Истинная для Ворона (СИ)

— Какая же ты сука.
— Всегда рад помочь!
Друг отключается, а я закусываю губу и выискиваю взглядом здание Гильдии.
Еще рано. Я как раз опережу Ши и поговорю с магистром до того, как он протянет к ней свои жадные лапы.
***
Если вы видите Фэда впервые, то не заметите подвоха.
Исключительно хорош собой и предельно обходителен — это первое, что придет в голову, когда начинаешь оценивать глазами.
Потом начинаешь думать, что он умен.
А еще через несколько минут не можешь отделаться от мысли, что перед тобой — ядовитая змея, что вцепится в кишки и не отпустит, пока ты не испустишь последний вздох.
Фэд может очаровывать одним только взглядом, жестом или таинственной полуулыбкой, обещающей ответы на все возможные вопросы.
Но я знаю, что под этой тонкой блестящей кожицей таится самый настоящий расчетливый и хитрый делец, убийца и циник.
В свои пятьдесят два он держит в железном кулаке настоящую армию пилотов, готовую выполнять любое поручение. Каждый в Гильдии проходит через магистра, каждый ему чем-то обязан, каждый мог бы отдать за него жизнь.
И они исполнят любой каприз за ваши деньги.
Впрочем, Фэд все же щепетилен в некоторых вопросах — он никогда не занимается работорговлей и наркотиками.
— Ши, если я правильно понял? — я не вмешиваюсь в их беседу, просто наблюдаю. От меня не укрывается заинтересованность, что медленно плавится в карих глазах Фэда.
Он указывает на кресло в углу кабинета и бросает на меня насмешливый взгляд.
Я остаюсь стоять у двери, уперевшись спиной в стену.
Здесь неуютно и зябко. Сама атмосфера личных «покоев» давит на плечи, пригибает к земле. Света совсем мало: две крохотные сциловые лампы у выхода и одна — на столе. Ты словно угодил в параллельную реальность, не созданную для тебя.
Все здесь тонкое, невесомое, как паутина. Кресла из прозрачного стеклопласта с мягкими сидушками, рабочий стол из белого дерева, украшенного витиеватой резьбой.
Все вокруг призвано уравновесить и смягчить ощущение давления, исходящее от хозяина этого ажурного мирка.
Сам Фэд предпочитает темные цвета, будто хочет резко выделиться на общем фоне.
Даже его глаза темного шоколадного оттенка, а в зрачках, при взгляде на Ши, медленно разгораются угли.
Запустив пятерню в гриву черных волос, магистр отбрасывает назад непокорные пряди, скрещивает руки на груди и присаживается на краешек стола.
— Итак. Бардо связался со мной и сказал, что вы, Ши, можете хорошо послужить Гильдии, — Быстрый взгляд в мою сторону. — А Герант может за вас поручиться. — Тонкие губы растягиваются в усмешке. — Я знаком с вашим прошлым хозяином, да примет Саджа его душу.
Ши заметно вздрагивает и опускает взгляд. Сейчас она выглядит такой беззащитной, что сердце в груди каменеет.
— Первый клинок — это почетно. Это признание силы и умений, но я — человек деловой. Мне нужны доказательства. Проверка на практике.
Фэд вскидывает подбородок, черты его лица заостряются, как у хищного зверя. Я вижу вокруг него красноватое свечение и разноцветные вспышки, а ворон под моими ребрами топорщит перья и угрожающе щелкает клювом.
— Задание будет простое. «Зорянке» поручено забрать груз из колонии Гулан-Дэ. Путь долгий, но работенка — непыльная. Сможете все сделать тихо и без происшествий — и я лично вручу тебе знак Звездной гильдии. Будет тебе и работа, и крыша над головой.
— Что нужно забрать?
Красные всполохи усиливаются, я вижу, как у ног Фэда крутится мохнатый зверек и раздраженно пищит, тыча лапой в мою сторону.
— Груз засекречен. Мне стоит говорить, что вскрывать его — строго запрещено?
Это мне совсем не нравится. Какое-то странное задание для первой проверки, пусть даже Ши может пройти ее с блеском.
— Не слишком ли опрометчиво отправлять за неизвестно чем новичка?
Фэд реагирует мгновенно, бросая в меня вопрос.
— Сомневаешься в ее умениях?
Сукин сын.
— Я этого не сказал.
— Но имел в виду, — Фэд изгибает смоляную бровь и переводит взгляд на Ши, — вам так не кажется?
 
