"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

– Когда ты их нарисуешь, они будут действовать до тех пор, пока Уртанриэль находится в ножнах, – ответил он.
– Отлично.
– Мне тоже понадобится знак, – шагнул вперед Коун. – Я пойду с ними.
Джанель заморгала:
– Ты?
– Сигнальную ветвь Сенеры должен держать не Турвишар, а кто-то другой: Турвишару нужно будет сосредоточиться на магических порталах и отбиваться от враждебных сил, которые нам встретятся. – Коун указал на Кирина: – А что касается его, я даже не уверен, сработает ли ветвь, если ее будет держать Кирин. Уртанриэль может заблокировать этот эффект.
  
Кирин поморщился:
– Вполне… возможно.
Джанель поколебалась, а затем кивнула:
– Хорошо. Вы трое займетесь уничтожением Краеугольного Камня. Остальные будут сражаться с Мориосом.
Сенера по очереди подошла к каждому мужчине и нарисовала что-то у них на лбу. Глянув на спутников, Кирин увидел рядом с уже знакомым символом воздуха новый, ранее неизвестный символ.
– Есть еще одна проблема, – сказал Турвишар. – Я могу открыть Врата, но я не знаю, где находится этот дворец. Дно озера Джорат весьма велико.
– Тебе нужно знать, как оттуда уйти. А как попасть – знаю я. – Сосредоточившись, Сенера начала плести чары. Портал, который она создала, открылся во тьму: обычно зеркальная поверхность Врат не отражала ничего…
Кирин готов был поспорить, что у наблюдающих за ними волшебников Королевского Дома начались припадки.
– Мы пойдем прямо сейчас? – удивился Коун, поставив свою сумку рядом со столом.
– С каждой секундой, пока мы бездействуем, умирает все больше людей, – сказала Джанель.
– Почему за Вратами тьма? – спросил Кирин.
– Свет не проникает так глубоко под воду, – ответила Сенера.
Окончательно смирившись с тем, что в конечном итоге он промокнет до нитки, Кирин направился к порталу. Не дошел до него, на полпути оглянулся:
– Эй, Джанель.
Она подняла на него глаза. От напряжения, светившегося на лице, девушка казалась старше на десятки лет.
– Да?
– Надери этому дракону задницу. Как угодно.
Джанель улыбнулась:
– Обязательно. Ты тоже будь осторожен.
– Мне? Осторожничать? Да мне делать там нечего!
Сенера подняла металлическую веточку:
– Вы ничего не забыли?
– О! Спасибо! – Коун подхватил фальшивую ветвь. Пока он разглядывал ее, металл засветился – словно в этой крошечной вещице сконденсировался солнечный свет.
– Все ведь умеют плавать? – спросил Турвишар.
– Те, кто нет, научатся. – Кирин послал воздушный поцелуй и шагнул в портал.
Остальные последовали за ним.
Воздушный знак образовывал пузырь вокруг головы Кирина, так что волосы юноши оставались сухими, но это оказалось скорее раздражающим, чем полезным. Сунув голову под воду, можно было бы все четко видеть, а сейчас он находился «над» водой, словно пытался заглянуть в глубины непрерывно движущегося пруда. Плохо было видно даже с учетом создаваемого Коуном света.
– Сюда! – Озерная вода глушила голос Турвишара. Волшебник потянул Кирина и Коуна за одежду, указывая на темные колонны вдалеке.
Проплыв немного, Кирин поймал себя на том, что он задает себе вопросы, о которых стоило задуматься раньше. Водятся ли в этих водах крокодилы? Акулы? Какие-нибудь хищники? Он заметил какую-то рыбу. Или, во всяком случае, увидел, как промелькнул серебристый проблеск чешуи, а затем обтекаемая фигура резко развернулась и поплыла прочь. Светящиеся магические огни, вызванные братом Коуном, недовольным плохой видимостью, в дополнение к светящейся ветви выхватывали широкие светлые полосы на дне озера.
Впереди лежал дворец.
В свое время это, должно быть, действительно было потрясающее место с огромными широкими колоннадами, ипподромами, дорогами и парками, где могли пообщаться между собой крупные животные. Статуи, истертые водой, илом и скопившимся пресноводным тростником, поблекли и обветшали. Впрочем, они уцелели достаточно для того, чтобы Кирин разглядел, что они изображали кентавров и, да, огнекровок. Статуй, изображающих людей, Кирин не заметил, но ведь Хорсал был богом-королем, который любил лошадей гораздо сильнее, чем человечество.
