Курсантка (СИ)

— Видели, — коротко ответил Матвей. — И что?
Здесь это изобретение все еще было роскошью, и только появлялось в обиходе у аристократов. Память о прошлой жизни полностью не восстановилась. Я почти ничего не помнила о себе, зато не забыла о благах цивилизации вроде интернета, компьютеров и сотовой связи.
— Чудик один утверждает, что изобрел сенсорный экран, — сказал Сава. — Типа… без кнопок. Пальцем управлять можно. Буквы, цифры с экрана набираются. Картинки пересылать можно, чуть ли ни в цвете. И будущее описывает из какой-то фантастической книги. Вроде в перспективе можно будет звонить по видеосвязи, причем дешевой. Это как, вообще? Блюдечко с яблочком каждому в руки, блин.
  
— Мне это надо! — обрадовалась я. — Я вложу деньги, куплю акции. Что там надо?
— Яр, ты серьезно? — не поверил Сава.
— Абсолютно! Вот увидишь, все так и будет.
— Тебе дедушка подсказал, что ли? — спросил Матвей.
— Ну… почти. Только надо узнать, на какой стадии разработка, и нет ли где в мире похожего проекта. Даже если он засекречен.
— Это, пожалуй, можно, — сказал Сава. — То есть, ты уверена?
— На двести процентов. Срочно узнавай, пока не перехватили.
Экономист из меня никакой, зато я точно знаю, что это перспективная технология. Телефоны с сенсорным экраном, смартфоны, видеозвонки… Все будет! И захватит мир. А те, кто стоит у истоков, обогатятся. Если повезет, это буду я.
— А что хранится в банке, я не знаю, — добавила я. — Можно и отложить, но очень любопытно, что там. Возможно, это и не деньги вовсе, а какое-нибудь важное послание. Дедуля-то со странностями.
— Тогда идем в гимназию, — сказал Сава.
— Втроем. — Матвей кивнул. — Так надежней.
  