— Герант видел меня в деле, — спокойно отвечает Колючка, откинувшись на спинку кресла, — он не поставит под сомнение мои навыки.
Уверенность в ее голосе пробирает меня до самых костей. Это какое-то безусловное, безоговорочное доверие, от которого подкашиваются ноги.
Лицо Фэда неуловимо меняется, в глазах мелькает искреннее удивление. Магистр склоняет голову набок и рассматривает Ши так пристально, что я готов схватить ее в охапку и бежать без оглядки.
— Тогда работа для вас пустяковая! — тянет он. — У Бардо есть вся необходимая информация, контакты связного, карта местности, описание груза. Я так понимаю, что ты, Герант, тоже в деле?
— Есть возражения?
— Никаких, — Фэд пожимает плечами, — только помни, что у тебя прав трогать груз еще меньше, чем у твоего друга. Нарушишь приказ — и я тебя выпотрошу прямо на центральной площади города.
К горлу подкатывает кислое раздражение, а зверек у ног Фэда насмешливо пищит и корчит мне рожи.
— Свободны! — гаркает магистр. — Можете проваливать к едрени матери. Бардо предупредит вас о дате вылета.
Когда Ши выходит из кабинета, голос Фэда прибивает меня к месту раскаленными гвоздями:
— Сладкая тебе попалась малышка, Ворон, — магистр выразительно облизывается, будто пробует на вкус конфету. — Я буду рад с ней развлечься. Чуть позже.
Волосы на затылке становятся дыбом от одного только взгляда на эту нахальную, самоуверенную рожу.
— Я буду рад, когда мой кулак развлечется с твоим лицом.
— Угрозы? Мне? Ай-яй-яй! — Фэд качает пальцем перед моим носом и широко улыбается. — Двоедушник поймет двоедушника и я на ней твоего знака не вижу. А значит, малышка ничейная.
Мы с ним одного роста, разделены лишь несколькими дюймами раскаленного воздуха, и от хищной, провоцирующей ухмылки внутри закипает и скручивается тугими узлами ярость.
— Она — моя женщина. Попробуй оспорить выбор ворона, и безумие тебе гарантировано, усек? Даже руки пачкать не придется.
— Я в эти старые сказки о наказании душ не верю, так и знай, — голос Фэда проседает, всего на мгновение, но я успеваю заметить. В нем теперь куда больше холодной угрозы, а вся насмешливость испарилась.
— Я слышу, как у тебя голосок дрожит, магистр, — тяну последнее слово и смотрю вниз, где беснуется енот, — и тварюшку свою боевую в узде держи, а то она от возмущения ковер тебе испортит.
Поворачиваюсь и выхожу в коридор. Выдыхаю, только когда дверь за спиной плотно закрывается, но все еще чувствую пристальный взгляд магистра даже через стеклопласт. Он будто прожигает мне затылок.
Стоит только сделать шаг, как я сталкиваюсь взглядом с Ши, что подпирает плечом стену всего в футе от кабинета.
— «Твоя женщина»?
Она вопросительно изгибает бровь, а я думаю, что, наверное, сама Саджа пытается подсказать тупому мне, что вот оно — время для разговора.
  
26. Шиповник
 
Я совру, если скажу, что мне совсем не страшно.
Еще как страшно! Непривычно, странно, непонятно. Раньше я боялась не вернуться домой, потерять человека в дозоре, не уследить, не успеть, не спасти. Миллионы разных «не» разной степени тяжести. Но ни одно из них не касалось чувств.
В моем мире их не было. Разве что радость и облегчение: наступал рассвет — и дозор его встречал без потерь. Это настоящее чудо.
Сейчас же я в незнакомом море, над головой неизвестные мне звезды, и я вообще не умею управлять кораблем. Могу только глазеть по сторонам и ждать, когда очередной шторм расколет посудину моего разума и разбросает его щепками по темноте.
 
Внутри непривычно тянет и горит, жжется крохотный «уголек», и каждое новое слово двоедушника только раздувает его сильнее, оставляя на коже невидимые отметины.
Зал вокруг переполнен людьми, но Герант урывает стол в самом углу, где над головой — только сциловая желтоватая лампа, а на стенах пляшут причудливые тени.