Баллада о зверях и братьях (ЛП)

— И ты думаешь, Атлас сделает меня счастливой? — спрашиваю я, действительно любопытствуя услышать его ответ.
Никс задумывается на мгновение, потом кивает.
— Думаю, ты тоже сделаешь его счастливым, — он хватает ещё одно пирожное на выходе, склоняет голову и говорит: — Спокойной ночи, дамы. Спасибо за ночной перекус, — с последним подмигиванием он исчезает за дверью моей спальни, и мы больше не говорим, пока не слышим, как хлопнула его дверь в дальнем конце коридора.
  
— Пожалуй, мне тоже пора спать, — потягивается Эрис, прежде чем соскользнуть с моей кровати. — Завтра возвращаюсь к работе.
Я знала, что как только мы приедем в Троновию, братья Харланд и Эрис вернутся к своим обычным обязанностям, но я никогда не задумывалась, чем именно они занимаются днём как обычные жители.
— Где ты работаешь? — спрашиваю я.
Она улыбается:
— В аптекарской лавке Финна. Я его помощница.
Я не знаю, чего ожидала, но точно не того, что она окажется ассистенткой Финна.
— Серьёзно?
Она поднимает почти пустую коробку с пирожными и предлагает мне ещё, но я отказываюсь. Я точно больше не смогу съесть ни кусочка.
— Я думала найти работу, где мы не будем всё время вместе, — объясняет она, пожимая плечами. — Думала, Финну это надоест. Работать вместе, жить вместе, иногда выполнять совместные задания… но пока всё хорошо. Нам просто нравится быть рядом.
— Можно я задам тебе один вопрос? — моё сердце начинает бешено колотиться от одной мысли задать ей такой личный вопрос, но любопытство берёт верх.
— Можешь спрашивать что угодно! Для этого и нужны друзья, — она снова садится на кровать.
Когда я наконец набираюсь смелости, то спрашиваю:
— У тебя есть чувства к Финну?
Глаза Эрис слегка расширяются, будто её поймали с поличным, но она быстро берёт себя в руки, скрывая всё за милой улыбкой.
— Мы просто очень хорошие друзья.
Я, может, ещё не мастер в искусстве лжи, но лжеца распознать могу.
— Похоже, вы с ним… — я замолкаю, понимая, что нужно осторожно подходить к такой щекотливой теме. — Не знаю. Похоже, вы оба подавляете свои чувства друг к другу.
Эрис на мгновение задумывается над моими словами, затем отвечает:
— Не пойми меня неправильно, Финн симпатичный, но мы просто друзья. Ничего большего.
Мне до боли хочется поспорить с ней, указав на всё, что я заметила между ними во время нашего путешествия через Баву. Все эти влюблённые взгляды, шепотки, как Финн наблюдал за каждым её движением с тоской, или как Эрис заранее знала, что ему нужно, прежде чем он сам попросит. Они говорили без слов. Но я держу всё это при себе. Возможно, Эрис отрицает свои чувства, скрывает их или, что маловероятно, я всё поняла неправильно, и между ними действительно ничего нет.
Я киваю и улыбаюсь:
— Рада, что вы друзья.
— Я тоже, — отвечает она улыбкой, похлопывая меня по ноге, затем снова встаёт. — Ложись спать, Шэй. Тебе это нужно.
ШЭЙ
На следующее утро я нахожу коробку за дверью своей спальни. К ней прикреплена небольшая карточка с моим именем, но, когда я открываю белую открытку, внутри оказывается пусто. Я приношу посылку в комнату, снимаю красивую розовую ленту и нахожу внутри новый наряд: обтягивающие брюки, рубашку с длинными рукавами и пару кожаных сапог. Весь этот чёрный ансамбль буквально кричит: «Атлас».
«Я, например, думаю, что ты выглядела бы невероятно в чёрном».
Когда надеваю одежду, завязываю сапоги и заплетаю боковые пряди волос в хвост, я бросаю взгляд в зеркало в ванной и не могу не улыбнуться. Атлас был прав. Я действительно выгляжу невероятно в чёрном.
Часы в спальне бьют, и я спешу вниз, ожидая, что все уже собрались за завтраком, как и вчера утром. Однако, когда добираюсь до самого нижнего уровня таунхауса, за столом оказывается только Никс. Он делает длинный глоток апельсинового сока, прежде чем замечает меня у подножия лестницы.
