Лекарка без диплома и маг в нагрузку (СИ)

— Я скоро, — сказал Корвус, оборачиваясь. — Я вернусь. Обещаю.
— Ты уже обещал однажды.
— В этот раз — точно.
Лена хотела что-то сказать, но стена за ним сомкнулась.
Коридоры дворца сменились анфиладами залов, залы — лестницами, лестницы — переходами. Корвус шёл молча, стражники — за ним. Они привели его в высокую башню, в кабинет, который Корвус знал много лет.
— Заходи, — раздалось из-за двери.
  
— Осторожность превыше всего, — сказал Конрад, сидевший за столом. — У меня к тебе вопросы.
— Слушаю.
Конрад помолчал, разглядывая своего лучшего боевого мага, и думал, как же так случилось, что он собственноручно запаковал его в магический кокон, Где и что пошло не так?
— Объясни мне, — начал он, — что тебя связывает с этой лекаркой. Почему ты её защищаешь?
— Ты правда хочешь знать?
— Я Верховный маг. Я должен знать.
Корвус вздохнул.
— Это началось с долга, — сказал он. — Её дед, Ионаван, спас мне жизнь. Двадцать лет назад. Я поклялся исполнить любое его желание.
— Ионаван? — Конрад приподнял бровь. — Тот самый, что ушёл из Гильдии?
— Тот самый.
— И что, он загадал желание?
— Нет. — Корвус покачал головой. — Он ждал. Двадцать лет ждал. А потом умер. И долг перешёл к внучке. Когда она появилась, я почувствовал привязку. Должен был исполнить её желание.
— И ты исполнил?
— Не сразу. — Корвус усмехнулся. — Она не стала загадывать с порога. Сказала, что хочет подумать.
— Подумать? — Конрад приподнял бровь. — О чём тут думать? Деньги, власть, бессмертие — обычный набор.
— Она не такая. — Корвус покачал головой. — Она сказала: «Я загадаю желание, если ты проживёшь со мной месяц и будешь помогать. А я посмотрю, что ты за человек».
— И ты согласился?
— А у меня был выбор? — Корвус развёл руками. — Долг есть долг.
— И что, месяц?
— Месяц. — Корвус усмехнулся. — Я мыл полы, кипятил инструменты, светил магией при операциях, лечил гномов, русалок и одного мужика с геморроем.
Конрад фыркнул.
— Полы? Ты? Маг первого ранга?
— Она заставила. Сказала, что гигиена важнее магии.
— Странная девушка.
— Она вообще странная. — Корвус улыбнулся. — Но дело не в долге.
— А в чём?
— В ней. — Корвус посмотрел на Конрада прямо. — За этот месяц я... привязался. Сначала думал, что это из-за долга, из-за привязки. А потом понял, что дело не в магии. В ней самой. В том, как она лечит. Как спорит с пациентами. Как ругается на котов. Как улыбается, когда всё получается. Я просто... не могу без этого.
Конрад помолчал.
— Ты влюбился? — произнёс он это слово так, будто пробовал экзотическое блюдо. — И что, она загадала желание?
— Загадала, — кивнул Корвус. — В конце месяца. В пылу ссоры. Сказала: «Я хочу, чтобы ты был свободен от моих желаний».
Конрад присвистнул.
— И ты исполнил?
— Обязан был. Формальное желание, высказанное вслух. — Корвус вздохнул. — Привязка исчезла. Я стал свободен.
— И ушёл?
— Ушёл. Думал, что так надо. Что свобода — это то, чего я хотел двадцать лет. — Он покачал головой. — А оказалось, что свобода без неё — пустота.
Конрад долго молчал, переваривая услышанное.
— Ладно, — сказал он. — Допустим. А дар? Этот её уникальный дар? Что ты о нём знаешь?
— Она может лечить, — ответил Корвус. — Обычные болезни, сложные случаи. А ещё может... прекращать мучения.
— Убивать, — жёстко сказал Конрад.
— Из милосердия. Только когда человек безнадёжен и мучается.
— Не важно. — Конрад покачал головой. — Порядок должен быть нерушим. Лекари лечат, боевые маги убивают. Если это смешается — начнётся хаос. Анархия.
— Она не нарушает порядок, — возразил Корвус. — Она просто...
— Пока не нарушает. — Конрад смотрел холодно. — Но потенциал есть. Значит, угроза есть.
— Ты предлагаешь убить её за то, что она может сделать? Не сделала, а может?
