После

Он смеется и идет к моей кровати.

– Я стараюсь. Но иногда не могу ничего поделать, – он садится на край кровати. – Я слишком хорош в этой роли.

– Я знаю, – вздыхаю я.

Несмотря на сегодняшний инцидент, я понимаю, что он пытается быть лучше. Не хочу его хвалить, но он сделал гораздо больше, чем я ожидала.

– Так ты переедешь ко мне? – Хардин с надеждой смотрит на меня.

– Господи, давай не спешить. Сейчас я перестану злиться. – Я сажусь. – А теперь ложись со мной.

Он поднимает бровь, как бы говоря «Вот зануда», но встает и раздевается. Снимает футболку, кладет ее передо мной – и мне нравится, что он тоже хочет, чтобы я носила его футболки.

Я снимаю свою футболку и собираюсь надеть его, но он останавливает меня:

– Черт! – вскрикивает он. – Что это на тебе?

Его глаза темнеют, зрачки расширяются.

– Я… я купила кое-что из нижнего белья, – мямлю я, отворачиваясь.

– Я вижу… вот черт, – повторяет он.

– Ты это уже говорил, – хихикаю я.

Пламя, вспыхнувшее в глазах Хардина, поджигает, и меня, мою кожу начинает покалывать.

– Ты выглядишь сногсшибательно, – он глотает слюну. – Ты всегда красива, но сейчас…

У меня сохнет во рту, когда я вижу, как его трусы начинают оттягиваться. В пятый раз за сегодня мое настроение меняется.

– Я хотела показать тебе раньше, но ты был слишком занят идиотизмом.

– Ммм… – тянет он, не обращая внимания на мои слова.

Хардин ставит колено на кровать и перед тем, как прижать меня собой, оглядывает меня сверху вниз. Его губы – с привкусом виски с мятой, и это сочетание изумительно. Поцелуй нежен, губы сближаются и отдаляются, языки играют, обвивая друг друга. Он запускает руку мне в волосы, когда он прижимается ко мне, я чувствую животом его эрекцию. Опираясь на локоть, он опускает другую руку, касаясь меня. Его длинные пальцы бегают по моему кружевному лифчику, то забираясь в него, то высовываясь обратно. Облизнув губы, он сжимает мою грудь ладонями и осторожно двигает ими.

– Не знаю, хочу ли я, чтобы ты сняла его, – говорит он.

Я совершенно теряю контроль, загипнотизированная его прикосновением.

– Снимай, – говорит он, расстегивая лифчик.

Я выгибаю спину, чтобы он его снял, и Хардин стонет; его член упирается мне в промежность.

– Чем ты хочешь заняться, Тесс? – Голос дрожит и сбивается на хрип.

– Я уже тебе говорила, – произношу я, и он срывает с меня трусы.

Я жалею, что он пьян, потому что в пьяном виде он может сделать все не так приятно. Он засовывает в меня пальцы, и я кричу; одной рукой его обнимая, другой – лаская. Он стонет, и я сжимаю его осторожно и несколько призывно.

– Ты уверена? – задыхаясь, спрашивает он.

В его взгляде читаю нерешительность.

– Да, я уверена. Хватит раздумывать.

Странно, что я говорю ему то, что он говорил мне раньше.

– Я люблю тебя. Ты знаешь это, правда?

– Да. – Я прижимаюсь губами к его губам. – Я люблю тебя, Хардин.

Его пальцы продолжают медленно двигаться, он прижимается губами к моей шее. Он жестко целует меня в шею, скользя языком по исцарапанной щетиной коже, успокаивая ее. Он повторяет это снова и снова, пока мое тело не вспыхивает.

– Хардин… я… – пытаюсь сказать я, и он мгновенно высовывает из меня руку.

Хардин откидывается назад, кладет руки мне на бедра и нежно сжимает их, потом целует внизу и проводит языком между ног. Мое тело невольно изгибается. Его язык движется вперед-назад, руки обнимают мои бедра, раздвигая их. Через несколько секунд мои ноги дрожат, я изгибаюсь, а он продолжает водить по мне языком.

