Фанат. Мой 2007-й (СИ)

— Да потому что не хочу я с этими отморозками общаться, — Кристина Игоревна свернула шею зеркалу заднего вида и начала поправлять чёлку. — Всё в девяностые никак наиграться не могут. Причём ладно они! Там люди действительно серьёзные, в своё время что-то где-то крышевали. Но Витюша…
— А что Витюша?
— Красуется перед ними, вот и всё. Ха! — девушка достала из сумки помаду. — Мамкин рэкетёр.
  
— Рэкетир, — зачем-то поправил я и задумался. — Погоди. Так твой муж не бандит?
— Нет, конечно, — Кристина Игоревна нахмурилась. — А с чего вы так решили?
— Ну так ведь «Лазурный», Круг, погоняло Ортодонт и…
— Это не погоняло, — хохотнула девушка. — Это профессия.
— Э-э-э… што?
— Он реально ортодонт. Витюша ведь первым в Твери начал взрослым брекеты ставить. Вот, — тут девушка широко-широко улыбнулась и продемонстрировала аккуратные белые зубки. — А раньше либо в Москву езжай, либо ходи как крестьянин кривозубый.
— Интересно как, — сказал я. — Значит, ортодонт?
— Ага. Клинику открыл, потом вторую, потом третью. Потом подвернулся удобный случай шиномонтажку взять. Это чтобы я без дела не сидела, по всей видимости. Нормальные мужья жёнам салоны красоты покупают, а мой вот. Особенный.
— Погоди-погоди-погоди, — я аж окошко чуть приоткрыл. — Я что-то совсем запутался. А те люди? Которые «друзья»? И которые серьёзные?
— Были серьёзными в своё время, — поправила меня Кристина и продолжила краситься.
— Ну хорошо, — тупо кивнул я. — Были в своё время. Но каким боком они тут вообще появились?
— Ой, — вздохнула девушка. — Ну ладно, дорога дальняя. Слушай…
А дальше принялась исповедоваться случайным попутчикам в нашем с Марчелло лице.
Итак! История! Жил да был ортодонт Витюша. Был он парень… нет, не сорвиголова. Этого про него вообще никак не скажешь. Жил, короче говоря, не тужил. Поднимал бизнес, завёл себе молодую жену и шёл, что называется, прямиком к успеху. Но всё изменилось в тот день, когда порог его клиники пересёк некто Святослав…
— Sweet ass love, — внезапно вклинился в разговор Марчелло и порадовался собственной шутке. — Гы-ы-ы-ы…
А вот Кристина виртуозную игру слов не поняла и продолжила:
— Святослав, значит, по кличке Сельдь. Я в тот день сама на ресепшн стояла. Помню прекрасно, как он приполз с запущенным флюсом. Плакал, маму звал…
А был Сельдь, как метко выразилась Кристина Игоревна — «недобитком». То есть конкретно этот криминальный элемент не смог перестроиться под формат времени и застрял где-то в своих лихих. Причём куражиться как тогда было уже нельзя, и потому заработки Сельди очень сильно просели. А вот запросы и лайфстайл нет.
— Гелик у него остался с тех времён и пара друзей-отморозков, которые кроме как рожи бить ничего не умеют, — фыркнула Кристина. — Жалкие. Не понимаю, на что они вообще живут…
Ну а дальше случилось непредвиденное. На какой-то непонятной почве Виктор Константинович и его пациент по кличке Сельдь подружились. Раздираемый изнутри кризисом среднего возраста, муж Кристины проникся блатной романтикой, а его новое окружение его в этом всячески поощряло.
— Ну вот какие ещё «понятия», а? Какие «фраера», блин? Витюша же нежный был, добрый. Вежливый, чувствительный. Интеллигентный, не побоюсь этого слова! Мы когда познакомились, он ведь в маршрутке боялся попросить на остановке остановиться. А тут вдруг в нём арестантская душа пробудилась, ага! Ну звиздец! И песни эти ещё… как же я замучалась «Лесоповал» и «Вороваек» слушать, ребят, вы бы знали, — вспоминала девушка. — И это я его ещё уговорила татуировки не бить!
Но это лишь полбеды. Помимо прочего, Сельдь и компания тянули с Виктора Константиновича деньги. Гулять за его счёт стало чем-то само собой разумеющимся и даже не обсуждалось. Тут помочь, там занять, здесь добавить. И внезапно вместо того, чтобы пополнять семейный бюджет, Ортодонт «грел братву на всю котлету».
