Лекарка без диплома и маг в нагрузку (СИ)

Тингол, сидевший в своём коконе с блокнотом, тихо кашлянул.
— Я записал, — сказал он. — «Корвус признался в любви. Лиррэ в шоке. Прогресс».
— Тингол!
— Что? Я эльф. Это моя работа.
— Я записал, — сказал он. — «Корвус вернулся. Сразу в темницу. Романтично».
— Тингол!
— Что? Я фиксирую.
Через полчаса все трое оказались в темнице. Сырой, тёмной, пахнущей плесенью. Тингол, устроившись поудобнее, открыл блокнот.
  
— Так, — сказал он. — Можно начинать хронику темничного периода.
  
Глава 42. Разговор в темнице, или магическая тюрьма — это надолго
 
В темнице было сыро, темно и пахло плесенью. Лена сидела на куче соломы, поджав ноги, и смотрела на Корвуса. Он сидел напротив, привалившись к стене, и вид у него был... виноватый. Очень виноватый. Тингол устроился в углу с блокнотом и, кажется, был единственным, кого происходящее совершенно не напрягало. Вокруг них мерцали стены лёгким голубоватым свечением, которое то усиливалось, то затухало в такт чему-то неведомому.
— Красиво, — сказала Лена, трогая стену. Та была тёплой и чуть вибрировала. — Как ты нас нашёл? Ну, понял, что мы здесь?
Корвус вздохнул.
— Я чувствовал тебя всё это время, — сказал он тихо. — Магическая привязка исчезла, когда ты загадала желание. Но осталось другое. Не знаю, как назвать. — Он посмотрел на неё. — Я просто... знал, где ты, что с тобой, когда тебе плохо. Как будто ниточка между нами осталась. Только не магическая.
— А какая?
— Человеческая, наверное. — Корвус усмехнулся. — Странно для мага, да?
— Странно, — согласилась Лена. — Но приятно.
Он кивнул.
— А когда Конрад сломал защиту, я это почувствовал сразу. И понял: надо идти. Даже если не успею.
— Но ты успел.
— Успел, — согласился Корвус. — Только толку? Теперь мы все здесь.
Лена посмотрела на него долго.
— Ты мог бы и пораньше прийти, — сказала она тихо.
— Я не мог.
— Почему?
— Потому что я должен был понять. — Корвус провёл рукой по стенке кокона. — Кто я без долга. Что я чувствую на самом деле. Имею ли право быть с тобой, если не обязан.
— И понял?
— Понял, — кивнул он. — Что обязанность — это одно. А ты — совсем другое.
Лена вздохнула.
— Знаешь, я злюсь, — сказала она. — Очень злюсь. Ты меня бросил. В самый сложный момент. А теперь приходишь, такой красивый, и говоришь, что понял. А мне что делать с этой злостью?
— Не знаю, — честно ответил Корвус. — Я могу только быть рядом. Теперь.
— А если мы отсюда не выберемся?
— Тогда будем рядом в темнице.
Лена фыркнула.
— Романтик, блин.
— Что?
— Неважно. — Она махнула рукой. — Ладно. Злость никуда не делась, но я рада, что ты здесь. Глупо, да?
— Нормально, — улыбнулся Корвус. — Я тоже рад, что я здесь.
— В темнице?
— С тобой.
Тингол, не поднимая головы от блокнота, тихо пробормотал:
— Я записал. «Лиррэ и Корвус обмениваются любезностями в темнице. Прогресс».
— Ладно, — Лена встряхнулась. — Хватит лирики. Надо думать, как выбираться.
— Никак, — спокойно сказал Корвус.
— То есть?
— Это магическая тюрьма. — Он обвёл рукой кокон. — Против магов первого уровня.
— А в астрал? Ты же можешь в астрал уходить?
— Могу. — Корвус покачал головой. — Но не отсюда. Тут даже мысли блокируются. Видишь, стенки светятся?
Лена присмотрелась.
— Ну?
— Чем ярче, тем сильнее блок. А тут ярко. Значит, Конрад постарался на славу.
— То есть мы в ловушке?
— Мы в ловушке.
— И никак не выбраться?
— Я не вижу способа. — Корвус помрачнел. — Прости.
Лена задумалась. Потом посмотрела на него с любопытством.
— Корвус, — сказала она. — У меня вопрос. Как так получилось, что в этом мире маги — сильные, почти всемогущие — подчиняются людям? Ну, императору этому, чиновникам? Почему не маги правят?
Корвус усмехнулся.
— Ты думаешь, это странно?