Путешественники поплыли вперед – в конце концов, здесь все дороги должны были вести в тронный зал короля лошадей.
Кирин не заметил скелетов. Вероятно, если они и были – если не все кентавры погибли на мосту в Атрин, – то останки съели рыбы.
Все помещения были построены так, чтобы удовлетворять все нужды лошадей: не было ни лестниц, ни вторых этажей, даже ничего такого, что можно было бы назвать крышей. Проплыв дальше, Кирин уловил странные проблески архитектуры, не похожей на тот обтекаемый стиль, который предпочитал Хорсал. Казалось, что Хорсал и сам построил свой дворец на руинах другого города.
Наконец они обнаружили единственную лестницу в городе, ведущую в помещение, которое было не столько комнатой, сколько официальной приемной – либо намеренно открытой в небо, либо ставшей таковой через века. Пол был покрыт тиной, грязью и вековым перегноем, из которых лишь кое-где торчали ветви и сучья.
Тем не менее великолепие тронного зала частично сохранилось. Магические огни Коуна отбрасывали блики на покрытые золотом стены, а углы украшали четыре статуи, изображавшие вставших на дыбы кентавров. Лестница вела к большому трону, спинка которого заканчивалась острым клином, возвышающимся на несколько футов над креслом. И на вершине этого клина происходило что-то странное: то ли от этой вершины, то ли к ней вел слабый луч света.
Турвишар указал на спинку трона и что-то сказал.
– Что? – крикнул Кирин. – Я тебя не слышу!
Турвишар закричал в ответ, и на этот раз перед ним проявились светящиеся золотые буквы, поплывшие по воде. Надпись гласила:
«Я сейчас уберу с этого участка воду. Приготовьтесь к приземлению».
Кирин увидел, как Турвишар кивнул брату Коуну.
Жрец сосредоточился, и Кирин понял, что Коун, должно быть, трансформировал воду в воздух, поскольку пространство не могло заполняться вакуумом.
Все трое рухнули на землю – Кирин чуть грациознее, хотя он тоже промок до нитки и увяз по щиколотку в грязи. Пришлось отряхиваться.
– Это то, что мы ищем? – Кирин указал на острие, видневшееся на спинке трона. Пусть свет и было трудно разглядеть, но он все еще был различим.
– Возможно, – согласился Турвишар. Подойдя к трону, волшебник забрался на него, используя трон в качестве табуретки, для того чтобы рассмотреть верхушку спинки.
Вытерев с нее грязь, Турвишар обнаружил обточенный восьмигранником драгоценный камень и, сосредоточившись, вгляделся в него.
Кирин почувствовал, что начинает немного ревновать. Он скучал по способности видеть сквозь Первую Завесу, но Уртанриэль по-прежнему не давала ему использовать магию. Конечно, у Кирина был собственный способ распознавать магию. Например, на этот раз Уртанриэль кричала на него за то, что он позволил находиться рядом уже не одному, а двум Краеугольным Камням. Один находился возле Коуна, а другой возле трона.
Это подтверждало слова Сенеры о том, что именно здесь был спрятан Разжигатель Войн.
– Я понятия не имею, из чего сделан этот кристалл, – сказал Турвишар.
– Это хороший знак. Если бы ты мог сказать, из чего он сделан, это не был бы Краеугольный Камень.
– И что теперь? – спросил брат Коун.
Кирин обнажил Уртанриэль и велел ей вырасти до обычного размера меча, превратившись в блестящий серебряный клинок.
– Теперь мы ждем.
  
58: Битва с Мориосом
 
Атрин, провинция Джорат, Куурская империя.
  
Через три дня после того, как Равери Де Лор серьезно переоценила способность своего отца помнить каждого, кого он убил
Джанель дождалась, пока закрылся портал, а затем повернулась к Сенере:
– Отдай мне ветвь.
– Что? – заморгала Сенера, глядя на нее.
– Отдай мне ветвь. Все то доверие, которое я могла к тебе испытывать, ты пережгла много лет назад. – Она протянула руку.