сталь со звоном ударилась о сталь.
Никаких чумных позади не было. Вместо них позади меня стоял мой старший брат Эдриан со своим знаменитым Алым мечом наперевес.
Он снова сделал выпад, а я, перехватив рукоять катаны двумя руками, блокировал его, но атаковать пока что не стал.
Мы ходили друг напротив друга по кругу, и каждый примеривался, чтобы напасть.
– Что-то не припомню, когда мы тренировались вместе.
– Решил показать младшему братишке пару приемчиков, – ухмыльнулся этот придурок и пошел в атаку.
Мы схватились посреди плаца, сражаясь на мечах.
– Я попросил Эльтара попридержать мертвяков, уж не обессудь, – добавил Эдриан. – Если честно, присутствие этих гнилых в Руберно уже начало порядком утомлять. Да это и попросту опасно для населения и ставит столицу – сердце Серинити, под угрозу распространения эпидемии.
С одной стороны Эдриан был прав, но с другой – мы должны были изучать чуму, чтобы знать, как с ней бороться, чем и занимались мои маги-лекари в специально для этого организованном мной центре.
Мы так до сих пор и не выяснили, откуда чума вообще пришла в Лиманское королевство и каким образом так быстро превратила его в высохшую пустыню – пристанище ходячих трупов.
Ступать на ту гиблую землю было опасно – она искажала любую магию и даже кристальоны-шпионы, которые мы неоднократно посылали туда, почти сразу глохли и разбивались вдребезги.
  
Несколько разведывательных добровольческих отрядов, которые ушли на Лиман в самом начале эпидемии, не вернулись – с тех пор людьми я не рисковал.
После того, как мы с Дикой Охотой разбили последнее десятитысячное стадо чумных, то на границе стало спокойно. С двумя-тремя десяткам забредших мареновых легко справлялись пограничные отряды, которые я расставил по всему периметру.