В главной роли (ЛП)
— Это просто пирог, — говорит он, поднимая руки. — Никаких обязательств. Если не считать турнирную таблицу.
Я стону.
— Я сожгу эту штуку.
Он подходит и забирает планшет угла моего стола.
— Сначала тебе придется меня поймать.
Я сверлю его взглядом.
— Убирайся отсюда, парамедик.
Коул направляется к двери, но перед этим бросает на меня последний взгляд через плечо.
— Не за что, Каллахан.
И вот так просто он исчезает.
Майки улыбается, как ребенок в Рождество.
— Я всем расскажу.
— Сделай это и я тебя убью.
Он смеется.
— Ты сегодня ненавидишь всех или только этого милашку-парамедика? — говорит Майки, выходя из помещение.
Я бросаю взгляд на пирог, затем на записку, затем на дверь.
Это просто пирог.
Но это лучший пирог, который я ела за долгое время. В тот самый день, когда мне особенно нужно было утешение.
— Пока не уверена, — признаюсь я. — Но день еще не окончен.
* * *Последний кусок пирога застывает на полпути к моему рту, когда Майки заходит в помещение из коридора с таким самодовольным видом, будто он только что что-то выиграл.
— Все еще улыбаешься? — спрашивает он, усаживаясь в кресло напротив меня.
Я хмурюсь, вытирая рот.
— Уже нет.
— Слишком поздно. Я все видел. — Он подается вперед, опираясь локтями о стол. — Первый этап пройден. Будем открывать шампанское или подождем, пока Коул не получит твой номер телефона?
— Ты невыносим.
Майки ухмыляется.
— Тебе это нравится.
— Нет, я это терплю.
Я уже собираюсь выставить его за дверь, когда он достает что-то из-за спины — сложенный глянцевый лист, который меня уже бесит.
— Кстати о том, что тебе нравится, — говорит он, пододвигая это ко мне по столу. — Та-дам.
Я разворачиваю лист.
Все хуже, чем я думала.
Флаер аукциона.
В самом центре — мое лицо, хмурое, словно меня только что попросили присмотреть за кучкой малышей. Фотография с моего бейджа, потому что у отдела кадров нет никаких принципов, когда дело касается публичного унижения.
Андреа Каллахан. Техник морга. Одинока. С характером.
— Какого черта это такое? — Мой голос звучит резко, повышаясь с каждым словом.
Майки буквально вибрирует от восторга.
— Их сегодня развешивают. До гала-вечера три недели. Ты официально знаменита.
Я хлопаю флаером по столу.
— Я на это не соглашалась.
— Это не имеет значения. Все добровольно-принудительно, помнишь?
— Нет. — Я отталкиваюсь от стола и встаю. — Нет, нет, нет. Этому не бывать.
Майки смеется, поднимая руки.
— Эй, не стреляй в гонца.
Я меряю шагами комнату, кровь закипает.
— Я не буду этого делать.
— Это ради благотворительности.
— К черту благотворительность.
Майки присвистывает.
— Дети были бы так разочарованы.
Я бросаю на него свирепый взгляд.
— Даже пирог не спасет этот кошмар.
Он посмеивается, уже пятясь к двери.
— Лучше выбери что-нибудь погорячее из одежды. Я слышал, медицинские костюмы плохо продаются.
— Пошел вон.
— Ухожу, ухожу. Но, если Коул сделает на тебя ставку, просто прими это как победу.
Дверь закрывается прежде, чем я успеваю в него чем-нибудь кинуть.
Я снова сажусь, тяжело дыша, и смотрю на флаер так, словно он задался личной целью разрушить мою жизнь.
Не так я представляла себе этот день.
Даже близко нет.
Глава десятая
СТАВЛЮ НА ЭТО
Коул
Я хватаю толстый черный маркер со стола Трея и прямиком направляюсь к стене, все еще сжимая в руке турнирную таблицу. С гордостью прикрепляю ее на видное место. Парни прохлаждаются в гараже, ожидая следующего вызова, или моего провала.
Только не сегодня.
Смелыми, размашистыми движениями я пишу «ПРОЙДЕН» рядом с первым этапом: «Заставить Энди улыбнуться».
Трей тихо присвистывает.
