Семьянин (СИ)

Хоть сегодня присутственный день, в заведение мадам Розы я решил не заезжать — граф Марьян там сегодня точно не появится, а поговорить с братьями, другие случаи найдутся. Кстати, и перед женой неудобно. Нет! Она всё поймёт… потом… возможно… однако лучше с такими визитами погодить.
В карете я намекнул, что есть разговор, но это подождёт до того времени, когда останемся одни, и нас точно не отвлекут и не подслушают. В башне образовались какие-то мелкие дела, так что время нашлось лишь перед сном. Но поймите меня правильно — мы совсем недавно женаты! Как бы смогли отказаться от… э… Словом, у нас не получилось отложить первую демонстрацию мужу кружевной ночной рубахи, пусть даже в пользу обсуждения иных, крайне важных государственных дел. Тем более, кружевные ягодки оказались на таких интересных местах!..
  
Признаться, скоро демонстрация перешла в более конструктивное русло, а кружева были рассмотрены и измяты. На какое-то время нам стало не до государственных забот. Сильно позже, мы лежали, обнявшись, нам было хорошо и все прочие дела ушли куда-то далеко-далеко. Но вдруг жена спросила:
— Стах, ты же хотел обсудить со мной что-то важное?
— Да, у Марианы серьёзная проблема, но это спокойно потерпит до утра.
— Какие вы все мужчины несерьёзные! Есть крайне важное дело, касающееся Короны, а тебе интересней потискать голую девчонку!
— Во-первых, не просто девчонку, а тебя. Во-вторых, не голую, а в тонкой рубашке, кружевной и такой просвечивающей… И где просвечивающей? Небось, сама знаешь, как ты соблазнительно выглядишь?
— Вот видишь, какой ты легкомысленный! Сам отвлекаешься и меня отвлекаешь! Вот скажи, чем ты сейчас занимаешься? Опять начинаешь, да⁈
Как-то само собой разговор вернулся к обсуждению влияния тонких нитей кружев на восприятие мужчинами девичьих прелестей. Потом мы, усталые, уснули, а к делам вернулись лишь после завтрака. Тогда рассказал всё, особенно о секретности и об очень неохотном разрешении королевы посвятить Шарлотту в сию тайну.
— Я тебе, конечно, помогу, — заявила жена, польщённая моим доверием, — но с чего ты будешь начинать? Конечно, у папы есть прекрасный специалист по проклятиям. Думаю, он мог бы легко снять любое, кроме Божественных и Великих. Но понимаешь, без разрешения царицы никто не решится снять проклятие с королевы, пусть далёкой и нейтральной страны. А мама такого разрешения точно не даст!
— Почему?
— Из принципа! Мариана даже не слабенькая волшебница, а царица отмахивается от дел неодарённых. Она может разгневаться, лишь только услышав ходатайство о помощи.
— Знаешь, малышка, это смотря чего просить. Есть байка о том, как монахи-паломники остановились на ночлег в монастыре и с ужасом увидели, что местные курят во время молитвы. «Как такое возможно⁈» — воскликнули странники: — «Мы спрашивали — можно ли курить во время молитвы? И нам категорически запретили!» Местные монахи ответили: «А мы спросили — можно ли молиться, когда куришь? Нам разрешили». Так что надо правильно ставить вопрос.
— И о чём ты будешь спрашивать?
— Для начала сообщу, что у меня есть два эликсира Высшей Алхимии. Они снимают некие чары, но им больше ста лет. Ещё имеется гримуар «Проклятья разные. Снятие и ослабление». Есть и другие книги. А сейчас появился пациент, на котором можно отработать снятие порчи. Не может ли твой папа, на пару дней, прислать мне учителя по этой тематике?
— Ну, если так ставить вопрос, то папа, наверное, не откажет. Учить — оно можно, конечно. И что есть на ком проверить знания — это только лишний плюс.
— А если мы расскажем про малый Источник Школы Воды и предложим его в благодарность за помощь?
— То есть, ты сразу зайдёшь со старших козырей? От доступа даже к мелкому Источнику папа просто не сможет отказаться.
— Тогда садись и пиши письмо. Сразу же, как напишешь, пошлём гонца в Большой Лес. Про срочность не упоминай. Наоборот, расскажи о нашем присутствии на коронации, и о занятости до понедельника.
