Ты должна мне убийство

— Мне понравилась пара работ.

— Я даже не понял, что означает большинство из них, — продолжил он, улыбаясь официантке, принесшей нам напитки. Он добавил себе в чай сгущенку, и та медленно растворилась в кружке, меняя цвет напитка.

— Не думаю, что искусство должно что-то означать. По-моему, оно просто вызывает у тебя какие-то эмоции. — Я вытерла влажные ладони о штаны. — Спасибо, что согласился прийти.

— Так о чем ты хотела поговорить?

Я тяжело сглотнула. У меня все получится.

— Мне нужна твоя помощь. Я должна рассказать тебе кое-что, из-за чего твое мнение обо мне может измениться.

Алекс отложил вилку, с которой возился до этого.

— Ладно.

— Пообещай мне, что выслушаешь всю историю до конца, прежде чем уйти или сделать что-нибудь еще.

— Я и не собираюсь…

— Просто пообещай. — Я подождала, пока он кивнет. — Помнишь, я рассказывала тебе про Коннора? — Он снова кивнул, и в его глазах появился интерес к развитию событий. — Я очень злилась на него за то, как он со мной обошелся.

— Понимаю.

— Я не убивала его, — добавила я, на случай, если он засомневался.

— Я так и не думал, — поспешил сказать он, заволновавшись.

Около кассы бизнесмены громко делили чек и спорили, кто из них заказывал говяжий шашлык в ореховом соусе. Я ждала, пока они закончат.

— Ты когда-нибудь попадал в такие неприятности, что даже не мог понять, как все зашло так далеко?

— Э… конечно. — Алекс уперся ладонями в пластиковый стол, словно готовился к удару.

Официантка поставила перед нами тарелки с едой.

— Я встретила кое-кого. — Алекс резко дернулся, и я поспешила объясниться: — Нет-нет, ничего такого. Я имею в виду Никки, ту девушку с самолета. Я уже говорила тебе, что жаловалась ей на Коннора. В ответ она поделилась историей про свою маму.

— Я не понимаю…

— Просто послушай.

— Извини, — Алекс поднял руки в знак капитуляции и приступил к еде, — если я буду жевать, то не смогу тебя перебить.

— Так вот, Ники, казалось, прекрасно понимала мои чувства. Я рассказала ей, как злилась на него — настолько, что почти могла бы его убить.

Алекс замер с вилкой у рта.

— Серьезно?

— Это было просто выражение. Я не имела в виду ничего такого.

— Но потом…

— Но потом Коннор погиб.

Алекс оцепенел. На мгновение мне показалось, что он сложил в голове все детали и понял суть дела, но внезапно он нырнул под стол и стал судорожно рыться в своем рюкзаке.

— Алекс?

— Ты не видела мое лекарство? — прохрипел он, выпрямляясь и вываливая на стол все содержимое рюкзака.

— Погоди, что случилось?

— В еду, наверное, попала креветка… — Алекс старался втянуть хоть немного воздуха, а вены на его шее угрожающе вздулись.

Я подскочила и стала яростно разбирать вещи на столе в поисках сине-оранжевого шприца от аллергии, скидывая на пол все лишнее. Лекарства нигде не было.

— Но оно же всегда с тобой! — бессильно закричала я.

Алекс изо всех сил старался дышать. Его глаза были широко раскрыты, а пальцы все еще перебирали хлам на столе.

— У вас проблемы? — спросила подошедшая официантка.


— Звоните девять-один-один!

— Девять что?

Черт! Какой у них тут номер скорой помощи? Алекс перестал рыться в своих вещах — вместо этого он скрючился на стуле и хрипел, пытаясь сделать вдох.

— Вызовите скорую, — умоляла я, присев перед ним на колени. Я быстро проверила все вещи на полу — вдруг мы просто не заметили лекарство, — но его там не было. Я схватила Алекса за рукав. — У тебя есть запасной шприц в общежитии?

Алекс кивнул, ему не хватало воздуха для ответа. Я быстро вскочила на ноги.

— Я побегу и найду все. Держись — врачей уже вызвали.

Официантка дрожащей рукой протянула Алексу стакан воды и сказала нам, что скорая в пути. С кухни вышел повар.

— Останьтесь с ним. Я сбегаю за лекарством! — Я не стала дожидаться ответа и кинулась к выходу. Толкнув двери, я зацепила колокольчик над ними, и он с глухим звоном свалился на пол, когда я вылетела на улицу. Я еще никогда не бегала так быстро. Я напрягала слух в ожидании воя сирен, но слышала только шум автомобильной пробки. Как скорой вообще удастся подъехать к ресторану при таком заторе? До общежития было всего два квартала, но мне казалось, будто я пробежала целую милю. Перепрыгивая через две ступеньки, я ворвалась в холл Метфорда.

