Лекарка без диплома и маг в нагрузку (СИ)

— И давно ты так? Привязан?
— Как твой дед умер и передал тебе наследство. — Корвус поморщился. — С дедом было иначе. Мы были… на равных. Он не слабее меня, понимаешь? Сила на силу. Ты слабее. Намного. И привязка от этого… жёстче. Я чувствую тебя постоянно.
Они посидели молча. Коты на коленях у Корвуса замурчали. Ночью Тингол записал в блокнот:
«День первый. Итоги:
— Маг первого ранга вымыл пол (частично).
  
— Коты приняли его как грелку (высокое достижение).
— Лиррэ впервые посмотрела на Корвуса не как на проблему, а как на человека.
— Прогресс.
P.S. Шерсть на плаще не отстирывается магией. Придётся стирать руками. Жаль, я не увижу выражение его лица, когда он это поймёт»
Коты на печи довольно щурились.
  
Глава 9. Первый совместный приём, или как полечить гнома
 
Утро началось с того, что Корвус стоял посреди избы и пытался понять, как ему теперь существовать в этом кошмаре.
— Ты чего застыл? — спросила Лена, жуя вчерашнюю лепёшку. — Пациенты скоро пойдут.
— Я жду, — процедил маг.— Когда это… закончится.
— Месяц только начался. — Лена похлопала его по плечу. — Расслабься и получай удовольствие.
Лена дожевала лепёшку и уставилась на него с любопытством.
— Слушай, а ты вообще лечить умеешь? Ну, кроме как магией светить?
Корвус оскорбился.
— Я умею лечить! Я вылечил трёх советников императора!
— От чего?
— От проклятий!
— А от обычной простуды?
— Зачем мне лечить простуду?
— Затем, что сюда с простудой приходят чаще, чем с проклятиями. — Лена вздохнула. — Ладно, будем учиться на месте. Первый пациент — твой. Покажешь, как ты лечишь.
Первым пришёл мужик с фурункулом. С обычным, классическим фурункулом на шее, который созревал уже неделю и теперь напоминал вулкан перед извержением.
— Давно мучаешься? — спросила Лена.
— Пятый день, — мужик по имени Егор покосился на Корвуса. — А это кто?
— Новый помощник. Будет тебя лечить.
Мужик побледнел.
— А может, вы, Лиррэ-лекарка?
— Я посмотрю. — Лена уселась на лавку, скрестив руки на груди. — Давай, Корвус. Покажи класс.
Корвус подошёл к мужику, окинул фурункул оценивающим взглядом и взмахнул рукой.
— Исчезни, — сказал он.
Фурункул исчез.
Мужик охнул, потрогал шею и расплылся в счастливой улыбке.
— Ой, спасибо! — закивал он. — Совсем не болит! А то Лиррэ-лекарка всегда режет, а я резаться боюсь, а тут вжух — и нету!
Лена прищурилась.
— Егор, — сказала она, — а ты шею-то хорошо пощупай.
— Да всё хорошо! — мужик довольно улыбался. — Чисто!
— А ну-ка наклони голову влево.
Мужик наклонил. И замер.
— Ой, — сказал он. — А чего это тянет?
— А ну-ка вправо.
— Ой, и вправо тянет. И больно чего-то…
Лена встала, подошла, нажала пальцем на то место, где только что был фурункул. Мужик взвизгнул.
— Поздравляю, — сказала Лена Корвусу. — Ты убрал верхушку, а корень оставил. Через три дня тут новый фурункул вырастет, только больше.
Корвус побледнел.
— Не может быть. Я применил полное исцеление!
— Ты применил косметическое заклинание. — Лена вздохнула. — Оно убирает видимые проявления, но не лечит причину. У нас в меде это называют «замазать, а не вылечить».
Мужик с ужасом смотрел то на Лену, то на Корвуса.
— А как же теперь?
— Садись, — Лена махнула рукой. — Будем резать. Корвус, свети.
Корвус зажёг магический огонёк с таким лицом, будто присутствовал на собственной казни. Операция заняла десять минут. Лена вскрыла фурункул (который, к слову, никуда не делся, просто спрятался под кожей), выпустила гной, вычистила рану, залила настойкой календулы и наложила повязку. Мужик сидел бледный, но живой.
— Всё, — сказала Лена. — Три дня не мочить, мазь менять, если что — приходи.
— Спасибо, Лиррэ-лекарка, — выдохнул мужик и уполз.
Корвус стоял у стола и смотрел на инструменты, которыми Лена только что орудовала.
