Операция "Контрольный в сердце" (СИ)

====== Часть 64. Группа ======
Спустя некоторое время я уже не так уверенна в своем решении записаться на группу. Как могу оттягиваю момент, когда Бен напомнит мне об этом. Но он все же спрашивает когда я поеду, и я уговариваю его сходить со мной. Хотя бы в первый раз. Он поддерживает меня, соглашается.
В общественном центре в Голливуде при реабилитационной клинике Святого Георгия занимаются сразу несколько групп: алкоголики, наркоманы, онкобольные, шопоголики, вуайеристы и сексоголики, даже клептоманы и бывшие заключенные. В холле стоит такой шум, как в главном кампусе Колумбийского университета во времена сессии. Мне не комфортно, неприятно находиться среди всех этих людей. Но, кто сказал, что мне должно нравиться? В этом то и весь смысл.
  
Я не знаю, как найти нужную мне группу. Тут же никто не ходит с табличками «Я в группе алкоголиков, а алкоголики на втором этаже направо», а жаль... Бен спрашивает о расписании занятий у администратора, расположении классов. Алкоголики и вправду на втором этаже. Мы тихонько пробираемся в класс и усаживаемся на задний ряд.
Народу не много. Человек пятнадцать всего, включая нас. Играет легкая музыка несколько выздоравливающих крутятся у кофейного столика со всякими сладостями. Кто-то читает, кто-то говорит по телефону и между собой. У меня нет настроения разговаривать. Тереблю в руках шариковую ручку, то раскручиваю ее то вновь придаю прежний вид. Все рассаживаются по местам, когда в аудиторию входит невысокого роста мужчина. В его волосах проглядываются сединки. Ему лет сорок, не больше. Он достаточно привлекательный.
 – Всем привет! – приятный голос. – Как выходные? Надеюсь, у всех удались? – интересуется. Отовсюду слышны ответы, что все прошло удачно. – У меня тоже все хорошо. Я повидался с дочерью и сыном. Они уже такие взрослые, – распространяется. – Мы точно пришли туда? Кажется, это группа безмерной любви к детям, – шепчу Бену. Он почему-то прыскает. Странно. Шутка-то совершенно глупая, не смешная. – У нас сегодня новенькие? – замечает мужчина. – Откуда вы? Представьтесь. – Эмм… Привет, – встаю. – Меня зовут Холи. Это Бен. Мы из Лос-Анджелеса. Мы помолвлены, – показываю руку с колечком. – Поздравляем! – хлопают присутствующие. Я вежливо киваю. – Так вот, мы помолвлены. Эмм… – не знаю, что сказать. – Мы оба копы. И, кажется, у меня небольшие проблемы с алкоголем, – жму плечами. – Большие проблемы, – признаюсь. – Стой, стой, стой! – перебивает меня. – Не так быстро. Я просто просил, чтобы ты рассказала о себе. А есть у тебя проблемы или нет, мы разберемся позже. Ну, ладно. А теперь ты, – указывает на Бена. Я сажусь, а любимый встает. – Привет, меня зовут Бен. Я жених Холи. У меня нет проблем с алкоголем, я практически не пью. Я переживаю за нее и поэтому хочу поддержать. И вот я здесь, – жмет плечами. – Представьтесь и вы, – смотрит куда-то влево. Я замечаю девушку с голубыми волосами. – Я бы не хотела, – у нее сиплый голос. – Хорошо, – кивает мужчина. – А можно спросить почему? – Причина обязательна? – хмыкает она. – Меня суд обязал, в общем, – признается она. – Я Хезер. Взяли за вождение в нетрезвом виде. Хотя, я не водила. Просто сидела за рулем своей тачки и пила. А что мне оставалось? Этот осел трахал другую девку! – Может, расскажешь нам свою историю отсюда? – тычет пальцем рядом с собой, на сцену. – Не… Ни фига, – отказывается она. – Как скажешь, – жмет плечами. – Очень приятно, Холи, Бен и Хезер. Меня зовут Альберт. Мы здесь для того, чтобы помогать друг другу. Знать, что мы не одиноки в своей борьбе за трезвость. – Все будет хорошо, – шепчет Бенджи, сжимая мою ладонь. Я киваю. Я верю ему. – Я из Детройта. Начал пить в седьмом классе. Поначалу это было пиво, немного Отвертки, и так лет до двадцати пяти. Но после того, как от меня ушла жена, забрав дочь, я начал пить. Серьезно. Не выходил из запоя несколько месяцев. Очнулся только в психиатрической клинике. Не узнавал отца, дочь, жену. Она пожалела меня, простила измену и забрала к себе. Три года я не пил ничего крепче апельсинового сока. У нас с женой родился сын. И я пропустил тот момент, когда снова начал пить. Я просто не помню, – жмет плечами. – Джейн окончательно бросила меня. После развода я пил год. Совершенно случайно забрел сюда. С тех пор не пью уже двенадцать лет, – показывает