— Доброе утро, Китарни, — он вытирает рот салфеткой, оглядывая меня с головы до ног. — Отличный наряд.
— Спасибо. Я нашла его сегодня у двери спальни. Ты случайно не знаешь, кто его оставил?
Улыбка с намёком на осведомлённость расползается по его лицу, но он не отвечает. Вместо этого жестом приглашает меня подойти и сесть на место, где уже стоит вторая тарелка.
— Атлас и Эрис ушли раньше, а Финн вот-вот уйдёт, чтобы открыть свою аптекарскую, но он хотел убедиться, что ты позавтракаешь перед первым днём учёбы.
Как по сигналу, Финн спускается по лестнице позади меня и похлопывает меня по плечу.
— У тебя сегодня всё получится, — ободряюще говорит он, как отец своему ребёнку. — Не могу дождаться, чтобы услышать обо всём вечером.
— Вы все будете к ужину? — я и не думала, что буду так скучать по общим приёмам пищи с ними, но теперь, когда мы в Троновии, все возвращаются к своей повседневной жизни, и я не уверена, когда мы соберёмся вместе снова.
— Конечно, — улыбается Финн и кивает, снимая ключи с крючка у входной двери. До этого момента я даже не замечала эту вешалку. Пять крючков, и над каждым маленькая золотая табличка с именем владельца. Я застываю, глядя на неё. Почему пять крючков, а не четыре? Здесь живут только четверо… Потом до меня доходит: пятый, вероятно, для Ронана, который иногда здесь останавливается.
Поправив воротник и накинув через плечо кожаную сумку, Финн снова подходит ко мне и кладёт ладони мне на плечи.
— Не позволяй никому помыкать тобой. Помни: у тебя больше силы, чем у большинства магов в этом городе.
Я склоняю голову, принимая наставление. В Финне есть что-то, что излучает покой и умиротворение. Часть меня хотела бы, чтобы именно он был моим сопровождающим. Он определённо помог бы мне успокоиться, но я доверяю Никсу — он точно защитит меня, если нам повстречаются разгневанные троновианцы, мечтающие о моей смерти.
— Мне пора, — Финн отпускает мои плечи. — Эрис, наверное, уже задаётся вопросом, где я, но я хотел убедиться, что ты не останешься голодной.
Я бросаю взгляд на омлет с рассыпанным сверху зелёным луком и улыбаюсь.
— Спасибо, Финн.
— Всегда пожалуйста, — говорит он и направляется к входной двери. Не оборачиваясь к младшему брату, он бросает: — Позаботься о ней, Никс, — выходит и запирает за собой дверь.
— Кушай, Китарни, — велит Никс с полным ртом. — Нам скоро надо будет выходить.
Я сажусь за обеденный стол, беру вилку, отрезаю кусочек воздушного жёлтого омлета и отправляю его в рот. Он буквально тает на языке. Изнутри сочится сыр, а маслянистый вкус снаружи заставляет меня быстро проглотить этот неожиданный, но очень приятный завтрак. Проглатываю два кусочка хрустящего бекона, запиваю стаканом апельсинового сока и чувствую, что готова покорять всё, чего бы ни готовил этот день, даже если штаны вдруг стали сидеть чуть плотнее.
Никс вытирает рот салфеткой, отодвигает стул и встаёт.
— Готова, Китарни?
— Не уверена.
— Нервничаешь?
— Из-за школы? — я качаю головой и вытираю рот. — Нет, я привыкла к наставникам.
Он задвигает стул под стол, берёт наши пустые тарелки и уносит их на кухню.
— Но из-за чего-то ты всё же нервничаешь, — говорит он из другой комнаты.
  
— Я не совсем уверена, что другие студенты не попытаются использовать свою магию против меня, — признаюсь я и смотрю на распахивающуюся дверь, когда он возвращается.
Никс смотрит на меня несколько секунд, и на его лице появляется серьёзность.
— Не попытаются.
Я встаю и направляюсь к входной двери, зная, что пора идти.
— Откуда такая уверенность? Я — наследница мидорианского трона. Я их враг…
— Во-первых, — он берёт ключи и открывает дверь, жестом приглашая меня выйти первой, — несмотря на то, во что ты можешь верить или что тебе говорили, нас не учат ненавидеть мидорианцев. Всем будет всё равно, кто ты, при всём уважении.