— Очень. — Лена кивнула. — В моём мире если бы у кого-то была такая сила, они бы давно всё захватили.
— В твоём мире, — повторил Корвус. — А здесь другие законы. Магия людей не может существовать сама по себе. — Корвус посмотрел на неё серьёзно. — Она всегда на службе.
— В смысле?
— Маг без цели — не маг. — Он провёл рукой по стене, и та засветилась ярче. — Понимаешь, наш дар просыпается только тогда, когда есть для чего. Защищать, лечить, создавать. Если нет цели — нет и силы.
— То есть вы не можете просто взять и захватить власть, потому что для захвата власти у вас нет дара?
— Примерно. — Корвус кивнул. — У боевых магов дар просыпается для защиты. Для войны, для битвы. Но не для того, чтобы править. Это просто... не работает.
— А если маг захочет стать императором?
— Не сможет. — Корвус покачал головой. — Сила уйдёт. Дар закроется. Останется обычный человек.
— И поэтому император — не маг?
— И поэтому, — согласился Корвус. — Маги призваны служить. Лекари — лечить, воины — защищать, мы — инструменты. А править должны те, у кого дара нет, но есть голова.
— Мудро, — задумчиво сказала Лена. — И жестоко одновременно.
— Почему жестоко?
— Ну, представь: ты всю жизнь учился, тренировался, стал сильнейшим магом, а всё равно должен кому-то подчиняться. Просто потому, что так устроено.
Корвус усмехнулся.
— Я не чувствую себя ущемлённым, — сказал он. — Я делаю то, что умею. Защищаю тех, кто нуждается. Это моя цель. А кто сидит на троне... мне, честно говоря, всё равно.
— Даже если этот на троне — идиот?
— Даже если идиот. — Корвус пожал плечами. — Идиотов сменят другие. А магия останется.
Лена посмотрела на него долго.
— Знаешь, — сказала она. — В моём мире всё наоборот. Там сила рвётся к власти. И часто это плохо кончается.
— Здесь тоже бывает плохо, — заметил Корвус. — Торн, например, хочет власти. Но он не может её получить, потому что он маг. Поэтому он плетёт интриги, пытается влиять через других.
— Через императора?
— Через императора, через Совет, через кого угодно. — Корвус кивнул. — Сам он править не сможет. А вот заставить править в свою пользу — может.
— Хитро.
— Опасно, — поправил Корвус. — Потому что такие, как Торн, готовы на всё.
— И что нам теперь делать?
— Ждать. — Корвус откинулся на стену. — И надеяться, что у Торна не хватит терпения.
Тингол, строчивший в блокноте, поднял голову.
— Я записал, — сказал он. — «Лиррэ узнала, почему маги не правят миром. Корвус объяснил. Прогресс».
Они помолчали.
— Корвус, — позвала Лена. — А если мы всё-таки выберемся... что тогда?
— Тогда будем жить, — просто сказал он. — Вместе. Если ты захочешь.
— А если я не захочу?
Корвус посмотрел на неё долго.
— Тогда я буду рядом, но на расстоянии. — Он усмехнулся. — Буду охранять издалека. Ставить защиты. Следить, чтобы с тобой ничего не случилось.
— Как сталкер?
— Не знаю, что такое сталкер, но, наверное, да.
Лена улыбнулась.
— Ты дурак, Корвус.
— Я маг первого ранга, — напомнил он. — Я не могу быть дураком.
— Ещё как можешь.
В темнице было тихо и почти спокойно. Но где-то вверху уже начиналась буря.
  
Глава 43. Верховный маг, или Разговор, который ничего хорошего не обещал
 
В темнице было тихо. Лена задремала, привалившись к стене. Тингол строчил в блокноте при свете магических стен. Корвус сидел напротив, глядя на Лену, и думал о том, как же он вляпался. И почему ему ни капельки не жаль.
— Корвус, — раздалось вдруг откуда-то сверху. — Выходи.
Голос был бесплотным, но властным. Конрад. Стена темницы бесшумно растворилась, открывая проход. Двое стражников с каменными лицами ждали снаружи. Корвус шагнул, и в ту же секунду воздух вокруг него загустел, замерцал, превращаясь в знакомый полупрозрачный кокон.