— Да ладно.
Бреннан заглядывает мне через плечо, удивленно приподняв брови.
— Свидетели есть?
Я не отвечаю.
Они оба стонут, как будто я только что нарушил все правила этикета для споров.
— Не-а, без подтверждения не считается, — говорит Трей, садясь на ближайший стул. — Ты можешь соврать.
Я поворачиваюсь с абсолютно невозмутимым лицом.
— Позвони Майки. Ее коллега был там. Он все видел.
Бреннан задумывается.
— Погоди. Тот рыжеволосый парень?
— Ага.
Трей хватает телефон с широкой ухмылкой.
— Звони. Хочу услышать это из первых уст.
Я закатываю глаза и иду к холодильнику. Я уже выиграл этот раунд, но ладно, пусть парни повеселятся. Открываю бутылку воды и делаю глоток, прислушиваясь к тому, что говорит Трей.
— Майки! Да, чувак, это Трей. Слушай, мы тут проводим одно очень важное расследование. Заставил ли Коул сегодня Ледяную Королеву улыбнуться или нет?
Пауза.
А затем раздается смех Трея — громкий и невыносимый.
— Подтверждено, — объявляет он, бросая телефон на стол с таким видом, будто только что уронил микрофон после успешного выступления. — Майки говорит, что она улыбнулась и съела кусок пирога, который он ей принес, как будто это было что-то священное.
Бреннан ухмыляется.
— Черт. Ладно. Первый этап официально засчитан.
Я возвращаюсь, закрываю маркер колпачком и бросаю его на стол.
— Что там дальше? — спрашиваю я.
Трей сверяется с таблицей.
— Второй этап: Энди разговаривает с Коулом больше пяти минут и не посылает его куда подальше.
— Отлично. — Я прислоняюсь к стене, потягивая воду. — Есть какие-нибудь советы?
— Не будь собой, — на полном серьезе отвечает Бреннан.
Я показываю ему средний палец, и он просто улыбается в ответ.
Честно говоря, я чувствую себя немного глупо. Не из-за таблицы. Это просто забава. А из-за того, почему я вообще так заморачиваюсь.
С большинством девушек я мог бы пофлиртовать, улыбнуться, может, пропустить по стаканчику. Легко. Если бы все зашло дальше — отлично, если нет — никаких обид. В море полно другой рыбы.
Но Энди?
Энди другая. Она не из тех, кто играет по правилам или кому есть хоть какое-то дело до моего обаяния. Она жесткая, резкая, сотканная из острых углов и энергии в стиле «не связывайся со мной».
Но есть и кое-что еще. Что-то скрытое подо всем этим.
И я хочу узнать, что именно.
Может быть, я просто так устроен, что люблю трудности. А может, я просто устал от того, что дается легко.
Или, возможно… возможно, она мне нравится.
И она меня не пугает.
Не-а. Ни капельки.
Я допиваю воду и бросаю бутылку, наблюдая, как она отскакивает от стены и идеально приземляется в мусорное ведро.
Трей один раз хлопает в ладоши.
— Ладно, Ромео. Какой план на второй этап?
Я пожимаю плечами, направляясь к двери.
— Посмотрим.
Но в голове я уже перебираю способы, как пробить эту ее броню.
Потому что теперь я в деле до конца.
И отступать не собираюсь.
* * *Утреннее солнце уже начинает припекать, когда я заезжаю на подъездную дорожку, и свет фар скользит по знакомой желтой обшивке дома. Мое тело разбито. Сорок восемь часов непрерывных вызовов, адреналиновых скачков и кофеиновых спадов. Все, чего я хочу, это принять душ, съесть что-нибудь жирное и, возможно, поспать часов восемь без сновидений о сиренах.
Я глушу двигатель своего пикапа и выхожу. Моя квартира над гаражом так и манит к себе, но сначала я направляюсь к дому, чтобы забрать еду, которую мама всегда готовит, когда я на смене. Не то чтобы я когда-нибудь на это жаловался.
Входная дверь не заперта, как обычно, и я захожу внутрь, на ходу расстегивая куртку. Первым делом меня встречает запах, и на этот раз не чесночного хлеба или запеченной пасты, а чего-то более легкого. Почти цветочного. Духи?