— Сейчас же напишу.
— Не позже полудня мне нужно быть в Государственном Совете. Помимо прочих дел, там мне доложат о том, чем подчинённые занимались, пока меня не было. Про эликсиры тоже уже должны были получить ответ.
— А мне чего делать?
— Если можешь и хочешь — посмотри книги в сундучке, который отдали церковники, а затем мне его передал покойный король. Там «серые» фолианты, даже в Церкви в них не нашли черноты, но всё же будь осторожней, ты нашего малыша под сердцем носишь. Если чего, то сразу бросай чтение, я вечером продолжу. У Бертиоса больше всего было надежд на «Проклятья разные». Проверь в первую очередь этот том.
— Посмотрю, конечно. Но где вообще этот сундучок с книгами?
— На втором от земли этаже, над хранилищем с казною. Я дам амулет, а Иония проводит и поможет. Книги лучше не выносить — там безопасно, куча защит на все случаи жизни, да и посторонний не сможет зайти.
— Поняла. Посторонний не зайдёт, а кто сможет?
— Эмон. На этаже есть кладовая артефактов.
Князь Волков
— И как тебе девица с портрета?
— Высока, румяна, но на мой вкус уж больно тоща.
— Это известно — ты полненьких любишь, и чтоб груди до пупа висели. А молоденькие они не таковские. Особливо воспитанные в благости. Те талию блюдут, любят умные разговоры разговаривать и требуют самого деликатного обхождения. Как родит второго, а лучше третьего, тогда войдёт в тело… Дай-ка ещё раз портрет погляжу. Не… ничё… Имя такое… ненашенское — Барбара! Удивительное!
— Имя — тьфу! А что дочка герцога — вот самое завлекательное!
— Так и мой Степан не прост! Пусть не волшебник, но княжич! Его тестем будет герцог Фаблабарский. Тот, как догадался, что с самим князем Волковым может породниться, сразу же подсунул свою девчонку моему сыночку. Опять же, много хорошего мне посулил. Одна торговля пшеницей чего стоит! Уважает наш Род!
— Дык! Как могло быть иначе? Небось, только услышал, про княжича Волкова, небось слюной захлебнулся! Возмечтал о таковском зяте.
— Вот-вот… Но и нам надо в грязь лицом не ударить! Сыночку выдадим всё самое лучшее. И побольше, побольше! Чтобы те самые герцоги понимали, кого им в семью отпустили. А Степанидочке вдвое в приданое положим. И князю Тихому за Стёпушку дары пошли. Завтра же! Пусть понимает — коли он Волковых уважил, то Волковы его с лихвой отблагодарят. И про доченьку так намекнём — ей тоже жених из первейших нужен.
— Князя Фатея спросить, чего его зять любит?
— Перебьётся! Чтобы князь Волков кого-то спрашивал⁈ Я сам всё знаю! Ты подарки лично отвези. Всё своим глазом огляди, а то на слуг надёжи мало — чего они в делах первейших Родов понимают⁈ Потом подробно доложишь.
Заметка
РАЗНОЕ О ПРИЯТНЫХ БЕЗДЕЛИЦАХ
(«Дамский досуг», 22 листогноя 445 года)
…И ещё об одном обновлённом, хотя и старом, магазинчике, именующим себя «Услада дамы». Адрес указывать не будем — не то что место из разряда «только для своих», но действительно сюда приходят весьма немногие клиентки, предпочитающие чуть переплатить за лучшее обслуживание при высочайшем качестве товара. И да — в большинстве, они дворянки из блестящих великосветских салонов. А вы теперь сами понимаете уровень цен на изящные кружева, невесомый атлас, мягчайший бархат и прочие предметы для дам.
После прихода новой хозяйки, наша корреспондентка лично осмотрела ассортимент, и, утвердившись в справедливости самых лучших отзывов, доложила, что тут не нашлось одинаковых предметов. То есть, купив что-то для бала, вы будете избавлены от конфуза — вам не удастся встретить особу, с такой же вещицей…
  
Великогерцогская чета
— Моя дорогая, похоже, благодаря хлопотам твоего рыцаря-защитника, мы почти победили! Во всяком случае, Карл, как канцлер, меня в этом заверил. Хотя есть кое-какие нюансы.
— То есть нам отдадут земли, отрезанные от Силбербодена?