Нарушенная магия (ЛП)

— Четыре? — нахмурился я. — Сколько было предыдущих инцидентов?
— О пятом сообщили только сегодня утром. Ещё одна коробка, ещё одна жертва. Квартира в центре города. К моменту прибытия агентов существо исчезло, но коробка осталась нетронутой.
Мои мысли понеслись вскачь. Пять коробок. Пять целенаправленных нападений. Скоординированная охота.
— Можно мне посмотреть что-нибудь из нового?
  
Доктор Патель помедлила, затем пожала плечами и протянула мне планшет. 
— Это предварительные данные, но вот, смотрите.
На экране была изображена небольшая квартира, ничем не примечательная, если не считать тела на полу, мужчины средних лет, распростёртого рядом с открытой деревянной коробкой, идентичной той, что мы нашли. На лице мужчины застыло выражение чистого ужаса, а кожа была болезненно-бледной, как будто он замёрз изнутри. 
Моё внимание привлекла деталь на заднем плане, небольшая книжная полка, видимая в углу одного из изображений. На ней лежала знакомая книга с потрёпанным переплётом, но всё ещё читаемым названием: "Теоретическое применение перераспределения энергии в критических сценариях". 
Книга моего отца. Самоизданная, крайне редкая, распространявшаяся только среди горстки единомышленников-практиков. 
Это не было случайностью. Жертвы не были случайными. Зимний Двор систематически нападал на людей, связанных с морфами, на тех, кто обладал способностями к трансформации. 
— У нас есть данные о жертве? — спросил я, стараясь говорить непринуждённо. 
— Роберт Чен, 58 лет. Никаких известных магических способностей или связей. Жил один, работал бухгалтером. — Она забрала планшет. — Судя по всему, совершенно обычный.
За исключением того, что у него была книга моего отца. За исключением того, что он стал мишенью Охотника-суммарта.
— Дрекслер!
Я обернулся и увидел, как в лабораторию входит Элисон с напряжённым выражением лица. Вот тебе и двенадцать часов на восстановление.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она. — Ты должен отдыхать.
— Я мог бы задать тебе тот же вопрос, — ответил я. — Не мог уснуть. Решил, что здесь буду полезнее.
Она слегка прищурилась. 
— Произошёл ещё один инцидент. Мне только что позвонили.
— Я слышал. Доктор Патель как раз показывал мне предварительные снимки.
— Тогда ты знаешь, что нам нужно идти. Сейчас же. — Она повернулась к доктору Пателю. — Есть какие-то предварительные выводы, о которых нам следует знать?
— Конфигурация рун говорит о том, что эти устройства настроены на конкретные цели, — сказала доктор Патель. — Это не просто случайные атаки, они охотятся на что-то. Или на кого-то.
Элисон на мгновение перевела взгляд на меня, а затем снова посмотрела на доктора Патель.
 — Держите меня в курсе любых новых находок. Особенно если речь идёт о центральном символе.
Когда мы выходили из лаборатории, я почувствовал нарастающий страх. Зимний Двор охотился на морфов или, по крайней мере, на тех, кто был с ними связан. И, заметив, что Элисон краем глаза наблюдает за мной, я задумался, не собирает ли она воедино информацию о морфах в целом.
В лифте она наконец заговорила
 — Я думала, ты должен восстанавливаться.
— Я в порядке, — солгал я. — Лучше поработать.
— Хм. — Теперь она открыто изучала меня. — Ты что-то там узнал. Что это было?
Я сохранил невозмутимое выражение лица. 
— Просто интересно, почему теневой монстр нацелился на бухгалтера. Это не вписывается в общую картину.
— Что ещё за общая картина?
Я пожал плечами. 
— Маги-практики. Люди с необычными способностями. Не обычные граждане.
— Если только они не такие обычные, как кажутся. — Её тон был непринуждённым, но взгляд, проницательным. — Агентство уже несколько месяцев отслеживает необычные магические сигнатуры. Небольшие аномалии, необъяснимые колебания энергии, искажения реальности. Например, инциденты в той галерее или в пекарне, где ты работал.
Мой пульс участился. Теперь она говорила прямо, давая мне понять, насколько близка к истине.
— Похоже, ты была занята, — сказал я.
— Просто делала свою работу. Выявляла угрозы, классифицировала необычные явления. — Она сделала паузу. — Защищала людей.
Двери лифта открылись на уровне гаража. Прежде чем выйти, она повернулась ко мне.
— Я не шутила, когда говорила, что ты спас мне жизнь, Дрекслер. Но если ты скрываешь что-то, что подвергает риску других... это совсем другое дело.
Я твёрдо встретил её взгляд. 
— Мы все что-то скрываем, О’Коннор. Вопрос в том, является ли то, что мы скрываем, угрозой или просто секретом.
Она ничего не ответила, просто развернулась и пошла к машине Агентства. Я последовал за ней, мысленно перебирая возможные варианты, непредвиденные обстоятельства и пути отступления.
Но пока мы ехали к месту последнего преступления, в голове крутилась одна мысль: мне нужно поговорить с отцом. Скоро. Прежде чем он стал следующей мишенью, или прежде чем Элисон выяснит, что именно связывало всех этих жертв.
Потому что я всё больше убеждался, что все дороги ведут ко мне. К тому, кем я был. К тому, кто сделал меня таким. И если я в ближайшее время не получу ответы, Зимнему Двору не придётся убивать моего отца, Элисон может сделать это первой.
  
