Дважды одаренный (СИ)

— Как ты смеешь говорить так дерзко с её сиятельством⁈ — взревел один из бойцов и буром попёр на меня.
Я криво усмехнулся и недобро посмотрел в глаза телохранителю. Он что, забыл, что сейчас происходит, и думает, что мы на светском приёме, разе требует с меня соблюдения формальностей?
Однако ответить ему я не успел.
— Тише-тише, Филипп, — мягко проговорила графиня, остановив своего бойца плавным жестом. А затем внимательно посмотрела на меня хитрыми карими глазами и, задорно усмехнувшись, сказала: — Здравствуй, мальчик, коли не шутишь. Спасибо за помощь. Чем мне тебя отблагодарить?
  
— Сочтёмся, — ответил я, оглядываясь по сторонам и усиливая поисковое заклинание. — Главное, что вы в безопасности.
Я снова повернулся к графине. Её глаза блеснули.
— Достойный ответ достойного воина, с одной стороны. А вот с другой — ты вешаешь на меня долг, а долги я не люблю.
Она внимательно смотрела на меня, отслеживая каждую реакцию.
— При всём уважении, ваше сиятельство, сейчас важнее всего вернуться к нашему укреплению, — быстро проговорил я. — Если не брезгуете, давайте с нами.
— А чего же нам брезговать? — изобразила она удивление. — Идёмте, конечно!
И бойко прошла мимо меня. Я улыбнулся. Интересная старушка. Живенькая. Чем-то мне даже мою собственную бабушку напомнила.
Ту, что умерла в моём родном мире ещё до первого пришествия демонов.
Я едва заметно мотнул головой, отгоняя непрошеные мысли, и повёл расширенный отряд обратно к убежищу. Во время этого забега я то и дело расширял своё поисковое заклинание, убеждался, что никого лишнего рядом нет, и сразу же сжимал его радиус до пятидесяти метров.
Бабуля-графиня пристроилась рядом со мной, с любопытством оглядывая трупы монстров.
— Столько добра пропадает… — пробормотала она и повернулась к Тихону.
Самоцветова ничего ему не сказала, но одного лишь взгляда графини хватило, чтобы её телохранитель понял приказ госпожи и послушно кивнул. Правда, ничего не сделал — вероятно, приказ на будущее.
Вторая женщина была ранена, и её нёс самый крепкий из бойцов, но это не помешало нам набрать хорошую скорость при забеге по пересеченной местности. Притом сама графиня демонстрировала впечатляющие спортивные данные, хоть и бежала в узкой юбке и в туфлях на небольшом каблуке.
— Чего, мальчик, так смотришь на меня? — усмехнулась она на бегу. — Всё думаешь, чего бы в награду попросить?
— Да нет, — хмыкнул я. — Думаю, как такая бодрая графиня умудрилась застрять в таком неприятном месте.
— Ха! — весело отозвалась она. — Славное это место — источник святой неподалёку. А у камеристки моей, Марфы, — кивнула она на вторую женщину, — с ловкостью проблемы. Воду она из источника набирала, когда тут всё начало туманом заволакивать. Поскользнулась да ногу подвернула и покатилась невесть куда с обрыва… Упустили мы момент для эвакуации, мальчик. Оглянуться не успели, как Проклятые Земли разверзлись.
— Понял, — кивнул я. — Спасибо за ответ.
— Да было бы за что, — махнула она рукой и улыбнулась.
Бьюсь об заклад, эта женщина может общаться с людьми в любой манере. После моего лёгкого начала беседы она выбрала манеру «доброй бабушки». Но я заметил, с каким благоговением смотрят на неё бойцы и камеристка. Да и капитан Семёнов уж слишком переполошился, когда графиня в Проклятых Землях застряла.
Определённо, рядом со мной сейчас бодро бежит довольно значимая фигура местной Российской Империи.
Я ощутил дыхание монстров на периферии умения и, резко остановившись, быстро обратился к Айседоре Ивановне:
— Не успеем добраться! Сможете создать ещё одну башню?
Графиня Самоцветова тоже остановилась и внимательно посмотрела на меня. Взгляд её был задумчивым и цепким.
— Они рядом? — уточнила женщина.
Однако отвечать мне не потребовалось — волки завыли метрах в двухстах от нас.
Айседора Ивановна резко выплеснула всю скопленную ману, и мы, точно на подъёмной платформе, поехали вверх.
Волки были уже близко, я видел, как разъярённые твари несутся к нашему укреплению…
Раздались выстрелы, и первые ряды монстров смело очередью из магических штурмовых винтовок. Проклятье! Опять патроны и оружие явно мощнее того, которое выдали кадетам-простолюдинам. Хочу себе персональную винтовку!
Но, что важнее сейчас, почему моё поисковое умение сразу не заметило группы из десяти человек? Как они умудрились скрыться? Не дышали, что ли?
— Похоже, нам можно выдохнуть, — спокойным тоном произнесла графиня, с высоты своей башни наблюдая за скоротечным сражением бойцов в разноцветных доспехах против орды волков. — Корпус наконец-то здесь.
  
