Кредо сиротинушки (СИ)

Саша обустройством школьной инфраструктуры занялся уже всерьез. Потому что развитием промышленной части компании Андрея занимались теперь люди грамотные и он считал свое вмешательство в их работу уже просто вредным: когда все процессы налажены, разные «полезные советы» со стороны непрофессионала лучше ничего уже не сделают. А заставлять инженеров и ученых заниматься тем, что пока наука и промышленность сделать пока не может, смысла не было — да и средств на такие занятия не хватало. Правда, теперь в государственном бюджете денег должно было появиться гораздо больше — и с финансовыми вопросам теперь (уже в правительстве) занимались люди, предмет знающие туго, так что и тут его вмешательство большой бы пользы не принесло. А вот в плане обустройства школ — он мог на самом деле много хорошего сделать. И как очень профессиональный переговорщик (доказывая тем же губернаторам, что такие инвестиции в образование принесут губерниям заметную пользу и довольно быстро окупятся), и как человек, который мог самостоятельно распоряжаться очень большой частью бюджета самой компании Андрея. А для компании подобные «инвестиции» были уже крайне необходимыми, так как иного способа в обозримое время покрыть потребности заводов и фабрик в грамотных рабочих просто не существовало.
  
А «инвестировать» требовалось не столько (и даже не столько) в сами школы, ведь новым школам и учителя нужны были новые, так что в первую очередь Саша занимался созданием везде, куда он только дотянуться мог, сети педагогических училищ. Именно училищ, до пединститутов пока было просто «не дотянуться» (хотя еще пяток институтов он тоже старался к весне обустроить). И вот всю схему подготовки нужного числа учителей как раз Зоя Гаврюшина по его просьбе и рассчитала.
Валерий Кимович очень хорошо знал (так как в его «школе» в том числе и историю очень неплохо преподавали), как в свое время большевики-ленинцы решали в Советской России проблему безграмотности. Знал, как в стране учинили знаменитый «ликбез» и к каким результатам это привело — так что наступать на те же грабли у него ни малейшего желания не возникло. И потому он согласился с пересчитанной Зоей (ранее предложенной еще Олей Розановой) схемой «быстрой подготовки» огромного количества учителей для начальных школ — благо, «база» для внедрения подобной схемы в стране все же существовала. Не сказать, что «достаточная база», но для начала ее пока что хватало — а если они заработает, то уже через год-два «схема» будет «производить» нужное количество учителей. Не лучших, но хотя бы способных давать детям начальное образование в рамках четырех классов — а уже потом на созданной «основе» будет не очень трудно и всю систему образования качественными учителями обеспечить. То есть трудно и довольно дорого, но уже и трудности окажутся преодолимыми, и с финансированием всей системы станет полегче. Сильно полегче…
С деньгами в казне стало сильно полегче, причем уже у Новому году казенные доходы выросли почти на четверть. В последний год правления Николая весь госбюджет немного не дотягивал до трех миллиардов рублей, а в четырнадцатом году он — даже по самым приблизительным подсчетам — должен был заметно превысить четыре миллиарда. А по расчетам Саши — составить уже почти пять миллиардов. Просто потому, что в том же двенадцатом году денежный оборот в Империи даже немного превысил тридцать миллиардов — но большая часть этого оборота прошла мимо казны: деньги большей частью уходили частнику, и только через розничную торговлю «обернулось» больше двенадцати миллиардов. А осенью и в декабре во многих городах были открыты магазины полностью государственные, и довольно приличная часть розницы пошла уже через эти магазины — а ведь уровень «рентабельности» в такой торговле чаще всего превышал пятнадцать процентов с оборота. Еще приличный кусок денежного оборота отъедала торговля оптовая, где менее чем за десть процентов прибыли никто и торговать не собирался, так что просто путем перетягивания большой части этой торговли «в казенные предприятия» «добрать» даже три миллиарда оказалось не особенно и сложно. Но сам Саша считал, что «доберется» только два: чтобы вытеснить из торговли «частника», госторговля должна была цены на товары заметно скинуть — но даже использование откровенного «демпинга» доходы казны увеличивало очень заметно.
Вообще-то идеи по «национализации торговли» давно уже бродили среди руководителей страны, но все считали, что «овчинка выделки не стоит», однако после того, как Саша принес в правительство тщательно выверенные расчеты, к тому же подкрепленные практикой «корпоративной торговли» в магазинах компании Андрея, дело с мертвой точки сдвинулось. И сдвинулось очень быстро, в том числе и потому, что с подачи Валерия Кимовича и методы такой торговли были сильно «оптимизированы». Правда, чтобы такую оптимизацию обеспечить, потребовалось все же изрядно вложиться — но приличная часть таких вложений уже была проведена, так что казенные магазины просто воспользовались уже «готовой инфраструктурой». Не самой простой, но уже работающей — и теперь нужно было только эту «инфраструктуру» развивать. А когда понятно, что и как делать — и развитие такое идет проще и очень быстро.
Прежде всего, казенные магазины начали все «весовые» продуктовые товары продавать в уже расфасованном виде. Все «сыпучие», вроде круп, муки или сахара-песка, продавались в бумажных пакетах, масло коровье — и пачках из «пергаментной» бумаги, масло растительное — в бутылках (причем за «масляные» бутылки даже «стоимость тары» к цене масла не добавлялась), яйца в магазины поступали в коробках на десять штук — что, кроме всего прочего, еще и и сохранность гарантировало. И даже сыры с колбасами большей частью в магазины уже расфасованными поступали, так что весы требовались лишь в мясных и рыбных лавках.
С хлебной торговлей все тоже было уже качественно подготовлено: два завода у Андрея изготавливали небольшие хлебопекарные печи, причем в Липецке печи делались работающие на древесном угле, а в Подольске — вообще электрические или газовые. Поэтому в небольших городах булочные торговали продукцией «собственного производства» (на город с населением менее двадцати тысяч человек чаще всего одной такой булочной-пекарни хватало, там в «тяжелом случае» несколько чисто торговых точек дополнительно открывалось, куда хлеб из пекарни автомобилями развозили). А в города крупных уже и хлебозаводы начали потихоньку строиться, благо с хлебовозками в стране проблем уж точно не было. И таким образом за неполных четыре месяца госторговля продуктами появилась почти в четырех сотнях городов России (а всего-то городов было чуть меньше восьми сотен и во многих и пары тысяч жителей не насчитывалось). Но городов с населением свыше двадцати тысяч человек в стране было чуть меньше двухсот — а вот в них практически вся торговля продуктами перешла в государственную собственность, и теперь только от нее казна должна была получить около миллиарда дополнительных доходов. То есть не только от торговли продуктами питания, но и от торговли некоторыми промтоварами — и как раз этот «потенциальный миллиард» (пока еще потенциальный) правительство и решило полностью потратить на развитие народного образования. Потому что — согласно представленным господином Волковым планам — это «образование» и изрядно подстегнет разную промышленность, которая существенно увеличит предложение товаров в казенных магазинах. Причем увеличит еще до того, как первые выпускники из школ выйдут…
  