значок. Ого! Двенадцать? Это реально? – Кто-то хочет что-нибудь рассказать? – окидывает зал взглядом. – Я готов, Альберт! – парень поднимает руку. – Отлично, Джис, поднимайся. – Всем привет, – здоровается. – Новеньким, добро пожаловать. Вы сделали правильный выбор, – кивает. – Хочу рассказать о том времени, когда все вышло из под контроля. Мне к тому времени было уже тридцать четыре. После неудачи с Шэрон, я снова вернулся в дом родителей. Было стыдно жить с ними в таком возрасте, но у меня не было нормальной работы, и мне некуда было идти. Я выпивал каждый вечер. Мама переживала, но молчала, а отцу было наплевать на меня. Когда младшая сестра приезжала из Вашингтона, видела в какое дерьмо я превращаюсь и давила на меня еще сильнее. Я злился. Только сейчас я понимаю, что она хотела лучшего для меня, поэтому и ругала. А я посылал ее куда подальше. Мама прекращала наши ссоры, а я все глубже уходил в свою алкогольную нирвану. Там было спокойно, хорошо и даже радостно. Там ни одна женщина не причиняла мне боль, не вытягивала из меня деньги, не бросала меня после пяти лет отношений… – Нытик! – фыркаю я. Все оборачиваются на меня. Джис прерывается. – Холи! – строго смотрит Альберт. – Холи! – шипит Бен. – Я просто не привыкла, что мужчины жалуются на женщин. К счастью, меня окружают сильные, – растягиваю рот. – Она извиняется, – отмахивается Бен. – Нет, не извиняюсь, – вскидываю руку. – Все нормально, – кивает Джис. – Я и вправду жалуюсь. – Но ведь для этого мы и собираемся. Рассказываем друг другу, что нас тревожит, что привело к алкоголизму, что подвигло на лечение, – объясняет Альберт, словно я идиотка. – И это все? – морщусь. – От разговоров должно перестать тянуть к бутылке? Те, кто платит вам деньги, в курсе, что вы тут просто языками чешете? – вскакиваю. Идиотизм! – Пойдем, Бенджамин. Вдруг они тут еще Кровавую Мэри вызывают! – выхожу из зала. – Ты невыносима! Что с тобой произошло? – Они шарлатаны, Бен! Еще и деньги платить им? Черта с два! Сама брошу! Просто больше не буду пить и все! – Это не так просто, – смотрит на меня. – Я коп. Для меня нет ничего невозможного. Не пила уже две недели. И дальше не буду, – садимся в машину. – Две недели? – пристегивается Бен. – Забыла матч Доджерс? Ты пила наравне с Санчесом и Патриком. Сколько? Бокалов семь пива? – Было жарко, – фыркаю. – Ты заметила, как ты меняешься, Холи? У тебя на каждую мою претензию есть отговорка. То у тебя было горе, то было жарко, то ты перепутала белое вино с яблочным соком, – разводит руками. – Отвали! Ненавижу, когда ты нудишь, – завожу мотор. Выруливаю на бульвар. – Ты помнишь? Мы никуда не торопимся, – вкрадчиво внушает он. – Да, любимый, – сбавляю скорость. Ненавижу еле тащиться. – Ты согласилась. Я позволяю тебе водить, ты сбавляешь обороты и не пьешь. – Да, да. Я алкоголичка. Я помню, Бенджи.
====== Часть 65. Неудавшаяся беременность ======
После очередной утренней смены едем в Эко Парк. Я нервничаю. Я не хочу продавать квартиру! Она моя!
 – Мы не будем жить на два дома. Ты же понимаешь, что это идиотизм? – Бенджамин давит мне на ногу, чтобы я перестала набирать скорость. Черт! – Значит, давай скорее продадим ее. До рождества неделя, а мы даже не говорили о поездке в Нью-Йорк. – Нам не стоит ехать, – тихонько проговаривает он. Не стоит. Это точно. Я сейчас не в том состоянии, чтобы веселиться в Нью-Йорке. Пролетаю светофор. – Эй! На красный вообще-то тормозить нужно! Какого дьявола ты делаешь? – рычит. – Еще горел зеленый. Я завершала маневр, – отмахиваюсь. – Господи, да что же это такое? Что же с тобой происходит, Холи? Как же с тобой стало тяжело! – он, что молится? – Ну брось меня! – развожу руками. – Руль держи! – гремит. – Брось! – передразнивает меня. – Если ты можешь вот так в один момент взять и разрушить все, то я не такой. Пойми, я боюсь за тебя, – объясняет. – Прости меня, – тихонько произношу, паркуюсь у бывшей фабрики, где у меня квартира. Вернее, где ее скоро не будет. – Я люблю тебя. Прости, – быстро целую его в губы. – Я тебя тоже люблю, – кивает. – Смотри, Дебра уже здесь, – указывает на скучающего у подъезда нашего риэлтора. – Это с ней кто? Покупатели? – выходим из машины. Дебра знакомит нас с молодой мамой Джулией и ее пятилетней малышкой Робин. Джулия в восторге от квартиры. Говорит, что она лучшая из всех, что они видели. Ну еще бы! Я берегла ее все эти годы.