Ошибки богов. Тетралогия (СИ)
Еще через виток стало ясно, что живых мы больше не увидим. В коконах лежали высохшие мумии, послужившие обедом для полчищ пауков. Оставалось только надеяться, что мои друзья из старой экспедиции не попались в их лапы.
Но как тогда они умудрились пленить Томоки?!
Глава 24 «Старый друг лучше новых баб»
Выжившие пленники постепенно приходили в себя. Некоторые уже вставали, недоуменно озираясь по сторонам.
– Я и не сомневалась, что наш лорд спасет нас! – закричала зайка, бросаясь мне на шею.
– Да, это у него уже вошло в привычку, – добавила Гвинера, обхватывая меня со спины.
– Наша признательность к вам не имеет границ, Ричард! – подхватила Зельда. – Впрочем, вы и так это знаете.
– Кто‑нибудь видел мою сестру? Софития?! – позвала растерянно Китана. – Я нигде не могу найти ее.
Я не спешил показывать ей чудовищно мутировавшую Софитию, навечно застывшую в теле замороженного паука, но не заметить ее было сложно. Несмотря на огромные размеры зала, статуя стояла четко посредине, а все спасенные жались подальше от нее к стенам. Исполинская мощь и гротескная фигура пугали их даже больше, чем сгущавшаяся темнота, а ведь я убил далеко не всех созданий Хаоса.
– Кто бы мог подумать, что я увижу здесь самого Избранного! – кто‑то ударил меня по спине с такой силой, что я, не удержавшись, полетел прямо в объятия стоящей напротив Эффы. Судя по ее в момент покрасневшему личику, она была совсем не против близкого контакта, особенно, если вспомнить, как она заступилась за меня перед Леоной.
– Гарен! Старина! – обрадовался я, поворачиваясь и пожимая руку исполосованному шрамами кобольду. – Как ты здесь оказался?
– Как я здесь оказался? – переспросил тот, вопросительно поднимая брови. – Нет, бро. Как ты здесь нарисовался? Мы, кобольды, легко и быстро передвигаемся по своим шахтам, не то, что вы, надземники. Конечно, опасностей у нас побольше, но и секретов не сосчитать. Так каким ветром тебя принесло?
Вкратце рассказывая ему нашу историю, я краем глаза наблюдал за Китаной, которая медленно подходила к поблескивающей статуе сестры.
– Катарина, – схватив зайку за плечо, сказал я. – расскажи остальное нашему другу. Мне срочно надо отойти.
И быстрым шагом пошел к единственной оставшейся в живых ледяной Сестре битвы. Та уже замерла, остановившись прямо перед лицом своей старшей, превращенной в чудовище, сестры.
– Как же это…, – прошептала она. – Софития? Нет, это невозможно! Я не верю! Нет!
Я подхватил ее как раз тогда, когда она собиралась грохнуться в обморок. Почувствовав поддержку, она обернулась и требовательно уставилась на меня:
– Ричард, молю, скажи! Ведь это не она?! Это не Софития, а лишь мутант, похожий на нее?!!
– Сожалею, – глухо ответил я, – я не уберег твою сестру. Хаос превратил ее в это.
Китана тихо зарыдала, спрятав лицо у меня на груди. Немногим позже, когда вокруг собралась остальная группа, я поведал всю историю. Лулу согласно кивала, не забывая подкармливаться водяными сферами, которые я периодически отсылал в ее сторону.
– Вот так все и было, – заканчивая тяжелый рассказ, вздохнул я. – Благодаря ее самоотверженному подвигу мне и удалось выиграть время и уничтожить Хаос, а заодно и спасти всех вас. Девчата, – обратившись к слушательницам, добавил я. – Позаботьтесь о ней, пока я доделаю начатые дела.
Но стоило мне отойти на пару шагов от отряда, как меня вновь сбили с ног и чей‑то радостный голос прозвенел мне прямо в лицо:
– Ричард! Дорогой! Наконец‑то я тебя нашла!
И разведчица принялась буквально вылизывать шершавым языком мое лицо, обхватив меня тонкими, но крепкими ручками.
– Томоки! – растроганно улыбнулся я. – Да, я тоже очень рад тебя видеть!