— Ты… — начал он. — Ты это… резала?
— А ты думал, я заговорами? — Лена вытирала руки. — Иногда надо резать. Иногда — чистить. Иногда — просто дать организму время. Магия — не панацея.
Корвус сглотнул.
— Я видел, как течёт… это.
— Гной, — кивнула Лена. — Красивое зрелище, правда?
Корвуса передёрнуло.
— Ты… ты специально? Наслаждаешься моей реакцией?
— Немного. — Лена улыбнулась.
Вторым пришёл гном. Это было событие. Гномов в этих краях не видели лет двадцать, и местные поговаривали, что они вообще вымерли, но этот был вполне себе живой. Невысокий, коренастый, с бородой до пояса и таким выражением лица, будто он пришёл не лечиться, а принимать капитуляцию.
— Ты лекарь? — рявкнул он с порога так, что с потолка упал пучок ромашки.
— Я, — Лена даже не вздрогнула.— Проходите, присаживайтесь. Что болит?
Гном замялся. Переминался с ноги на ногу, кряхтел, бороду теребил.
— Спина, — буркнул наконец. — Скрючило всего. Разогнуться не могу полгода уж как.
Лена присвистнула. Тингол в углу тихо записал: «Пациент с установкой "само пройдёт". Полгода. Прогноз: тяжёлый случай упрямства».
— Раздевайтесь. Показывайте спину.
Гном стянул рубаху, и Лена увидела спину, которая явно участвовала в войнах, держала на себе тонны породы и последние полгода пыталась жить собственной жизнью. Позвоночник выглядел так, будто его собрали в спешке и криво. Лена положила руки ему на плечи, прикрыла глаза и… замерла. Корвус с интересом наблюдал. Минута. Две. Три.
— Ты чего делаешь? — не выдержал маг.
— Чувствую, — коротко ответила Лена.— Где что сместилось. Дед учил: сначала руки, потом лечение. Магия потом, если надо.
Она открыла глаза и глубоко вздохнула.
— Так, — сказала она. — У вас там позвонки встали в позу «мы тут временно, но, кажется, навсегда». Пятый поясничный уехал влево, крестец перекошен, а мышцы задубели так, будто их варили в котле.
— Будем вправлять. — Лена показала свои ладони. — Мануальная терапия. Дедов метод. Будет больно.
— Больно? — Гном аж подпрыгнул. — Я гном! Мы боль не чувствуем!
— Все чувствуют, — отрезала Лена. — Просто вы терпите до последнего, а потом удивляетесь, что помирать пора. Ложись на лавку животом вниз.
Гном лёг. Лавка жалобно скрипнула, но выдержала — видимо, поняла, с кем связываться себе дороже.
— Корвус, свети, — Лена закатала рукава. — Тингол, встань у головы и держи его за плечи, если дёргаться начнёт.
— А заговор? — подал голос гном из положения лёжа. — Для удачи? У вас, людей, положено. Мой дед рассказывал: перед тем как спину править, люди заговор читают. Чтоб духи помогали.
— Тингол, — позвала Лена, — у нас есть заговор для вправления спины?
Эльф задумался:
— Вообще-то есть заговор для посадки деревьев. Звучит внушительно.
— Читай. Пациент требует.
Тингол подошёл, встал над гномом и затянул на эльфийском что-то тягучее и певучее, с выражением глубочайшей серьёзности. Гном слушал, затаив дыхание, и явно проникался.
— Это точно лечебное? — шепнула Лена.
— Понятия не имею, — честно ответил Тингол. — Но ритм подходящий.
Лена пристроилась у поясницы гнома. Положила ладони на позвонки, прикрыла глаза, и вдруг Корвус увидел, как вокруг её рук засветился едва заметный тёплый свет. Не магия. Что-то другое. Пальцы двинулись — мягко, но уверенно, будто знали дорогу. Лена нашла какой-то бугорок, надавила, и гном взревел так, что с печи свалились коты.
— Терпи! — рявкнула Лена. — Это позвонок встаёт на место!
— Да как он встаёт, если ты мне на спину давишь?! — взвыл гном.
— А ты не ори, мышцы расслабь! Не могу я сквозь каменную спину работать!
— Я гном! У меня всегда спина каменная!
  
— Значит, будем плавить!
Лена надавила локтем. В избе раздался хруст, от которого Тингол побелел, а Корвус схватился за сердце. Гном замер, выпучил глаза и вдруг… выдохнул.