— Мне нужен ключ от комнаты 450! — закричала я администраторам. — Скорее, мне нужно его лекарство немедленно!

Парень за стойкой замешкался на долю секунды, но затем вскочил и швырнул мне связку ключей со стенда позади него.

— И позовите Ташу! — закричала я по пути наверх. Мое сердце сильно стучало о ребра, дыхание сбилось.

Какого черта ресторан так облажался? Ведь Алекс предупреждал их об аллергии! Они же знали!

Мои руки тряслись так сильно, что ключ попал в замочную скважину только с третьего раза. Я распахнула дверь настежь. Его комната была расположена так же, как и моя. В этот раз их маленький размер порадовал меня как никогда. Первым делом я прошерстила его стол: пара книг, айпад, несколько шоколадных батончиков, но никаких лекарств.

Я схватила пластиковую корзину для душевых принадлежностей и перевернула ее, вывалив содержимое на кровать. Шампунь, дезодорант, бритва, мыло, опять никаких лекарств. Запах его крема после бритья наполнил мои легкие.

Следом я добралась до полки и крючков на стене и перебрала все его джинсы, футболки и трусы, но снова ничего.

— Что происходит? — спросил Джамал. Остановившись у двери, он уставился на беспорядок вокруг меня.

Я вертелась на месте, пытаясь сообразить, где еще Алекс мог хранить лекарство в этой крохотной комнате. Тяжело дыша, я упала на колени и посмотрела под кровать. Там был его чемодан. Я попыталась вытащить его, но он не поддавался.

— Давай же! — крикнула я, продолжая тянуть. Сколько времени прошло? Я не слышала сирен, но надеялась, что скорая уже на месте. Чемодан наконец выскользнул из-под кровати и я распахнула главный отсек. Пусто.

— Разве тебе можно находиться в комнате Алекса? — спросил Джамал.

Я оставила его без ответа, проверяя все остальные карманы. В одном, закрытом на молнию, что-то было. Вытащив свою находку, я заплакала от облегчения. Я подняла лекарство над головой, как Олимпийский огонь, и выбежала из комнаты, пробираясь через толпу людей у двери.

Парень с рецепции крикнул что-то, когда я промчалась по холлу, но я не расслышала и не стала переспрашивать. На выходе я поскользнулась, больно плюхнулась на задницу и прочесала два ступеньки, прежде чем с размаху удариться локтем о перила и затормозить. Я вскрикнула от боли, но не выпустила из руки лекарство — оно будто намертво приклеилось к руке. Я вскочила и понеслась назад к ресторану. Копчик ныл от боли, а по руке с локтя стекала кровь. Должно быть, я выглядела странно, потому что люди шарахались от меня в разные стороны.

Перед рестораном стояла скорая. Слава богу. Я дернула дверь.

— Я нашла, нашла… — прохрипела я, держа перед собой лекарство.

Медики уже положили Алекса на носилки и со скрипом катили их к выходу. Я заметила, что его стошнило на пол, и меня замутило. Все столы были сдвинуты к стене и посетители столпились в углу у аквариума.

— Мы уже сделали ему укол, — сказал мне один из врачей.

Глаза Алекса были закрыты, а губы посинели. Все его лицо казалось опухшим, изо рта торчала трубка, на краю носилок валялся рюкзак вместе со всем содержимым.

— У нас здесь анафилактический шок, — передал один из медиков по рации.

— С ним все будет хорошо? — выдавила я.

— Ты знаешь, на что у него аллергия?

— На морепродукты.

— Как насчет латекса? — Я отрицательно помотала головой. — На лекарства?

— Нет. Точнее, не думаю. У него аллергия на многие вещи — на плесень, на траву, на клубнику, на кошек — но только креветки вызывают, ну… — Я посмотрела на неподвижно лежащего Алекса.

— Мы отвезем его в Кромвельский госпиталь, — кинул мне через плечо доктор. Они вывезли носилки на улицу и погрузили в скорую. Один из медиков остался с Алексом, а второй сел на переднее сиденье. У меня была куча вопросов, но они уже захлопнули заднюю дверь и умчались под громкие вопли сирены.

Мне показалось, что все кости внезапно размякли, и я упала на ближайший стул.

— Вот, попей. — Официантка протянула стакан воды. Мои руки тряслись так сильно, что я больше расплескала, чем выпила. — Он перестал дышать, но его реанимировали, и ему полегчало.

Он не дышал? О боже.

Ко мне подошел повар.

— Никаких креветок. — Он нервно мял заляпанное полотенце, заткнутое под резинку фартука.