— Я предлагаю устранить угрозу, — спокойно ответил Конрад. — Пока она не стала реальностью.
— Это же... это же абсурд!
— Это логика. — Конрад встал и подошёл к кокону. — Ты военный, Корвус. Ты должен понимать: если у врага есть оружие, он его рано или поздно применит. Даже если сейчас он говорит, что не хочет.
— Она не враг!
— Она — угроза. — Конрад смотрел на него сверху вниз. — И ты, раз её защищаешь, становишься частью этой угрозы.
Корвус замер.
— Что ты предлагаешь? — спросил он тихо.
— Избавиться. — Конрад пожал плечами. — И от неё, и от тебя, раз ты её защищаешь.
— Ты не можешь...
— Могу. — Конрад усмехнулся. — Я Верховный маг. Я могу всё, что считаю нужным для порядка.
— Император...
— Император подпишет любой указ, который я положу. Он боится всего, что движется. А тут такая угроза... Он будет счастлив, что от неё избавились.
Корвус молчал. Внутри всё кипело, но он знал: спорить бесполезно. Конрад не из тех, кто меняет решения.
— Когда? — спросил он.
— Завтра. — Конрад отвернулся. — Утром. Чтобы не затягивать.
— А если я сбегу?
— Не сбежишь. — Конрад кивнул на кокон. — Это моя разработка. Против магов первого уровня. Даже ты не выберешься.
Корвус промолчал.
— Отведите его обратно, — приказал Конрад стражникам. — Пусть посидит с ней напоследок.
— Корвус, — окликнул его Конрад.
Он обернулся.
— Мне жаль, — сказал Верховный. — Правда. Ты был лучшим. Но порядок важнее.
Кокон выплыл за дверь. Конрад остался один. Он сел в кресло, посмотрел на огонь в камине и вздохнул.
— Порядок, — пробормотал он. — Всегда порядок.
В темнице Лена встрепенулась, когда стена растворилась и впустила кокон с Корвусом.
— Ну? — спросила она. — Что сказал?
Корвус посмотрел на неё долгим взглядом.
— Плохие новости, — сказал он. — Очень плохие. Завтра утром нас казнят.
Лена замерла.
— Что?
— Конрад решил, что мы угроза порядку. — Корвус опустился на солому рядом с ней. — И от нас надо избавиться.
— Но... но это же абсурд! Я никого не убивала! Ну, кроме того мужика, но он сам просил!
— Не важно. — Корвус покачал головой. — Для них важен потенциал. Возможность. Ты можешь убивать — значит, опасна.
— А ты?
— А я тебя защищаю. Значит, тоже опасен.
Лена закрыла глаза.
— Вот чёрт, — выдохнула она. — Попали так попали.
— Не отчаивайся, — тихо сказал Корвус. — Я что-нибудь придумаю.
— Что? Мы с тобой в одной лодке.
— Придумаю, — повторил он. — Обещаю.
Лена посмотрела на него. И вдруг улыбнулась.
— Знаешь, — сказала она. — Я, кажется, перестала на тебя злиться.
— Правда?
— Ну, не совсем. Но если завтра нас казнят, злиться как-то глупо.
— Согласен.
Тингол, строчивший в блокноте, поднял голову.
— Я записал, — сказал он. — «Лиррэ перестала злиться на Корвуса. Перед лицом смерти. Прогресс».
В темнице стало тихо. Но где-то глубоко внутри Лена уже начала что-то придумывать. Сдаваться она не собиралась.
  
Глава 44. Отчаяние, или Как эльф оказался полезнее, чем можно было подумать
 
В темнице было тихо. Лена сидела, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Мысли в голове ворочались медленно, как тяжёлые жернова. Она думала о том, как глупо всё вышло. Попала в другой мир, нашла призвание, друзей, даже любовь — и всё закончится через несколько часов на какой-то площади. Под крики толпы, которой плевать на её правду. Корвус сидел рядом, положив руку ей на плечо. Тёплая, тяжёлая ладонь немного успокаивала. Лена чувствовала, как он. Он тоже думал. О чём? О своей долгой жизни? О том, что мог бы её прожить иначе?
Тингол строчил в блокноте, периодически поглядывая на них с выражением "ну надо же, какие люди". Эльф, кажется, вообще не переживал. Или просто делал вид, что не переживает. С ним никогда не поймёшь.