Избранное. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Его окликнули по имени.
Он вскочил, обернулся и увидел, как она торопится следом за носильщиком, который несет ее багаж. Пробегая мимо, носильщик улыбнулся Рою:
– Все в порядке, босс. Не отставайте.
Рой схватил Мойру за руку и потащил за собой.
– Извини, – задыхаясь, произнесла она, – проклятая многоэтажка! Лифт застрял и…
– Не важно. Береги дыхание, – ответил он.
  
Они пробежали по мраморному полу здания, через ворота и выскочили на бесконечную платформу. В конце ее стоял кондуктор с часами в руках. Когда они появились, он положил часы в карман и по короткой лесенке поднялся в вагон.
Они поравнялись с ним и помчались дальше.
Поезд уже тронулся, но они успели запрыгнуть в последний вагон.
Вместе с проводником они дошли до своих мест и, задыхаясь, рухнули в кресла. И первые полчаса практически не шевелились.
Наконец, когда Фуллертон остался позади, Мойра, полулежащая на белом скользком сиденье, повернула голову и усмехнулась, глядя на Роя.
– Ты хороший человек, Макги.
– А ты добрая женщина, миссис Мерфи, – ответил он. – В чем твой секрет?
– Я храню белье в супе. А твой?
Рой ответил, что свой секрет он нашел в одной поучительной книге.
– Перед твоим появлением я как раз читал одну интересную историю. Автор – Трепач Ля Копченый. Слышала о таком?
– Хм, что-то слышала.
– Это, наверное, лучшее, что он написал, – сказал Рой. – Суть в том, что на автобусной остановке есть платный мужской туалет и в нем живут два человека: пожилой мужчина и толстый мальчишка. Им в этой жизни немногое нужно. Только чтобы их не беспокоили, когда они справляют нужду. И что же, думаешь, это так просто? Нет! Как только они начинают справлять эту самую нужду, обязательно врывается какой-нибудь, прости за выражение, тип с поносом и бросает в щель монету. И, видя, как непристойно он отдается своей нужде, наши герои теряют все свое желание. В конце, когда все их попытки оказываются тщетными, они набирают из писсуаров и урн яблочные огрызки и идут в лес печь пирог.
Мойра строго на него посмотрела.
– Я сейчас кондуктора позову, – объявила она.
– Не могу ли я купить ваше молчание за бокал вина?
– Молчание куплю я, хотя бы на пару часов. Ты купишь себе что-нибудь выпить и хорошенько прополощешь этим рот.
Рой засмеялся:
– Я тебя подожду, если хочешь.
– Иди, – сказала Мойра сурово, закрыв глаза и откинувшись на спинку сиденья. – Давай, мой мальчик, прогуляйся.
Рой похлопал ее по плечу. Он встал и прошел через два вагона до ресторана. Он опять был в форме. Мрачные размышления прошлых дней испарились, и он чувствовал себя отлично.
Как он и предполагал, в вагоне-ресторане яблоку негде было упасть. Вряд ли удастся найти место – если только он не сядет на хвост какой-нибудь компании.
Рой с одобрением изучил поле действия, а потом повернулся к бармену за маленькой стойкой.
– Пожалуйста, бурбон с водой, – сказал он. – И смешайте.
– Извините, сэр. Я не могу обслужить вас, пока вы не сядете.
– А сколько это стоит?
– Восемьдесят пять центов, сэр. Я не могу…
– Два доллара, – кивнул Рой и положил деньги на стойку. – Без сдачи, так?
Он получил свою выпивку. Со стаканом в руке он отправился вдоль прохода, слегка покачиваясь в такт движению поезда. На полдороге он шатнулся чуть сильнее, ударился о загородку, за которой сидели четверо военных, потягивая выпивку, и пролил содержимое стакана на их стол.
Он рассыпался в извинениях:
– Позвольте вас угостить. Я настаиваю. Официант!
Обрадованные, они уговорили сесть его рядом, потеснившись в своей кабинке, чтобы всем хватило места. Прибыла выпивка – и тут же исчезла. Несмотря на протесты, он купил еще.
– Старик, это нечестно. В следующий раз наша очередь.
– Не беспокойтесь, – с удовольствием сказал Рой. – Я вряд ли буду пить еще, но…
И замолк, глядя на пол. Он нахмурился, скосил глаза. Потом, наклонившись, нащупал что-то у себя под ботинком. Снова выпрямился и бросил на стол маленький кубик.
– Случайно никто из вас это не терял? – спросил он.
* * *
Дело пошло. Ставки удваивались и удваивались. С обманчивой скоростью поезда деньги текли в карманы Рою Диллону. Когда эти четверо простофиль начнут о нем вспоминать, скажут примерно следующее: «Очень приятный парень». Рой так расстраивался из-за своих случайных побед, о которых он вовсе и не помышлял, что было бы стыдно думать о нем как-то иначе. А когда Рой будет о них думать… но он не будет. Все его внимание сосредоточилось на них и на том, сколько у него осталось времени; ему нужно было все время отвлекать их внимание и усыплять бдительность. При таком напряжении, разливавшемся у него в голове белым пламенем, времени думать о чем-то другом не было. Они пили с удовольствием, а Рою выпивка казалась безвкусной. Время от времени они выходили в туалет, он же никуда не мог отойти. Они то и дело посматривали в окно, отмечая красоту пейзажа, который действительно был прекрасен: пляжи с белым песком, зелень и золото рощ, серо-голубые горы и белые домики с красными черепичными крышами – это напоминало юг Франции. Но когда Рой отпускал свои комментарии, он не смотрел туда, куда смотрели они, и не видел того, что было видно им.
Когда наконец можно было расслабиться, он вдруг заметил, что вагон опустел, а поезд ползет через индустриальные пригороды Сан-Диего к своей конечной остановке. Встав и пожав руки своим спутникам, он собрался покинуть бар. И тут увидел Мойру, которая с улыбкой смотрела на него.
– А я, видишь, уже отправилась тебя искать, – объяснила она. – Повеселился?
– Да так, ты же знаешь. Вот решили выпить вместе. – Он пожал плечами. – Извини, что оставил тебя одну так надолго.
– Ерунда! – Она улыбнулась и взяла его под руку. – Я ни чуточки не переживала.
  