Совершенно естественным образом подстегнет: тезис о том, что наличие «дешевой энергии» сразу привлекает разных мелких промышленников, никто и оспаривать не собирался. А во всех школах (вообще во всех, включая сельские) по проектам ставились водопровод, центральное отопление и электрическое освещение. Просто потому, что подсчеты показывали: гигиена улучшится (а следовательно и болезни всякие резко сократятся), а центральное отопление школы будет в разы более экономичным, чем печное отопление в каждом классе. То есть топлива при таком отоплении потребуется меньше, а следовательно, содержание здания окажется более дешевым. А поэтому в населенном пункте появлялась водопроводная станция, канализация и — главное с точки зрения именно «экономики» — небольшая, но все же ТЭЦ. А школе-то семьсот сорок киловатт электричества не сожрать, и даже триста сорок не сожрать — и появлялся избыток электроэнергии, которого теперь должно было хватить не только на освещение школы и всех окрестностей. Дешевой энергии — и людям, у которых появлялись «свободные деньги», становилось уже интересно в таком месте что-то «промышленное» выстроить. Понятно, что не сразу это произойдет, но почти наверняка что-то такое там появится. Хотя бы мелкие предприятия по переработке сельхозпродукции: дело-то в принципе выглядел довольно выгодным. Миллионы, конечно, на этом не заработать, а вот обеспечить себе довольно безбедную жизнь — запросто.