Глава 27
 
От идеи посетить гимназию днем или вечером, до закрытия ворот, пришлось отказаться. Заманчиво, пройти к главному корпусу, прикрывшись невидимостью, и тихонько пробраться в подвал. И вполне осуществимо, если бы не ловушки против магов.
Их стали расставлять по парку и вокруг построек в прошлом году, после того как несколько парней под прикрытием невидимости прогулялись по гимназии и испугали девчонок в раздевалках спортивного комплекса. Парк оставили открытым для местных жителей, но появился запрет на применение магии. Если срабатывала ловушка, то сигнал о нарушении поступал к дежурному, а мага окутывала липкая паутина, своеобразная метка, и избавиться от нее было непросто.
Заявиться средь бела дня собственной персоной — тоже не вариант. Мне, как минимум, перегримировываться надо, а потом изображать ностальгию по альма-матер и что-то врать, потому что по легенде меня нет в Петербурге, я вернулась в Москву. Саву и Матвея в гимназии тоже хорошо знали.
Гораздо проще нагрянуть в подвал под покровом ночи. Перелезть через забор, вскрыть дверь в подвал. Жаль, дедушка не оставил мне карту тайных ходов. Но мы и так справимся.
День для вылазки выбрали тот, что перед выходным. За город поехали на машине Савы. Моя находилась в гараже у Александра Ивановича. Я ей почти не пользовалась, потому и переставила в теплое сухое место.
У Александра Ивановича жила Карамелька. У него же хранились моя женская одежда и личные вещи. Вроде как дом… Но он не был моим. Туда я могла прийти в любое время, но стеснялась пользоваться гостеприимством хозяина. И отказаться от помощи не могла. Другого дома у меня нет. Не считать же родным гнездом подвал в гимназии.
Туда мы попали легко. А до этого бесшумно перемахнули через забор и пробежались по парку. Гимназия — не банк, территорию охраняют, но не строго. К тому же, девушки тут не ночуют, а кроме книг, мебели и учебных пособий красть нечего.
Я так впечатлилась тем, как споро Матвей вскрыл замок на двери, ведущей в подвал, что пошутила:
— Карьера не задастся, в домушники пойдешь.
— Чего это? — деланно оскорбился Матвей. — В «медвежатники», не меньше.
Внутри никого не было, мы с Савой просканировали пространство, поэтому говорили не таясь, в полный голос.
Я подвела Матвея к двери, запечатанной кровью Морозовых.
— Давай, «медвежатник», эту вскрой. Ты же до сих пор сомневаешься, верно?
— Что-то я замка не вижу, — заметил Сава. — Стена, как стена.
Но Матвей сообразил, что к чему. Вот только палец резать не спешил. Может, не хочет он этого… последнего доказательства?
Я плечом отодвинула Матвея в сторону.
— Нет, Яра, я сам, — словно очнулся он.
Камень впитал кровь, дверь отворилась. В чем я, собственно, и не сомневалась. А Матвей немного завис, вроде как даже удивился произошедшему. Его можно понять, он рос, как Шереметев, а потом — бац! — и вот это всё. Любимый внук превратился в приемыша, даже не бастарда. Я видела, как тяжело Сава переживал разрыв с семьей. А у Матвея этот разрыв впереди, и он неизбежен. Однако вмешиваться в его выбор я не собиралась.
В тайное жилище никто не приходил. В последнее посещение я оставила несколько простых ловушек, вроде натянутых ниток, по-особенному лежащих предметов. Дедушка не возвращался. Пыль ровным слоем покрывала мебель.
Пока Сава и Матвей бродили по комнатам, осматриваясь, я достала из тайника всё припрятанное и сложила в рюкзак. С ним удобнее по кустам в ночи бегать.
— Возвращаемся, — сказала я ребятам.
Из подвала мы выбрались без приключений. Я уже поверила, что на этот раз все прошло так, как и было задумано, без случайностей и внезапностей, как Сава, идущий впереди меня, вдруг резко остановился. Я налетела на него, не ожидая такой подставы.
— Тихо, — прошипел Сава, не поворачивая головы. — Замрите, оба.
В его руке появилась катана.
Меня чуть не разорвало от любопытства. Полагаю, Матвея тоже. Однако мы оба стояли, не шевелясь, пока Сава не прыгнул вперед, взмахнув оружием. Тогда я и увидела того, на кого он напал. И не поверила своим глазам.
Черт! Мы же не в Исподе! Но это живчик!
К счастью, один. Сава разделался с ним быстро, голова живчика улетела в кусты.
— Как это… — пробормотала я. — Почему…
Матвей, вопреки ожиданиям, не стоял, как памятник. В Исподе он бывал, но живчиков разве что на картинках видел. Однако он пришел в себя первым.
— Сава, это прорыв, — сказал он.
— А то я не понял, — процедил Сава, медленно двигаясь вперед. — И это где-то рядом, мы первые, кого почуяли.
Катану он держал наготове, прислушивался к тишине и резко оборачивался на любой шорох.
— Действуем по инструкции, — добавил Сава. — Яра, немедленно сообщи о случившемся в управление. Местность знаешь, ближайший телефон быстро найдешь.
Я только собиралась сказать, что мне лучше остаться с ним, а к телефону отправить Матвея, потому что два эспера справятся с дыркой на изнанку мира лучше, чем один. Но только открыла рот…
— Курсант Михайлов! Выполнять приказ! — рявкнул Сава. — Бегом!
Я и побежала, благо от главного корпуса гимназии мы не успели далеко отойти. Ближайший телефон там, а не на улице, до которой через весь парк добираться.
Магией вышибла оконное стекло на первом этаже. Сигнализация, наверняка, сработала, и это хорошо, если охранников уже не сожрали.
Номер я знала, код опасности — тоже. Назвалась, сообщила координаты — и рванула обратно. В прорыв не только живчики пойдут. Те же тени, например. А их хорошо чует Карамелька.
Дырка обнаружилась возле памятника, что новички когда-то украшали платочками по заданию старшекурсниц. Сава сражался с живчиками. Матвей жег тени. Ждать помощи придется долго, сейчас через Испод не пройти.
Я призвала Карамельку и приказала ей сгонять тени в кучу. Если есть уже такой опыт, отчего бы им не воспользоваться. Своего оружия для битвы с тварями Испода у меня еще нет, ведьмовская сила не поможет.
  
В тишине ночи ясно слышались свист катаны, глухие удары тел о землю, вой огня, резкий крик химеры. И вопли охранников, что первыми прибежали на поле боя. Они сразу сообразили, что происходит, и активировали защитный купол, закрывший территорию гимназии.