— Шиномонтажка, кстати! Они ведь её Вите за долги отдали! И то лишь потому, что я настояла, — Кристина покачала головой. — Вот тогда-то они меня и невзлюбили окончательно.
— Во как…
По понятным причинам, Сельдь установил за Кристиной Игоревной слежку и всячески накручивал своего нового друга на тот счёт, что его жена — злостная изменщица и сущее зло воплоти. Устроил мужику эмоциональные качели на ровном. Сперва насмехался и обзывал каблуком, а потом тут же заводил речи об их настоящей мужской дружбе.
В итоге добился того, что формат супружеских отношений превратился в противостояние скучной мамки Кристины и говнистого подростка Витюши, который очень хочет быть крутым.
— Причём я ведь специально себе мужика постарше выбирала, — вздохнула Кристина Игоревна, глядя на ночную дорогу. — Думала, с башкой будет. Серьёзный. И всё ровно наоборот получилось.
— А тебе, прости за нескромность, сколько лет?
— Тридцать в мае было.
— О, — удивился я. — Моё почтение. Отлично выглядишь.
— Спасибо, — кивнула Кристина Игоревна и тяжело вздохнула. — Ну и всё, короче говоря. Вот и вся история. А теперь я устала. Я так больше не могу. Возвращаюсь в Питер, к сестре. Заявление на развод дистанционно подам, а там буду думать, что дальше. И это ещё хорошо, что мы детей наделать не успели!
Так…
Может прозвучать странно, но… отлично! Пока всё человечество продолжает задаваться вопросом: «не пожрёт ли нас всех чёрная дыра после запуска коллайдера», — я главную загадку собственной жизни уже разрешил. А именно:
Вот почему блатной авторитет повёл себя как вафля и так легко дал заднюю там, в «Лазурном». Вот почему он так искренне выдохнул, когда я пошёл ва-банк, а он нашёл повод никого не наказывать физически. Потому что нежное комнатное растение по имени Витюша никогда и никого даже пальцем не тронул! Ах-ха-ха-ха!
Прекрасно! Просто замечательно! Ведь это значит, что я до сих пор в своём уме! До сих пор понимаю логику событий и причинно-следственные связи. И теперь лишь один вопрос во всей этой истории не закрыт:
— А вот этот парень, с которым ты якобы изменила мужу?
— Ну? — Кристина надменно вздёрнула бровь.
— Он кто?
— Серёжа.
— Кхм… какой Серёжа?
— Обычный Серёжа.
— Ага, — кивнул я. — Он мне точь-в-точь так же и сказал. Обычный, говорит. Не легендарный ни разу, и даже не уникальный. Вопрос в другом… так ты изменила мужу или нет?
— А вот это уже не твоё собачье дело, — ответила девушка, отвернулась от меня и скрестила руки на груди, но тут же продолжила: — Хотя погоди. Ты совсем дурак, скажи мне?
— Почему?
— Потому что Серёжа однокурсник мой! — взорвалась девушка. — Учимся мы с ним на заочке. Конспекты мне привёз перед сессией!
— Понял. А объясниться?
— Кому? Сельди? Который только и рад меня в чём-то обвинить? — Кристина тяжко вздохнула, потом сказала: — Я не такая, — и обиженно умолкла.
И тут же я понял, что в этой замечательной семье вообще ВСЕ молодцы. И заодно порадовался, что не имею к ней никакого отношения. После остановки в Великом Новгороде все эти Кристины Игоревны, Ортодонты, Сельди и Серёжи останутся где-то позади, а я со спокойной душой продолжу свою миссию.
И к слову…
Интересно, чем сейчас Дэн занят? А ещё интересней — чем занят этот ублюдок в клетчатой кепке, который пацанов на убой повёз? Вот кто для меня будет пострашнее всяких братков и ортодонтов. Ведь чует моё сердце, что с этим персонажем забавными разговорами мы точно не ограничимся.
— Гы-ы-ы-ы, — протянул Марчелло с тем, чтобы разрядить обстановку: — Надо будет потом Гуляеву рассказать, что он нахаляву на корпоративе у стоматологов выступил. Так! — Андрей весело забарабанил по рулю. — Лёх, я очень рад что вы откушали в ресторации, но я-то голодный. Давай где-нибудь тормозить.
  
— На заправке?
— Сам на заправке жри! — оскорбился Маркелов. — То есть вы завтра на футбол пойдёте, а я буду в номере белый камень бомбить? Нет уж, спасибо.
— На футбол едете? — прорезался голосок у нашей уязвлённой невинности.