Когда восторг слегка угас, бравая разведчица рассказала, что остальные члены экспедиции с трудом, но добрались до территории Рахнер. Джанна выслала ее на разведку, пока все остальные занялись восстановлением обороноспособности союзников.
– Ты не представляешь, какими опасностями окружены владения Рахнер! – с жаром рассказывала девушка, приветствуя между делом остальной отряд и знакомясь с новичками. – Мало им Измененных, так еще и обычные восьмилапы активизировались, Стражи постоянно устраивают набеги. Кто‑то обваливает проходы в коридорах. В общем, просто ужас.
– Как думаешь? – спросил я ее, задумавшись. – Они не будут против переселиться в центр долины? Или это для них принципиально жить в переполненной врагами пещере?
Томоки замерла с раскрытым ртом. Похоже такая мысль не приходила в ее голову.
– Ты не прекращаешь меня поражать, Рич! – мурлыкнула она, наконец. – Раньше бы я ответила на этот вопрос однозначным отрицанием, но теперь, в свете происходящих событий и централизованной власти, думаю, они будут только за! Конечно, это земля их предков, но даже самые старые из них терпят постоянные лишения и будут только рады найти новое более спокойное место жительства!
– Будь уверен в этом! – рявкнул незаметно подошедший Гарен. Пауки всегда выступали за неприкосновенность и спокойствие. Сейчас в шахтах идет непрекращающаяся война. Видел крысогоблинов, которых ты освободил? – скорчив презрительную гримасу, кобольд махнул когтем в сторону, где у одной стены жались сгорбленные существа. – Они в какой‑то мере разумны, но крайне примитивны. Постоянно воюют друг с другом за территории, совершают набеги на всех остальных и практически не выходят наружу. Для нас они неопасны, но Рахнерам приходится частенько выдерживать их атаки.
Я подошел к крысюкам, раболепно склонившимся передо мной. Дело было не только в их спасении, а еще и в моей ауре, подаренной духами. Мелкие существа отлично чувствовали ее и прекрасно понимали, кто стоит перед ними. Не то, чтобы я хотел поговорить. Скорее, мне было интересно осмотреть их как вид. Но в целом там не было ничего интересного: карликовые создания с бегающими глазками, избегающие смотреть в лицо. Одеты в какие‑то лохмотья. На руках и ногах – множество цепочек и веревочек с кучей крошечных когтей и черепов, очевидно, крысиных. Самки не сильно отличались от самцов, разве что вторичными половыми признаками. Полулюди‑полукрысы, одним словом. И кому в прошлом пришла мысль создать подобную расу? К тому же от них страшно воняло. Так что я быстро закончил осмотр и отошел к своим. Минут через десять заметив оживление в их стороне, я заметил, что существа проворно исчезают в темноте. Вскоре там осталось лишь несколько из них. Одна самка покрупнее осмелилась, низко кланяясь, приблизиться к нам и вытянула на скрюченных лапках странный артефакт:
– Дар! – прошамкала она. – Вождь! Дар! Благо! Спас!
Сказав это, она положила предмет на землю и еще раз низко поклонившись, попятилась назад и улизнула в темноту за своими соплеменниками.
Гарен, глядя на все это, громко присвистнул:
– Надо же! – протянул он. – Впервые вижу, чтобы крысюки кого‑то благодарили. Обычно они признают только силу.
Эффа аккуратно приблизилась к артефакту. Оглядев предмет со всех сторон, она подняла его и принялась разглядывать. Достав тряпочку и протерев блестяшку со всех сторон, она протянула ее мне.
– Чую странную магию, – сказала она недоуменно, – но не могу понять, что это и как действует.
Действительно, артефакт был весьма странный на вид. Слегка потертый, он представлял собой двойной полубраслет золотистого оттенка, причем обе половинки висели друг на друге без видимых креплений, словно на магнитном поле.
Но стоило мне дотронуться до него рукой в перчатке доспеха Думгая, как артефакт слегка сверкнул… и распался на две одинаковые половинки.
– Интересно, – сказал я, вертя в руках браслетики. – А что если?…
И, следуя сверкнувшей в голове догадке, я надел их поочередно на правое и левое запястья. Браслеты идеально подошли, а, стоило мне закрепить последний, как они щелкнули, сливаясь в одно целое с перчатками.