Глава 11
 
 
Граница между героем и чудовищем тоньше, чем кажется большинству. Разница не в силе, а в том, чем ты готов пожертвовать.
 
Из дневника Элизабет Дрекслер, последняя запись
 
Дом, в котором жил Роберт Чен, был лучше, чем я ожидал, учитывая его зарплату бухгалтера. Это был один из тех современных комплексов с консьержем, небольшим спортзалом и вестибюлем, который изо всех сил старался выглядеть дорого. В таком месте не должно было произойти ничего плохого.
В коридоре у двери Чена толпились сотрудники Агентства, переодетые в следователей. Для соседей мы, вероятно, выглядели как полицейские, криминалисты или, может быть, как федеральные агенты. Мы лжём, чтобы сохранить маскировку.
Элисон показала удостоверение агенту, охранявшему дверь. Тот кивнул и пропустил нас. Внутри квартира представляла собой образец организованного минимализма: чёткие линии, нейтральные цвета, всё на своих местах. За исключением тела, которое уже убрали, оставив на полу лишь очертания того места, где упал Чен.
И коробки. Контейнер с Суммартом стоял на кофейном столике с открытой крышкой и выглядел безобидно, несмотря на тот ужас, который он вызвал. В отличие от того, что мы нашли на складе, этот контейнер выполнил свою задачу.
— Та же конструкция, что и у того, что мы нашли, — отметила Элисон, осторожно обходя коробку. — Но без сущности.
— Она вернулась в коробку после выполнения своей задачи, — сказал я и тут же осекся. Я не должен был этого знать. — По крайней мере, я бы так предположил.
Она бросила на меня косой взгляд, но не стала настаивать. 
— Судмедэксперт установил время смерти около двух часов ночи. Соседка слышала шум, но подумала, что это телевизор.
Я кивнул, стараясь сосредоточиться на квартире, а не на том факте, что этот человек погиб из-за связи с моим видом, возможно, даже из-за прямой связи со мной. Квартира была безупречной, почти маниакально чистой. Книжные полки были расставлены по темам и авторам. Кухонные поверхности сверкали чистотой. Даже ручки на столе в углу были расставлены идеально ровными рядами.
— Чен был методичным человеком, — заметил я. — Из тех, кто обращает внимание на детали.
— Из тех, кто может заметить что-то необычное в финансовых документах? — предположила Элисон, уже проводя параллели, которых я не хотел.
  
— Возможно. — Я подошел ближе к коробке, чувствуя исходящую от неё остаточную магию. Холод. Голодный. Целенаправленный. Та же Неблагая аура, что и у существа, с которой мы столкнулись, но с небольшими отличиями: этот охотник был настроен иначе, он был создан для конкретной цели с определёнными характеристиками.