17
 
В Сан-Диего Рой взял напрокат машину, и они отправились в гостиницу в Ла Джолле. Она стояла на высоком зеленом берегу, с которого открывался чудный вид на океан. Восторгу Мойры не было предела. Она полной грудью вдыхала чистый прохладный воздух. Им просто необходимо пройтись, а уж потом можно идти в гостиницу. Мойра настаивала на прогулке.
– Потрясающе! – объявила она. – Вот это жизнь! – И метнула на него страстный взгляд. – Просто не знаю, как выразить мою признательность.
– Ну, на этот счет у меня есть некоторые соображения, – сказал Рой. – Может, постираешь мне носки?
Он зарегистрировался, и они отправились наверх следом за коридорным. Их комнаты были друг против друга, и Мойра вопросительно взглянула на него, требуя объяснений.
– Что это за дискриминация? – сказала она. – Может, для тебя это нормально, а мне это не подходит.
– Я думал, что имеет смысл снять две отдельные комнаты под нашими фамилиями. На всякий случай, чтобы не было недоразумений.
– А какие могут быть недоразумения?
Никаких, беззаботно сказал Рой, да и с чего им быть?
– Но зачем испытывать судьбу? В конце концов, мы будем жить прямо напротив друг друга. Вот смотри, как это удобно…
Он обнял ее, и они застыли на пару секунд. Но когда он позволил себе чуть больше, она высвободилась из его объятий.
– Потом, ладно? – Она подошла к зеркалу, лениво поправляя волосы. – Я так торопилась утром, что не успела привести себя в порядок.
– Ладно, – согласился Рой, – позже. Хочешь, поедим сейчас, или дождешься обеда?
– Разумеется, дождусь. Я тебе позвоню.
Он оставил ее перед зеркалом и отправился в свою комнату. Распаковав багаж, он решил, что за отдельные номера она на него не обиделась, скорее удивилась, а для него это было принципиально. Его знали как одинокого человека. Если бы он снял один номер на двоих с дамой, пришлось бы регистрироваться под вымышленной фамилией. И тогда вся придуманная им легенда, годами выстраиваемая с такой тщательностью и трудом, могла полететь к чертям.