– Скажи, как тебе приятно.

У меня вырывается лишь глухой стон. Хардин, продолжая грязные комплименты, ласкает меня языком. Я дрожу и сжимаю пальцы на ногах. Когда я прихожу в себя, он целует меня, и губы его странны на вкус. Я дышу часто-часто.

– Ты… – начинает он.


– Тсс… да, я уверена, – отвечаю я, целуя его.

Впиваюсь руками ему в спину, затем стягиваю с него трусы на бедра. Он вздыхает, и границы исчезают; наши тела снова соприкасаются, и мы стонем.

– Тесса, я…

– Тсс, – говорю я снова.

Мне хочется этого больше всего, и я не хочу ничего слышать.

– Но, Тесса, я должен тебе кое-что сказать…

– Тсс. Хардин, пожалуйста, замолчи, – прошу я, целуя его.

Беру его член, двигая рукой вверх и вниз вдоль него. Хардин закрывает глаза, и я слышу его свистящее дыхание. Мной руководит инстинкт: я тру большим пальцем головку его члена, вытирая там влагу, и чувствую, как он дергается в моей руке.

– Я сейчас кончу, если ты будешь так делать, – задыхается Хардин и внезапно вскакивает с кровати.

Прежде чем я успеваю спросить куда, он вытаскивает из джинсов маленький квадратный пакетик.

Ох. Это происходит на самом деле.

Я знаю, что мне должно быть страшно или волнующе, но чувствую только, что он любит меня, а я люблю его.

Ожидание дальнейших событий наполняет меня любопытством. Время замедляется. Жду, когда он вернется. Я всегда думала, что мой первый раз будет с Ноем в нашу первую брачную ночь. Я представляла себе огромную кровать в фантастическом бунгало на тропическом острове. И вот я в маленьком общежитии, в комнате, на маленькой кровати с Хардином и нисколько не жалею об этом.





Глава 78




Раньше я видела презервативы только на уроках полового воспитания в школе, где они не казались чем-то интимным. Но здесь и сейчас мне хочется вырвать его у Хардина из рук и поскорее натянуть самой. Хорошо, что Хардин не может читать мои мысли, даже если его слова намного неприличнее, чем все мои фантазии.

– Ты… – говорит он глухо.

– Если ты еще раз спросишь, уверена ли я, я тебя убью.

Он смеется, помахивая презервативом, зажатым между пальцами.

– Хотел спросить, поможешь ли ты мне или мне самому это сделать?

Я закусываю губу.

– О, я хочу… но только объясни, как это делается.

Понимаю, что уроки полового воспитания на самом деле меня ничему не научили, и сейчас я боюсь все испортить.

– Хорошо.

Он садится на кровать, и я подвигаюсь, скрестив ноги.

Развернувшись, Хардин чмокает меня в лоб. Когда он вскрывает упаковку, я прячу руки, но он смеется и качает головой.

– Я тебе покажу, давай.

Взяв меня за руку, он вытаскивает маленький диск, и я помещаю презерватив над его членом. Он скользкий на ощупь.

– Давай расправляй его вниз, – говорит он.

Когда наши руки скользят вместе с презервативом вниз по его жесткой коже, его глаза суживаются, и член немного увеличивается в размере.

– Не так уж плохо для девственницы и пьяного, – шучу я.

Он, улыбаясь, дергает бровью. Я рада, что мы не очень серьезно относимся к этому, так я меньше волнуюсь из-за того, что должно произойти.

– Я не пьян, детка. Я действительно немного выпил, но пререкания с тобой, как всегда, действуют на меня отрезвляюще.

Снова вижу ямочки на щеках; Хардин проводит большим пальцем мне по губе.

Ответ меня успокаивает. Мне бы не хотелось, чтобы он заснул посреди процесса или наблевал на меня. Я мысленно усмехаюсь и снова смотрю на него. Взгляд ясный, не такой стеклянный, как час назад.