Глава 3
 
Я открыл глаза и несколько секунд пялился в потолок, пытаясь понять, где нахожусь.
Противно запиликал будильник на смартфоне, и я припомнил, что сам его включил перед сном. Что ж, привычка просыпаться до будильника переродилась в новом мире вместе со мной.
Отключив будильник, я встал с кровати, плавно потянулся и принялся делать разминку, оглядываясь по сторонам. Комнатка небольшая — четыре на три метра. Зато одноместная со своим санузлом и всем набором необходимой мебели и техники — такие вот привилегии для дважды одарённых в казарме нашего кадетского корпуса для сирот-простолюдинов.
Покончив с разминкой, я заправил постель, ткнул чайник и пошёл умываться, параллельно вспоминая, чем закончился вчерашний день.
В Проклятые Земли таки прибыла боевая группа из Корпуса ведьмаков и ведьм — именно так называют дважды одарённых, поступивших на службу Империи по своему основному профилю. Двадцать прекрасно сработавшихся друг с другом отборных бойцов взяли нас под свою защиту и эвакуировали вместе с людьми графини, а затем отправились уничтожать Ядро новорождённых Проклятых Земель.
Хотел бы я пойти с ними и увидеть это процесс своими глазами, но кто меня возьмёт? Я даже спрашивать не стал.
К тому же долг требовал от меня убедиться, что все мои товарищи в целости и сохранности доберутся до казарм. Раз уж я взялся отвечать за их жизни, делать это должен до конца.
Раненых ребят расположили в лазарете кадетского корпуса. Нас же первым делом усадили писать рапорты. Я в тот момент даже усмехнулся, вспомнив прошлую жизнь. Я ведь не всегда был планетарным императором или даже лучшим генералом Российской Империи. В юности в прошлой жизни мне доводилось обучаться в корпусе гардемаринов, а затем подниматься по службе, начиная с чина капитана — первые два чина я, как отличник учёбы и активист, получил ещё в военной Академии.
Лишь после рапортов нас отпустили в столовую, где накормили от пуза простенькой едой. Я видел, что мои товарищи с ног валятся от усталости, да и сам я себя чувствовал не лучше, так что первым предложил разбрестись по комнатам.
Мне хотелось завалиться спать, но перед этим необходимо было структурировать свои знания о новом мире. Память реципиента передалась мне как-то выборочно. Например, я совершенно не помнил, как реципиент попал в детский дом. Я помнил лишь урывками какие-то постоянные стычки с другими сиротами. Во время одной такой мой реципиент случайным потоком воздуха запустил обидчика в распахнутое окно. Благо, этаж был первый — обидчик отделался далеко не лёгким испугом, но хоть не убился.
Тогда в моём реципиенте обнаружился Дар, и реципиента перевели уже в кадетский корпус для сирот-простолюдинов. И уже здесь в нём обнаружили Второй Дар, хоть и не полноценный — неразвившийся, как часть тела у некоторых урождённых инвалидов.
За шесть лет в кадетке мой Второй Дар так и не прогрессировал, хотя проверяли его каждые полгода.
  
Я закончил умываться, выпил тёплой воды, наспех оделся и глянул на часы. Скоро столовая откроется. Нужно пойти занять места.
Открыв дверь комнаты, я нос к носу столкнулся с миниатюрной девушкой, одетой в чёрный пиджак и юбку с лампасами — женский вариант формы кадетов. Волосы девушки были собраны в две косички, на шее красивый чёрный бант. Образ отлично подходил к её миловидному личику и острому носику.